Земное и небесное

2. Бессмертная мозаика: условность и наглядность

Мозаика — одно из самых древних искусств: первые мозаики появились во второй половине 3-го тысячелетия до н.э. в шумерских городах Месопотамии. До нашего времени сохранились фрагменты и даже цельные пластины, найденные в храме в долине реки Абра и в предместье города Ур. На них выложены узоры и сюжетные картинки из разноцветных камешков, кусочков смальты, ракушек и слоновой кости, вкрапленных в битум, — любимый материал этой древней цивилизации. В Древнем Египте трон фараона Тутанхамона был украшен мозаикой из драгоценных камней. Само же слово «мозаика» восходит к классической Античности — «каменной живописи» древнегреческих храмов, посвященных музам. Как бессмертны музы, так должны были быть бессмертны и их изображения.

Мозаиками из мелкой гальки и обожженных черепков украшали полы дворцов и храмов, а кусочками смальты — стены, потолки и двери. Особенно популярным стало это искусство в Римской империи в эллинистическую эпоху. Мозаикой оформляли бытовые предметы: столешницы, шкатулки — и гробницы. Наиболее высоко ценились композиции из мелких кусочков (мелкомодульная мозаика) с деликатной, оставляющей минимум зазоров кладкой.

В экспозиции знаменитого музея Бардо в современном Тунисе (в эллинистическую эпоху — североафриканская провинция Рима) представлены надгробия первых христиан, перенесенные из склепов под раннехристианскими святилищами. Одни из них (например, найденные в базилике Святого Феликса в Келибии) покрыты узором из розовых бутонов и ветвей, среди которых сидят птицы: и розы, и птицы напоминают об обетованном рае, где цветет вечная весна. Другие изображают основные события жизни покойного или храм, который он посещал (например, надгробия из часовни в г. Табарка).

Высочайшего расцвета мозаика достигла во времена Византийской империи. Роскошные монументальные каменные иконы преимущественно на золотом фоне, символизирующем райские небеса, сияющие Божественным светом, украсили центральные константинопольские храмы. На некоторых из них изображены не только Иисус и святые, но и члены императорской семьи. Так, на одной из мозаик XI века южного яруса галереи храма Святой Софии одесную, то есть по правую руку от Спасителя вместо Иоанна Крестителя изображен император Константин, а ошую (слева), на месте Богородицы, — императрица Зоя. При этом император и императрица — в роскошных царских одеяниях, украшенных драгоценными камнями, Христос же — в скромном синем платье.

Не менее интересны многочисленные житийные мозаики храма Христа Спасителя в Полях в константинопольском монастыре Хора, выполненные в XIV веке. М.В. Алпатов в «Этюдах по истории русского искусства» писал: «Идея этих мозаик не столько догматическая, сколько повествовательная, их создателей занимал не столько символический смысл легенды, сколько чувственная наглядность, не столько иерархия образов, сколько их последовательность во времени. Но все же весь цикл хотя и относится к земному, но таинственными нитями связан с небесным. Соответственно своему повествовательному характеру весь цикл образует фриз — темно-зеленая полоса земли проходит через все сцены и служит связующим звеном между ними, этим утверждается циклический характер всего ряда. Однако над стенами поднимаются плафоны, в которых сцены огибают розетки и купола с медальонами Христа и Марии».

При взятии Константинополя турками в 1453 году монастырь был разграблен, а позже превращен в мечеть Карие Джами, но мозаики, замазанные и заштукатуренные, сохранились без каких-либо повреждений до 1948 года — времени, когда мечеть была превращена в музей и в ней начались реставрационные работы под руководством специалистов из США и Великобритании.

В Древней Руси мозаичное искусство тоже достигло высот мастерства. В ходе раскопок 1970-х годов на территории Киево-Печерской лавры были обнаружены мастерские стеклодувов с остатками смальты. Многие соборы X–XII веков в Киеве, Чернигове, во Владимиро-Суздальском княжестве славились мозаичными изображениями. Особо знаменита огромная шестиметровая смальтовая мозаика Богоматери Оранты в Софийском соборе Киева.

Если мозаики христианской традиции сочетают в себе символизм и реальность, орнаментальность и предметность, то мозаики мусульманского храма нарочито отвлеченны, надмирны. Изображать людей и животных в священных местах нельзя, поскольку они не являются объектами поклонения, а Бог, согласно мусульманскому вероучению, внешне ни в чем не схож ни с человеком, ни с иными земными существами.

Мир здешний не является для мусульманина истинным. Гораздо точнее отражают божественную реальность орнаменты, выстроенные по геометрическим законам, — арабески, идея которых созвучна представлениям исламских богословов о вечно продолжающейся ткани Вселенной и о Боге — устроителе и организаторе, все сотворившем и соразмерившем, распределившем и направившем. В исламских мозаиках простые геометрические фигуры (квадрат, круг, треугольник), многократно повторяясь, превращаются в перенасыщенный элементами узор. Европейцы называли такую плотность horror vacui (боязнь пустоты).

Впрочем, иногда мусульманские и христианские «каменные картины» оказываются удивительно схожими. Таковы, например, мозаики с изображением райского сада и дворцов во внутреннем дворике мечети Омейядов в Дамаске. Эта мечеть, выстроенная в самом начале VIII века, стала оплотом и святыней ислама, первым культовым сооружением, отразившим в архитектурной форме религиозные представления мусульман. Золотой фон мозаик и соблюдение иллюзорной перспективы в изображении деревьев, домов и холмов обнаруживают византийское влияние, и это не случайно: райские сады мусульманских праведников создавали двести православных мастеров мозаичного искусства, придерживавшихся иконоборческой традиции. Их прислал в Дамаск из Константинополя византийский император по заказу халифа Валида бен Абд-эль-Малика.