Зеленоглазка для бывшего.Второй шанс на счастье.

Глава 1

Десять лет назад.

Полина.

На улице стоял жаркий июньский день.

Весь наш класс собрался на вручение аттестатов.

Наконец-то, после стольких лет учёбы, мы покидали этот ад несправедливости. Парни не стали заморачиваться с «луками»: по классике — деловые костюмы или просто рубашки с брюками. На ногах у кого-то кожаные туфли, у других — кроссовки или кеды. Одноклассницы же решили разгуляться. Многие выбрали яркие, а порой и абсурдные наряды, напоминающие одеяния сводных сестёр Золушки. Причёски тоже поражали воображение.

Я решила отказаться от подобного. Хотя в бутике присмотрела несколько красочных вариантов, мама предложила кое-что другое. Загадочно улыбнувшись, она достала из своего шкафа большую старую коробку, перевязанную выцветшей лентой.

— Примерь-ка это, дочка, — сказала она тихо.

В коробке, переложенное папиросной бумагой, лежало платье. Изумительное. Платье-макси с летящим подолом и съёмными полупрозрачными рукавами-фонариками. По всему платью был рассыпан нежный цветочный узор.

Оно пахло нафталином и ещё чем-то неуловимо родным, давним.

— Мама, откуда?.. — выдохнула я.

Она лишь покачала головой и улыбнулась уголками губ:

— Пусть оно наконец-то увидит свет. Ты в нём будешь настоящей красавицей.

Я не стала расспрашивать, но поняла: платье пролежало в этой коробке много лет. Может, мама берегла его для себя, а может, это была чья-то память, которую она хранила всё это время. Зная, как тяжело ей даются такие жесты, я поклялась себе, что буду с ним предельно аккуратна. Это не просто наряд — это частичка её истории, которую она мне доверила.

Причёска получилась простой: лёгкие волны на каштановых волосах, собранные на макушке в миниатюрный пучок с выпущенными вперёд тонкими прядями. Макияж — нежный, почти незаметный. В ушах сверкали золотые серьги-обручи (тоже мамин подарок), на ногах — светлые босоножки на невысоком каблуке.

Вручение проходило в актовом зале, который торжественно украсили для нас и, само собой, для параллельного класса.

Мы потихоньку рассаживались по местам. Я села рядом с моей лучшей подругой — Валерией Верховенской, будущей служительницей Фемиды. Она выглядела прекрасно как никогда! Раньше Лера и так считалась одной из самых красивых девушек школы, а сейчас, в платье-макси нежно-мятного цвета с пышными рукавами и узором, напоминающим фиалки, была особенно великолепна. Платье было расшито кристаллами. На голове — высокий пучок с чёлкой-шторкой. Моя брюнетка добавила колье и маленькие элегантные серьги, а завершали образ прозрачные длинные перчатки из органзы. В этом наряде она напоминала герцогиню.

Прошло немного времени, и нам начали вручать аттестаты, а некоторым, включая меня и Леру, — медали за успешное окончание школы. Мы решили пройти этот этап вместе, и никто не возражал. В тот момент я ловила завистливые взгляды одноклассников. Многие, наверное, думали, что папа подруги заплатил приличную сумму, чтобы его любимой дочурке и её подружке выдали красные аттестаты и медали. Но нет — мы сами, многочасовым трудом, это заслужили. А они пусть думают что хотят.

Затем директор произнёс речь. Я поблагодарила учителей, особенно русского языка и биологии — две шикарные женщины. В благодарность вручила им букеты пионов. После меня и Леры аттестаты получили остальные ребята.

Подруга подошла ближе:

— Линка, представляешь, всё закончилось! Не зря мы с тобой страдали столько лет — всё было не просто так. Зеленоглазка, я видела, как эти профурсетки на тебя смотрели — готовы были съесть и не подавиться. У тебя всё есть: и красота, и ум. Спустя годы ты станешь хорошим специалистом, а они будут только папиков искать. Ещё вспомнишь меня.

— Ой, а сама-то, Верховенская? Ты прекрасна, как богиня! Построишь карьеру адвоката и будешь настоящей Фемидой. А потом найдёшь мужа, который будет тебя холить и лелеять, — ответила я.

— Да какой мне муж, Лин? Отец ни за что не подпустит ко мне парня! Если и выйду замуж, то только за того, кого папа выберет, — вздохнула брюнетка.

— Вэлл, а вдруг он сам заранее встретится с тобой, а ты и знать не будешь, что это он? А потом уже вас Игнат Демидович познакомит.

Мы болтали, но вскоре подошло время следующего пункта программы — вальса. Я в нём не участвовала. Дело не в том, что мне не досталось пары, просто мне было важно подготовиться к экзаменам. В противном случае все усилия пошли бы прахом, а вальс только отвлекал. Я отказалась, и это того стоило: экзамены написала хорошо и уже подала документы в несколько вузов. Очень ждала положительных ответов, ведь я мечтала стать высококвалифицированным специалистом в медицине. Чтобы мама гордилась мной. Отца я не знала: мама рассказывала, что он не захотел её видеть, узнав о беременности. Кроме неё у меня никого нет. Сегодня она тоже здесь, но пока не подходила. Когда мне вручали аттестат, я увидела её взгляд, полный слёз радости. Она смотрела на меня и смахивала их изящными пальцами.

Сейчас я вижу, как пары кружатся в танце, сливаясь друг с другом. Замечаю, что Лера танцует с Игорем Лебедевым. Он всегда смотрел на неё так, будто готов съесть, как вкусное пирожное. Она согласилась танцевать с ним только из-за договора: он помог ей закрыть четвёрку по информатике, а она обещала танец на выпускном. Но спойлер: никуда они не пошли, потому что Игнат Демидович, папа Леры, запретил ей гулять с мальчиками. Если он увидит её с парнем — домашний арест. А если бы увидел Лебедева, подумал бы: «Что за гамадрил с моей девочкой гуляет?» Он считает, что она должна думать об учёбе, а не общении с «питекантропами» — по-другому, человекообезьянами. Сам Верховенский старший выражался настолько грубо, что вслух такое лучше не произносить. В его словах бушевали эмоции. Плюс у него есть свои люди, следящие за дочерью. Заметят — и всё, сидишь дома. Я сама это слышала, и в какой-то мере мне стало хорошо от того, что у меня нет такого контроля, как у подруги.