Земной подарок для космического пирата

Глава 8

Спустя неделю мне казалось, что я всю жизнь к этому шла. Все мои языковые навыки и врождённый талант к их восприятию и изучению играли на быстрый результат.

Я практически не спала, всё время ходила с лингво-переводчиком, представляющим каплю из мягкого сплава, который принимал форму уха, а внутри был наполнен инопланетной электроникой. Потрясающее устройство, помогающее не только переводить, но и благодаря посылаемым в мозг импульсам — изучать.

Самым трудоёмким оказалось внести наш язык в базу переводчика, что и легло на мои плечи. Зато потом общение вышло на новый уровень. Жаль, что таких капель в распоряжении учёных было всего несколько штук.

И да, мы им не доверяли. Так же как и они нам.

Только угрожая, мы смогли взломать базы с информацией о нашей планете, которую пришельцам удалось собрать. Прежде всего это было необходимо, чтобы понять, как и где строить новые города. Какие опасности нас поджидают.

Так я узнала, что Земля стала рассадником ядовитых животных и растений. Вместо шести континентов остались лишь два, окружённые бескрайним океаном. Причём на втором континенте жить невозможно из-за постоянных землетрясений и извержений вулканов, вызванных столкновением тектонических плит.

Парниковый эффект является причиной душной, влажной и дождливой погоды.

И все же мы радовались возможности выйти на поверхность. Члены Совета разрабатывали план, по которому Ковчег обязательно сохранялся как убежище на случай ещё одной глобальной катастрофы. А вокруг научной станции пришельцев мы постепенно будем возводить новый город. Благо строительного природного материала, камня и дерева, вокруг было в избытке.

Поднимались из архивов чертежи древних деревянных построек. Архитекторы были воодушевлены предстоящей работой. Хотя Фан Ли Рой не оставлял попыток уговорить нас сотрудничать с его начальством, которое может помочь нам с обустройством и поставкой современных полимерных материалов. Отец лишь хмурился и говорил, что не позволит колонизировать свою Землю и устанавливать чужие законы. Ведь за всё придётся платить.

— Луна Васильевна, подойдите сюда. — позвал меня один из наших учёных-генетиков из ЦР, разбирающий файлы пришельцев и работающий в связке с коллегой лаврентийцем. Когда я подошла, мужчина шепнул: — Не понимаю, что здесь написано. Такое ощущение, что этот лаврентиец пытается отвлечь моё внимание. Там точно что-то важное. Это сравнительный анализ наших геномов.

— Мий Рой, вы мне нужны. — в свою очередь, по наручному коммуникатору вызвала начальника станции. Пусть объяснит, что здесь написано. На самом деле я уже начала переводить, но путалась в научных терминах.

— Мия Малина, чем могу помочь? — подошёл ко мне криласец, забавно дёргая ушами.

Я уже привыкла к этой особенности, но всё равно не могла не коситься. Представляю, как ему тяжело переносить нашу недоброжелательность, ведь многие люди считали подобных ему мутантами и кривились при встрече. Некоторые не могли простить им гибели своих близких при подрыве. Да и мне, честно говоря, было тяжело не переносить обиду за смерть Свена на того же Фан Ли Роя, отдавшего тот приказ.

Но я понимала, что, во-первых, это было сделано непреднамеренно, а во-вторых, уже никого не вернёшь, а взаимодействовать нужно. Пообщавшись с пришельцами дольше других, в отличие от отца и остальных членов Совета я понимала, что мы не сможем защитить планету силой. Нет у нас такой возможности. Только договор на обоюдовыгодных условиях нам поможет. Пока же мы готовились к обороне, вытаскивая на поверхность оружие, запасы которого хранились в Ковчеге. Заодно учились пользоваться современным оружием со складов научной станции, которое держали для обороны от местной ядовитой живности.

С неодобрением за военными приготовлениями наблюдали не только инопланетяне, так похожие на людей, но и я.

Повернувшись к Фан Ли Рою, я указала на привлекший внимание файл.

— Мий Рой, что значит нулевой реципиент? Расшифруйте эту генетическую матрицу.

Криласец нервно дёрнул ушами и обвиняюще посмотрел на лаврентийца, который не смог скрыть важную информацию.

— Я жду. — добавила жёсткость в голос, напоминая, что у меня тоже есть какая-никакая власть. Пусть и формальная, но к моим словам, как основного переводчика прислушиваются члены Совета. Им просто некуда деваться. А через меня, так или иначе, идут все потоки информации происходящего на базе.

Фан трагично вздохнул и махнул рукой, предлагая отойти в сторону, чтобы нас не услышали.

— Вы уже видели результаты сравнительного теста, который мы сделали?

— Да. Мы практически полностью идентичны лаврентийцам, что, впрочем, и так видно невооружённым глазом.

— И не только. Ваш геном повторяется в определённой комбинации со всеми гуманоидными расами Альянса.

— Что это значит?

— Помните, я рассказывал про вакцину рас?

— Это та, которую делают при половом совершеннолетии для избежания расового смешивания и новых мутаций?

— Именно. Закон Альянса призывает сохранять чистокровность народов, входящих в его состав. При зачатии между смешанными парами вакцина подавляет ген одного из родителей, в результате чего рождается чистокровный ребёнок определённой расы. Заранее предсказать, кто это будет — невозможно. Исключение составляют алларцы, которые могут иметь потомство только от себе подобных. Там своя специфика.