Зеленая кухня, или Самый опасный рецепт

Глава 2

Джейн

– Пляк! Вон еще один паразит!

Я вытянула тоненький зеленый стебелек сорняка, и толстая мандрагора довольно оскалила зубастый рот.

– Так ему, так! Выкидывай! – одобрительно произнесла она. – И побрызгай на меня, а то от них воняет!

Я послушно окатила мандрагору водой из опрыскивателя – та зафырчала, довольно топорща свежую листву. Завтрак давно прошел, потом Аррен пригласил на обед – куриный суп и стейк с картофелем, и чуть ли не все растения на кухне развопились о том, что я мерзавка, которая ест их родственников. Сейчас было четыре часа дня, и я вымоталась так, что готова была упасть прямо в грядку и не подниматься из нее. На руках вздулись мозоли от копателя ямок для пражки, голова гудела, словно кто-то колотил по ней палкой, спина разламывалась. Мандрагоры, которых сегодня оставили напоследок, дружно командовали мной, как рабыней.

– Вон тому еще плякни!

– Водицей брызни!

– Этого не забудь!

– Этого просмотрела, растяпа этакая!

– Пляк! Пляк! Пляк!

Наконец, грядка с мандрагорами сделалась идеально чистой, и я села прямо на землю, забыв о том, что собиралась поберечь наряд от Сендабетти. Голова кружилась, тело казалось мешком, наполненным усталостью и болью. Великие боги, смогу ли я к этому привыкнуть?

Аррен работал в теплице – казалось, она была выточена из хрусталя. Когда он открыл дверь и вошел внутрь, то я услышала негромкую музыку, и мандрагоры тотчас же заорали:

– Зажимай носы! Пляк! Вонючек распечатали!

Запах, который вырвался из теплицы, заставил меня отшатнуться и задержать дыхание: казалось, кто-то вылил черничное варенье в навозную кучу. Мандрагоры запрыгали в грядке, пытаясь удрать. Бой-огурцы замахали листочками, словно хотели развеять смрад. Кровохлебка поникла, распласталась по грядке, словно барышни, которые лишились чувств.

– Что это? – спросила я.

– Гром-черника, – объяснила самая толстая и зеленая мандрагора. – Пляк! Спасайся, кто может!

Мандрагоры дружно полезли из грядки, и я принялась было запихивать их обратно под нескончаемый пляк, но Аррен выглянул из теплицы и произнес:

– Не бойтесь, не сбегут!

Голос прозвучал глухо из-за маски, которую он надел, чтобы не задохнуться. Мандрагоры принялись ругаться еще громче – одна из них подпрыгнула, вцепилась лапками в мои волосы и заголосила:

– Тащи, тащи меня! Пляк! Пляк! Тащи!

Взвизгнув, я с трудом смогла оторвать мандрагору от волос, оставив в ее лапках солидную прядь.

В общем, когда первый рабочий день закончился, Аррен закрыл теплицу и принес мангал и мясо на берег реки, я смогла лишь доковылять до складного кресла, рухнуть в него и закрыть глаза. Мягко плескалась вода, бойко жужжали какие-то насекомые, издалека доносились голоса – люди шли по своим делам и жили своей жизнью, а я сидела, не чувствуя тела, в котором, пульсируя, разливались усталость и боль.

– Честно говоря, не ожидал, что вы так старательны и трудолюбивы, – признался Аррен, нанизывая мясо на металлические шампуры. Пахло луком и томатным соком – когда-то отец рассказывал, что это лучший способ замариновать мясо для отдыха на природе. У нас были только его рассказы, но не мясо.

– Не хочу, чтобы вы меня выгнали, – ответила я. Посмотрела на мангал – шампуры аккуратно легли над углями, а на столике приплясывал нож, нарезая свежие огурцы, помидоры и зелень для салата. Запах овощей был таким, что я невольно ощутила бодрость.

– Ты смотри! – донеслось с зеленой кухни. – Наших жрут! Пляк! Ветки бы вам повырывать по самые по плечи!

Вскоре над рекой потянулся сизый шашлычный чад, и он куда-то забрал мою усталость. Я поняла, что хорошо потрудилась, что не жду милости от мужа или родителей, а честно зарабатываю себе на хлеб, и что постепенно все наладится. Аррен протянул мне маленький бокал вина – легкого, больше похожего на сок.

– Не выгоню, – пообещал он. – Я думал, что вы не знаете, с какой стороны взяться за сорняк. Как и полагается барышням из приличных семей. Вы меня приятно удивили, Джейн.

Я невольно ощутила какой-то странный прилив энергии. Когда говорили, что я превосхожу чьи-то ожидания, то мне всегда хотелось спорить.

– Увидите, я еще превзойду вас в вашем искусстве, – твердо заявила я. Аррен перевернул шампуры с мясом и усмехнулся.

– Надо же, как вы уверенно заговорили. Хотите пари?

Когда-то мама говорила, что приличные барышни не заключают пари, это удел кухарок и горничных, которые готовы проспорить свою честь первому встречному – но теперь, после того, как мой муж разорвал наш союз, я решила, что имею на это право.

– Что за пари? – поинтересовалась я.

– Если до конца следующей недели сумеете вырастить трицветок и приготовить из него зелье мгновенной смерти, то я официально признаю вас своей ровней, – ответил Аррен. – И добьюсь выдачи вам патента на личную зеленую кухню.

Я понятия не имела о том, что такое трицветок, как его растить и как готовить зелье – но желание доказать, что я не просто никому не нужная дурочка, которую выловили из реки, сделалось настолько сильным, что я выпалила:

– Договорились.

Аррен улыбнулся. Пригубил вина из бокала, и я вдруг подумала, что теперь, после целого дня труда и его неожиданной заботы обо мне, он вовсе не кажется пугающим и жутким.

– А если у вас не получится, то тогда будете бесплатно работать на меня целый год, – с мягкой ироничной усмешкой добавил он. – Что, по рукам?

– По рукам! – весело ответила я и спросила: – Что такое трицветок?

***

Аррен

Вообще личный патент на собственную зеленую кухню – это способ обустроить жизнь для Джейн. Она сможет выращивать, например, тишь-сахору для успокоительных зелий: эта травка хорошо растет именно в женских руках, и спрос на нее всегда есть. Но я был твердо уверен, что она не сумеет вырастить трицветок – это, простите, не репа, чтобы с ним смог справиться любой человек с лейкой и тяпкой.