Зелье забвения и вкус любви

Глава 4. В темноте

Все это время я пыталась вспомнить, когда все пошло не так. Это ведь произошло не тогда, когда Лайонел оставил меня у алтаря, а раньше, с тех мимолетных взглядов и коротких разговоров, в которых он показался мне каким-то неуловимо далеким? Или это было давно, когда наши семьи впервые решили, что наш союз может стать неплохой партией?

В какой-то момент я поняла, что больше не могу об этом думать. Мысли растворялись в ожидании и ощущении страха. В глубине души я старалась не утонуть в чувстве потерянности и отчаянии, пыталась зацепиться хоть за что-то, за любую ниточку надежды, что все еще можно исправить.

Неожиданный визит Теодора казался глотком свежего воздуха, неожиданно проникшего в затхлые коридоры темницы, которая была пугающе тихой. Каждый шорох за дверью заставлял мое несчастное сердце биться быстрее от страха. Я все еще не знала, что собираются сделать со мной, как продвигается расследование - и продвигается ли вообще. Эта неизвестность пугала больше всего.

Мне хотелось, чтобы пришел отец или брат, но их не пускали ко мне. Я спрашивала стражников, которые приносили мне еду, когда смогу увидеть семью. Но тот, зыркнув на меня из-за защитного шлема, вшитые серебряные нити которого защищали от колдовства, грубо ответил, что не велено приводить ко мне гостей. И больше ничего говорить не стал.

Прошло еще несколько дней. Я лежала на топчане и пыталась не заснуть. За стеной шуршали крысы, и мне было страшно, что они придут в мою камеру тогда, когда я буду спать.

Неожиданно тишину разрезал тихий скрип, и я вздрогнула, заметив, что дверь медленно открывается.

Я рывком села, потерла заслезившиеся от неожиданно яркого света глаза, и, рассмотрев, наконец, своего гостя, ощутила облегчение. Это был Теодор.

- Ты снова пришел, - прошептала я, не веря тому, что вижу.

Он закрыл за собой дверь и подошел ближе, поставил на пол небольшой фонарь.

- Как ты? - спросил тихо он.

Его глаза заскользили по моему лицу, и я неловко закуталась в дырявый шерстяной плащ, служивший мне одеялом. Выгляжу, должно быть, ужасно. И не скажешь, что когда-то блистала на балу Его Величества.

- Почему не пускают отца? - проигнорировав вопрос спросила Теодора.

Теодор вздохнул и покачал головой.

- Король опасается, что твой отец как-то связан с Морганой.

- Но…

- Вашу помолвку с Лайонелом заключали они, - перебил меня Теодор. От одного упоминания жениха, предавшего меня, я вздрогнула. Почему он так со мной поступил? - Помимо этого, выяснилось, что Моргана и Артур вели вместе какие-то дела.

Я нахмурилась, вспоминая. Отец показывал мне свои доходные книги, и имя будущей свекрови мне не раз попадалось.

- Отец делал для нее артефакты, - проговорила задумчиво. - Но ведь чуть ли не все королевство отправляет заказы нам!

- Тем не менее, - покачал головой Теодор. - Пока не выяснится, что никакой связи, кроме рабочей, между ними нет, его…

- Ты на что намекаешь, Теодор? - я вспыхнула от его слов, в душе поднялся гнев. - Мой отец верен матушке!

- Но мало кто верит Моргане, - невозмутимо пожал плечами Теодор. - И я прекрасно знаю, что мать знает толк в колдовстве.

- Кто занимается расследованием?

- Придворный маг, Дартон амисс Эрмиральд.

- То есть, ты можешь следить за ходом расследования?

- И да, и нет, - Теодор вздохнул. - Не все так просто, Элиана.

Я криво улыбнулась.

- Почему меня держат здесь, как преступницу, когда расследование еще не завершено?

Слова упали, словно камни. Теодор молчал - так долго, что я уже решила, что не станет отвечать, но он вдруг заговорил:

- Обвинение в колдовстве - очень суровая провинность, Элиана. Мы можем заковать тебя в специальные браслеты, которые запирают магические потоки и не позволяют колдовать. Но… Большая часть двора уверена, что в вашем роду были не только маги, но и самые настоящие ведьмы, - я фыркнула. Слышала эти разговоры, но это все не правда. - И королю не нужны проблемы.

Я опустила голову, понимая, что никто не собирается выпускать меня из темницы.

Теодор наклонился ближе, его теплая рука коснулась моей. Я удивленно вскинула голову, столкнувшись взглядом с потемневшими глазами бывшего друга. Мягкий свет лампы освещал лишь половину его лица, и я никак не могла распознать, о чем он думает.

- Спасибо, что пришел ко мне, - прошептала, чувствуя, как в душе поднимается благодарность. Только он смог найти способ обойти запрет короля, только ему не безразлично мое состояние. Внезапно я почувствовала себя в безопасности. Близость Теодора неожиданно принесла мне ощущение спокойствия, которого уже давно не испытывала. Впервые за все это время с обвинения я почувствовала, что все еще может измениться - в лучшую сторону.