Земля боярская: Война

Глава 8. Дубун

Завершался совет тягостно. Дубун все пытался быстро сообразить, как лучше поступить. Морщил лоб, чесал бороду, но ничего умного в голову не приходило. В конце концов он спросил у сидевшего до этого смирно Искра.

— А что твои говоруны говорят, где идет Орислав?

Разведчик нехотя встал и подошел к расстеленной на столе карте боярских земель. Посмотрел на нее ориентируясь, потом тыкнул в пергамент пальцем.

— Тут. — Потом повел пальцем по одному из трактов. — А идет значится здесь. И выйдет сюда, а там дальше к Кросаву.

— Получается что если мы его встретим возле Святополковской развилки, то до Кросава он не дойдет? — Уточнил Дубун, пристально глядя на разведчика.

— Наверное, не дойдет, боярин. — Пожав плечами ответил Искр. — Я же не полководец, мое дело людей подговаривать, да слышать разное. Вот.

— Посмотрите други, — призвал собравшихся Дубун. — Как я полагаю, то мы или встретим Чсеславычей на развилке, или пропустим и потом ударим им в тыл, а драпать им будет некуда, там уже Кросав будет.

— Подожди-ка, Дубун, — резко сказал Сидор, — смотри. Получается, что если мы их пропустим, а Боголеп решит за нами идти, а Орислав с ним соснесется или просто решит нам бой дать, мы можем получить удар в тыл от Горомиров, и тогда уже не Ориславу, а нам драпать некуда будет.

— А, ты прав. — Согласился Баско Малей. — Так вполне может быть. Значит нам надо выйти на эту развилку раньше Чсеславычей. А там уже будем думать что делать дальше.

Значит отдыхать нам некогда. — Заключил Дубун, завтра нужно начинать переход.

— Подожди, боярин, — поднял руку Сидор Ханенко. — А что делать с ранеными? Обозы с ранеными не успеют за войском.

— Проблема. Придется часть отрядов оставить для охраны обозов с ранеными. Других способов успеть выйти на развилку хотя бы частью войска я не вижу. — Пожав плечами ответил ему Дубун, он понимал, что раненых бросать нельзя, но при этом и рисковать опоздать к той самой развилке ему не хотелось. Слишком рискованно было это.

— Разделять войска опасно, — высказался Дарьян. — Обоз Боголеп может разнести, а потом и с Чсеславычами не справимся. Вот.

— А другого выхода у нас нет. — Пожав плечами ответил брату регент. — Сам посуди, не успеем на развилку выйти, в любом случае окажемся в ситуации, когда одновременно с двумя боярскими родами воевать придется. На одном поле. А так мы хотя бы прорвемся в Кросав, а там уже видно будет. Все согласны?

Бояре недружно покивали, показывая согласие. Даже если кто-то и был недоволен, вслух они не высказывали никаких претензий.

— Значит, готовьтесь к выступлению. Завтра выходим. — Хлопнул в ладоши Дубун, показывая, что совет закончен. Ему еще нужно было решить огромную кучу разных дел, чтобы не возникло проблем в походе.

***

Утро следующего дня в лагере началось с гомона и шума. Воины снимались со стоянок, нехитрые пожитки упаковывали в переметные сумы, постепенно строились в походные колонны. Дубун наблюдал за происходящим, его шатер уже разбирали, отряд с которым он выступал еще не был готов к выходу, и ему оставалось только сидеть на небольшой скамье и ждать пока все будут готовы. Подгонять он никого не собирался, в отрядах были старшие, они и так поторапливали воинов.

Дубун же думал думу. Вчера уже под вечер из Кросава прилетела горлица с берестой от жены. В бересте она расписала, как бояре в Кросаве ропщут, но пока считают его регентом, что до них стали доходить слухи о смерти Ольгерда, и некоторые бояре уже стали поговаривать, что Горомиры не имеют никаких прав на престол.

И только приписка в конце заставила его задуматься. В ней жена упрекала его в порочной связи с ведьмой-Аделей, и пообещала убить соперницу. А если Дубун не угомонится и продолжит гулять по сторонам, то и его убьет и тогда пускай боги решают что делать с ней. Вот такое послание он получил.

Было очень странно такое читать. Все-таки его жена знала, что будет хоть и старшей, но не единственной женой. И да он еще не привел в хоромы наложницу, но у него было на это право, боярская правда давала такое право для любого свободного жителя боярских земель, и только холопы должны были сначала спрашивать у своего боярина добро на двоеженство. Вот и думай, что теперь с этой дурой делать. Особенно когда находишься от этой дуры в сотнях верст, и на пальцах ей не объяснишь, что он Аделю видеть не желает, и видеть не желал никогда. Тут он горько усмехнулся про себя, отметив, что врать самому себе он умеет плохо, Аделю он как раз желал видеть, причем на своем ложе, но жене про это знать не стоило.

Отвлек его один из гридов, занимавшихся сборкой шатра.

— Боярин, все готово, можно выступать.

— Отряд тоже готов, — не поворачивая головы спросил Дубун.

— Да, все готовы, первые отряды уже двинулись, ваш отряд вас только ждет. — Отчеканил грид.

— Хорошо, коня мне, — Дубун встал и потянулся, впереди его ждал длительный переход, во время которого он успеет подумать о многом.

***

Войско шло уже полдня, все было тихо и спокойно, только на горизонте стали кучковаться облака. Старшие воины заговорили, что грядут дожди. Дубуну эти разговоры были не по душе, как-то воевать по колено в грязи, было бы совсем неприятно. Хотя с другой стороны, это могло остановить степняков, которые были теперь у Горомиров. Загорные воины очень редко видели проливные и затяжные дожди, а значит особого опыта войны в таких условиях у них не было. И это было уже на руку Зукердам.

Во второй половине дня начались первые проблемы. Кто-то обстрелял стрелами головной полк. Никто не погиб, но несколько воинов получили стрелы, да лошадь одну пришлось зарезать, ей стрела перебила сухожилие на ноге. Кто это был, так и не узнали. Нападавшие быстро спрятались в лесу. Но, сам факт того, что на них могут нападать в любое время, совсем не добавляло войскам боевого духа.

На этом сложности не завершились. Во время предпоследнего отдыха, один из младших бояр Малеев отказался идти дальше, мол, у него есть легко раненные воины, и нужен им отдых, а сегодня они уже далеко прошли. Пришлось Дубуну лично ехать туда и вместе с Баско напоминать боярину о том, что у его рода есть клятва перед Малеями, а значит любое ее нарушение, может превратить их в холопов.