Зеленый жемчуг

XXIII

– Ну и теснота! Они что, эти свои ходы детским совочком копали?! – громко возмущался Ящер, пробираясь по узкому, длинному коридору, где почти все время приходилось передвигаться ползком, словно сквозь лесную чащобу продираясь в переплетении труб и проводов.

 – А ты рассчитывал, что тебе тут червоточину подпространства откроют? – сверкнул в темноте белыми зубами на угольно черном лице На-войне-как-на-войне, который из-за крупных габаритов буквально ввинчивался между стен, точно проходческий щит.  

Что поделать, потаенные тоннели канализации змееносцев напоминали кротовую нору или даже лаз в преисподнюю, каковым по сути и являлись. Отличие заключалось лишь в том, что уклон шел не вниз, а наверх, ибо барсы двигались в направлении противоположном стоку вод. Впрочем, понятия верха и низа уже в христианской мифологии были относительными. Не случайно Данте и Вергилий начинали восхождение к райским вратам из самых мрачных глубин ада, из узкого горлышка гигантской воронки.

Небо! Какие мысли обнаружились в гудящей разбитым колоколом голове, куда даже реплики барсов доходили словно сквозь помехи и запозданием. Конечно, суровый Дант знал, куда и когда явиться. Но как же мало походила окружающая обстановка на жутковатые, но все равно прекрасные гравюры Ботичелли, после изучения которых вечером с отцом Туся и решила прочитать «Божественную комедию».

Трудно сказать, какие препятствия преодолел на своем пути великий Алигьери, но барсам ежеминутно приходилось буквально протискиваться сквозь игольное ушко. Корзун отбирал бойцов, которые могли выдюжить в рукопашной. Даже капитан Минамото и еще двое достаточно низкорослых бойцов восточноазиатской внешности, которых звали Гу Синь и Гуан Синь, в плечах лишь немногим уступали Арсеньеву и На-войне-как-на-войне. 

Здесь же требовались навыки форточника из старинных воровских романов или гимнаста каучук. Их по ходу дела пришлось осваивать Тусе, ибо в некоторых местах проход преграждали заслонки, которые открывались лишь изнутри и, хотя имели отверстия, но такие, в которые мог протиснуться лишь пигмей, ребенок, или очень хрупкая женщина. Туся хрупкой никогда себя не считала, все-таки ростом она была даже на полголовы выше капитана Такеши. Но два или три размера, на которые она похудела за время работы в госпитале на урезанном пайке, пришлись ей сейчас очень кстати, она нигде не застряла. Только к синякам прибавилось несколько ссадин, оборванный рукав куртки и подвывихнутый плечевой сустав.

– И как они сюда только оборудование протаскивают? – скривившись от боли, страдальчески прошипел Клод. – Если протечка какая или иной ремонт? 

– Дело привычки! – невозмутимо отозвался Арсеньев. 

Им двоим из-за ран от плетей сейчас приходилось даже солонее, чем На-войне-как-на-войне. В особенно узких местах Командор и юный барс не только оставляли на торчащих крепежах и выступах клоки одежды, но и обдирали и без того избитые бока, украшая стены кровавыми узорами.

 – Зато здесь не так грязно и дышится легче! – оптимистично заметил Пабло, который за время путешествия по канализации исторг не только всю проглоченную по пути до лагеря кровь, но и большинство содержимого желчного пузыря.

 – Только мы по уши в говне! – хохотнул Ящер. – Я вот опасаюсь, как бы нам кто не накостылял по первое число за то, что наследили.

– Мы сами кому хочешь накостыляем, – сурово заявил На-войне-как-на-войне, приободренный тем, что тоннель сделался заметно шире и выше.

Передвигаясь почти в полный рост, барсы преодолели еще метров двести и оказались в достаточно просторном, хотя и заставленном непонятного назначения оборудованием помещении, находящемся на уровне подвала здания.

 – Куда это мы попали? – с опаской поинтересовался капитан Минамото, подсвечивая себе фонариком, который перед отправлением на задание стянул у одного из охранников, сочтя, что в подземельях он нужнее. – Если я правильно понимаю, этот хлам, – он указал на запыленные агрегаты и емкости, мимо которых проходили трубы, – ничто иное, как составляющие системы замкнутого цикла.

 – В таком случае, дело не в воровстве? – удивился Клод.

– Скорее всего речь идет о несовпадении стандартов, – пояснил Арсеньев. – Агрегаты Рас-Альхага не подошли для здешних труб, а все переделывать было себе дороже.  

 – Вечно у этих змееносцев все не из того места! – Ящер воинственно пнул одну из емкостей, в которой что-то угрожающе забулькало.

 – В сложившейся ситуации нам это только на руку, – пожал плечами капитан Минамото. 

Убедившись, что рассказы о потайных тоннелях  – не миф и не ловушка, он почти успокоился, и теперь вместе с остальными бойцами оживленно осматривал оборудование, отыскивая детали, которые можно было бы использовать в качестве оружия. В процессе поисков обнаружился и схрон, в котором старый Лис Ларсен, явно не без участия страстно желавшего скрыть недостачу складского начальника, заботливо приготовил пару скорчеров с комплектом сменных блоков питания и четыре макромолекулярных клинка. 

Скорчеры доверили Мартину и еще одному молчаливому бойцу, чье прозвище Соколиный Глаз говорило само за себя. Клинки взяли Арсеньев, Минамото, Ящер и Клод. Остальным пришлось довольствоваться подручными средствами. В ход пошли разнообразная арматура, шарикоподшипники, пруты, разводные ключи и какие-то уж совсем фантастические железяки. Конечно, вооруженные этим несусветным барахлом, с ног до головы покрытые грязью барсы больше сейчас походили на банду уличных бродяг в вонючих лохмотьях нежели на элитное спецподразделение, но они почти достигли цели.

 – А куда теперь? – простодушно поинтересовался Мартин, видя, что из подвала тоннели разбегаются примерно в десяти разных направлениях, переходя в шахты стояков.