Землянка для звёздных повелителей

Глава 1

Шипящая радужная жижа неумолимо ползет из ванной. Красивая, зараза, переливается всеми оттенками космоса, но мой любимый коврик она сожрала за тридцать секунд.

Теперь ее цель — моя правая тапочка. Не успеваю отпрыгнуть, завороженная тем, как пена касается подошвы, и с тихим пшиком… растворяет.

Но плевать на тапочку. Плевать на всё.

Бросаю взгляд на реставрационный стол в центре комнаты — моя личная святыня. Там, на бархатной подложке, лежит древний фолиант: «Кодекс Расколотой Зари».

— Чёрт! — вырывается у меня. — Если эта дрянная пена до него доберется, аварийная служба будет собирать останки своего сантехника по всей галактике! Да где его носит?!

Хотя кого я обманываю? Аварийка тут ни при чем. Это всё я.

Давно заметила: сильные эмоции превращают меня в ходячий электромагнитный импульс.

Сегодня моя эйфория от расшифровки первого абзаца Кодекса спалила насос с магнитным приводом, устроив банальный потоп.

Потом, когда я в панике ринулась в ванную, с ума сошёл ионный душ. Теперь он генерирует эту дрянь, пожирающую любую синтетику. Хорошо хоть пол в моём старом жилом блоке из цельного нано-керамита, иначе я бы уже здоровалась с соседями снизу.

Воздух в маленькой квартирке гудит, потрескивает от статики, а я стою посреди апокалипсиса — насквозь мокрая, в коротких шортах и тонкой майке, которая неприятно липнет к телу.

Пена нацелилась на стол. Нет. Не позволю!

Делаю отчаянный рывок. Нога скользит по радужной луже, и я с размаху шлепаюсь своей пятой точкой прямо в нее.

Жижа холодная, липкая и щекотно-агрессивная. Тут же вскакиваю на ноги, отряхиваюсь, и с ужасом смотрю вниз. От шорт остались лишь жалкие, дымящиеся ошметки. И даже они исчезают прямо на глазах…

Я стою посреди собственной квартиры в мокрой майке и кружевных стрингах.

Слава Космическому Отче, это всего лишь шорты!

Потерю семейной реликвии, моего Кодекса, я уж точно не переживу.

Скрип входной двери. Наконец-то!

— Ну слава Отче! Где вас носит?! — кричу я, не оборачиваясь. — У меня тут апокалипсис в миниатюре!

Судорожно пытаюсь остановить поток пены.

Проблема в том, что прожорливая дрянь, кажется, жрёт всё. Я уже скормила ей старую папку из полимера, пытаясь сгрести поток в сторону. Теперь на очереди декоративная подушка с дивана.

И она тоже исчезает в пене с влажным, чавкающим звуком.

Мой гениальный план — закормить её до смерти. И я как раз нашла для этого идеальное топливо — коробку с вещами бывшего. Его любимая толстовка отправляется в радужную пасть первой.

— Жри! — бормочу я, с мстительным удовольствием наблюдая, как пена с аппетитом поглощает вещь. — Подавись!

— Для апокалипсиса, — раздается за спиной низкий, вибрирующий рокот, от которого у меня по спине бегут мурашки, — здесь слишком много жизни.

Замираю. Голос совсем не похож на сварливый тенор сантехника из диспетчерской. Я медленно поворачиваюсь и… теряю дар речи.

На пороге стоит гора мышц, упакованная в черные кожаные штаны и татуировки.

Высокий, широкоплечий, с дикими, серебристыми волосами до плеч. И нечеловечески, до неприличия красивый.

Мой мозг лихорадочно перебирает варианты: розыгрыш? Стриптизер по ошибке? Рок-звезда, перепутавший сцену с моим жилым блоком?

Такого голыми руками не возьмешь… Это его-то я грозилась распылить по галактике? Не очень-то и хочется пытаться. Пусть уж лучше чинит душ.

А мужской, хищный взгляд… который, видимо, только что был крайне заинтересован моей голой попкой с стрингах, теперь медленно скользит по моей мокрой майке, задерживается на груди.

— Какой… мощный выброс, — произносит он, а я чувствую, как щеки моментально вспыхивают.

Он говорит о погроме или о… моей груди?

Отче, да я как будто голая стою перед ним. Мокрая ткань совершенно не скрывает ни округлые полушария, ни острые от холода соски.

От холода? По телу разливается волна удушливого жара. Это всё от смущения!

А что он так смотрит?

Мне кажется, или он только что слегка поиграл внушительными мышцами под татуировками? Чего он с голым торсом? Новая форма у сантехников, чтобы не намочить лишнее?

Под его лёгкий вздох сожаления, скрещиваю руки на груди, в жалкой попытке прикрыться. Пусть уж лучше пялится на мои голые ноги.

— И что здесь произошло? — мужской голос становится серьезнее, пока он осматривает комнату. — Энергетический всплеск такой силы…

Ну да, сейчас я тебе так и расскажу. «Знаете, я тут расшифровала пару строк в древней книге о какой-то богине и ее троих любовниках, так обрадовалась, что у меня, кажется, взорвалась вся техника в доме».

Он точно решит, что я сумасшедшая.

Сама не так давно осознала, что мои эмоции действуют на электронику, как граната. Но чтобы ионный душ начал плеваться пеной, растворяющей одежду... Это новый уровень.

— Просто прорвало трубу, — озвучиваю очевидное и перехожу в наступление: — А вы, простите, кто? Специалист по особо влажным ситуациям?

На мой язвительный выпад незнакомец не отвечает. Вместо этого он делает медленный шаг ко мне, сокращая дистанцию.

Мужские губы трогает кривая, ленивая ухмылка, от которой у меня по спине бегут мурашки. Взгляд становится еще более наглым.

— Специалист по влажным ситуациям... — медленно повторяет он, и в его голосе слышится что-то такое, от чего у меня внутри всё переворачивается. — Можно и так сказать. Я умею обращаться с... перегретыми системами.

Он смотрит так, что мне кажется, будто я стою перед ним не в мокрой майке, а совсем без нее.