Зеленая любовь

Летняя вода

Кирилл

Как и предсказала плачущая ива, день оказался невероятно жарким. Утреннее солнце жгло кожу, дом нагревался так быстро, что не спасал ни вентилятор, ни ковш с водой, которым Кирилл постоянно поливал голову над раковиной.

Пока он описывал их приключения на железной дороге, в гости пришла соседка Валентина Степановна. Он только на секунду отвлекся, чтобы убедиться, что все в порядке. Кажется, соседка собиралась закончить дачный сезон раньше нужного. Что-то сказала про путевку на Алтай, которую выпросили внуки. Да, не всем понравится сидеть в деревне. Даже если здесь есть интернет. Артем вежливо уточнил, когда соседка вернется, и та ответила, что не раньше ноября. На вопрос, нужно ли присмотреть за ее огородом, получил вполне резонный ответ о том, что там все равно ничего не взошло.

Не может настоящий огородник предпочесть путевку любимой даче. Женщина пожелала Распутину и Ксюше хорошего лета, попросила передавать привет брату и ушла. Кирилл снова сосредоточился на абзаце, в котором пытался описать железнодорожные фонари.

Смысла в его рассказах пока не было. Просто события. Одно за одним. Описания, которые выстраивались в очередь как на пленке.

Кирилл утер пот со лба и стянул с колен нагревшийся ноутбук. При такой температуре, когда скользкие пальцы не попадают по клавишам, просто невозможно написать ничего нормального.

Значит, не стоит себя насиловать. Пускай в голове зреют зерна новых идей.

Едва Кирилл показался на пороге, половица под его шагами громко скрипнула.

— Товарищ прозаик, как ваше детище?

Распутин лежал на длинной качеле с навесом, накрыв лицо соломенной шляпой.

— У меня мозги плавятся. Не могу писать. — Кирилл вяло помахал сестре. Та спряталась в тень вместе со своим садовым креслом-качалкой.

— Солидарен. — Артем вытянул руки над головой. Ухватившись ладонями за железный столбик, слегка подтолкнул качель и расслабленно заболтался в воздухе как в колыбели. Сестра страдала от перегрева ничуть не меньше. Ни телефона, ни книги, ни даже фотоаппарата. Просто покачивание на кресле и бездумный взгляд на далекий синий небосклон.

— Артеми-и-ий, тут вода где-нибудь есть? — спросила она.

— В ведре.

— Я про водоемы.

— А. — Артем поправил на лице шляпу. — Имеется. Вам речку или озеро?

— А тут и озеро есть? — удивился Кирилл.

Распутин приподнял шляпу и посмотрел на друга, прищурив глаза:

— Как наш колхоз называется, Ватсон?

— Приозерный.

— Смекаете, Ватсон?

— Ну, да. — Кирилл присел на летнюю качель возле длинных согнутых в коленях ног Артема. — Можем, туда и туда.

— Тогда лучше взять велосипеды.

— А у тебя есть?

— Все есть в моей чудесной теплушке. — Тот снова высунул прищуренный глаз. — Два здоровенных горных и один легенький «штерн». Один горный прям совсем новый. Кирюх, уступаю.

— Спасибо. — Кирилл отодвинул ногу Распутина и поудобнее устроился на качеле. — Интересно, что у вас их три.

— А мне интересно, в какие шкварки мы сгорим, если поедем прямо сейчас. — Артем отбросил шляпу и высунулся из-под полога, глядя в небо. — Ужас.

— У меня есть крем с защитой от солнца, — подала голос Ксюша. Она страдальчески смотрела перед собой как засыхающая русалка, готовая на любые жертвы ради водоема.

— Если его не ведро, то меня это не спасет.

— Вымажем весь тюбик. Все равно за зиму скиснет, если не использовать сейчас.

— Уговорила. — Распутин подтолкнул качель, и они с Кирилом заболтались уже вместе. — Тогда наденьте что-нибудь с длинным рукавом. Желательно прикрыть даже запястья.

— Перчатки что ли надевать? — усмехнулся Кирилл и тут же получил коленом между лопаток. — Ай, блин, Распутин! Я чуть не упал!

— Ты когда будешь с клешнями своими красными ночью по дому сметану искать, вот тогда и похихикаешь. — Артем еще раз пихнул его коленом. — Рукава натяните просто до пальцев и поедем.

Они решили взять с собой бутылки с водой и легкий перекус в виде овощей. Некоторые заботливо вырастил Артем, некоторые кричали из холодильника, чтобы их съели, пока не завоняло. В такую погоду ничего другого в горло бы не полезло. Пока они таскались по дому, разыскивая, что можно надеть, чтобы не сгореть от солнца и от жары, прошло довольно много времени. Полуденное солнце слегка сползло по небосклону, и все вокруг снова стало объемным, обретая тени.

Артем пробренчал связкой ключей в сторону углярки и открыл тяжелую дверь. Стараясь не вымазаться в пыли от угля, он потянул на себя длинную старую простыню. Под ней на дыбах стояли три велосипеда. Осторожно выкатив их на лужайку, он присел на корточки и принялся возиться с насосом.

— Я боялся, что за зиму что-нибудь лопнуло. — Он проверил шину. — Не, живые и здоровые.

— А может быть такое, что шину спустит и придется идти пешком? — спросила Ксюша, стоя рядом. Она уперла руки в бока оглядывая два могучих горных велосипеда и небольшой обычный дорожный.