Земли Меча и Магии: Некромант Часть первая: Скрижали Пустоты

Глава 6 (Свет истинной веры)

Глава 6 (Свет истинной веры)

Я окуну твое лицо в то, чего ты так хочешь избежать.                  

Мне не кажется странным, что единственное,               

во что ты веришь, это в то, что приносит тебе удобство.

Как еще объяснить, что люди изобретают для себя          

ловушки, которые повергают их в посредственность?      

Как еще определить трусость?

Френк Херберт.

Дюна

Огненный шар, сорвавшись с украшенных драгоценными кольцами рук волшебника, с рассерженным шипением врезался в ледяную стену. Поле битвы затягивало плотными клубами пара в которых терялись очертания разгромленного каравана.

- Макс, он стихийник! Воздух и вода! Отводи големов, нафиг, пока их не заклинило к чертям! - Воин, закутанный в походные одежды, приподнялся в седле, пытаясь докричаться до разошедшегося мага. - Занимайся ранеными, а не путайся у моих кочевников под копытами!

Небеса затягивало тяжелыми грозовыми тучами и первые капли устремились к земле, грозя обернуться настоящим бедствием для железных созданий. Проклиная глупость и безрассудство напарника, мужчина выхватил ятаган и пришпорил коня. Злость на так удачно подгадавшего время и место засады противника и таймер, отмеряющий последние доступные полчаса пребывания в виртуале, гнали всадника вперед. Хоть нападавшие и потеряли почти всю армию, несколько сотен скелетов и зомби были слишком малой платой за десяток раненых колдунов и труп архимага. Да и задержка големов с караваном продовольствия может обернуться лишними затратами для клана. Лидер будет недоволен.

Десяток всадников из личной свиты кочевника устремились вслед за своим командиром, подгоняя невысоких, но шустрых степных скакунов. Стоило отряду вынырнуть из неестественно густых клубов тумана, как дорогу им перегородила дюжина едва шевелящихся мертвяков, бездумно направившихся навстречу разгоряченным воинам. Схватка закончилась, не успев и начаться, когда лошади на полном скаку разметали хлипкие костяки и устремились к виднеющейся впереди чаще.

- Полукруг! Не дайте ему уйти! - Игрок, нещадно подгоняя коня, перекрикивал завывающий в ушах ветер. - Колдун в черной мантии и серебристым посохом! Брать живым!

Захватить в плен вражеского командира, а возможно даже игрока. Что если не пленение одного из лидеров могло бы оправдать его перед лицом клан лидера? Особенно, если это всё же окажется действительно живой геймер. Только такое достижение могло спасти провалившего задание воина от расправы и изгнания. Победа в войне, ценой проигрыша в сражении.

Стоило только в душе появится первым росткам надежды, как безликая проказница - Судьба, вновь перемешала фигуры на шахматной доске. Раздались взволнованные крики, мелькнула у деревьев фигура колдуна, заскрипела натягиваемая тетива луков, а во влажном воздухе ощутимо запахло свежестью. Яркая вспышка заставила прикрыть глаза рукою, а в следующий момент все потонуло в грохоте, отчаянном ржании и криках боли. Кочевник скакал, прижавшись к шее лошади, ни на что не надеясь и полностью доверившись своему единственному верному другу, его чувствам и животным инстинктам.

Когда пляска стихии закончилась, позади вождя племени осталась перепаханная цепной молнией земля, а исковерканные тела всадников смешались с останками их лошадей. Впервые в жизни воина мир сжался до одной единственной цели и его заполнил едкий запах животного пота на руках и лице.

Волшебник так и стоял на границе леса, сжимая в руках искрящийся посох, ожидая противника.

Эффект заклинания пережили единицы подданных, сумевших обогнать своего властелина и оторваться от основной массы войска. Жалкая пара стрел, выпущенная на скаку лишь бессильно отскочили от заблаговременно выставленного воздушного щита мага.

Враг доказал свою опасность, и его спокойствие только нагнетало страха. Волшебник был слишком уверен в себе и либо что-то затевал, либо был уже готов встретить детей степи. Но медлить, всё равно было нельзя, чтобы если не победить, то хотя бы отомстить оставались считанные минуты. Таймер, неумолимо отсчитывающий время до принудительного выхода из игры, заставлял торопится.

Пришпорив коня, кочевник налетел на колдуна вместе со своими воинами. Даже втроём ветераны многих сражений действовали слажено, отрезая пути отступления и окружая человека.

Лезвие главаря степняков свистнуло, рассекая воздух, и прошло сквозь контур волшебника. Иллюзия наградила противников ехидной улыбкой и тень колдуна растаяла в воздухе, оставив после себя горький привкус поражения.

Спустя несколько минут, человек в светлой мантии волшебника, изукрашенной магическими рунами и золотыми нитями, пробирался сквозь походный лагерь, больше похожий на разворошенный муравейник. Снующие тут и там толпы гремлинов, в спешке укрывающие механические изделия от разразившейся грозы, стремились поскорее убраться с дороги надменного мага. Коротко кивнув скучающему у входа в палатку адепту, мужчина небрежным движением отослал юного чароплета прочь.

- Учитель, можно войти? - Слегка отодвинув тяжелую ткань огромного шатра, спросил волшебник.

Дождавшись ответа, маг проскользнув в палатку, отгородившись от бушующего ненастья зачарованным пологом походного убежища. Вдохнув успокаивающие ароматы экзотических масел и что-то отметив про себя, мужчина нашел взглядом хозяина шатра. Седой архимаг сидел в окружении чаш с благовонием, медленно, но верно восстанавливая силы. Пусть не долгая, но все же мучительная смерть от чар боевой некромантии, как и последовавший ритуал воскрешения, оставили свои отпечатки на уже давно не молодом человеке. Скорбные тени под глазами и плотно сжатые губы выдавали обуревавшие его чувства.