Земская ведьма. Летняя практика

Глава 11. Не буди лихо, пока оно тихо

- Желудь? – удивилась Даринка. – Ты меня прости, конечно, но какой-то это очень странный подарок…

Я тоже смотрела на предмет в своей руке с разочарованием. Вообразила почему-то, что это будет брошь.

- С другой стороны, мне вообще ничего не дали, - тут же добавила подруга. – А у тебя вон – сюрприз… Слушай, это же значит, что твой кавалер очень сильный колдун? Раз он так такие штуки проворачивать может?

- Вроде того…

Я, если честно, не знала, как относиться к увиденному в зеркале. Специально я на жениха не гадала, он сам ко мне пришел. И желудь этот притащил… Чего с ним делать-то?

Выбрасывать его однозначно нельзя. Но и никаких конкретных инструкций мне не дали... Пожав плечами, я просто сунула желудь в карман платья и решила разобраться с ним позже.

Тем более, что в эту секунду в баню с грохотом вломились наши фамильяры. Судя по внешнему виду, они неслись как безумные и наверняка перебудили всю деревню.

- Вы чего гремите? – шикнула на них Даринка.

- Так там... мы увидели… - начал Вольдемар, забираясь на руки хозяйки и пряча мордочку в складках ее сарафана.

- Мы ТАКОЕ увидели! – заорал Фыр и стал подпрыгивать, чтобы я тоже взяла его к себе.

- У них лунный свет на веретено наматывается!

- И тени режутся!

- И они чаем всех травят!

- Чтобы самим выздороветь! – стали наперебой кричать фамильяры.

- Погодите! – притормозила я. – Кого вы увидели-то?

- ЛИХО! – крикнул Волька и сильнее прижался к Дарине.

- Лихо? – я чуть не выронила Фыра из рук. – Да это… да как-то…

Лихо относилось к тому виду нечисти, которое нельзя было официально отнести ни к той, ни к другой группе. Объяснялось это тем, что размножались лихо естественным путем, но ведьм не слушали, а людям в большинстве своем вредили. В былые времена лихо цеплялось к человеку и питалось его положительными эмоциями, усиливая негативные. Лихо путало разум человека, лишало его удачи, нашептывало всякие гадости, сбивало с истинного пути, науськивало и… как бы это сказать… портило.

Сейчас лихо редко встречались, однако отдельные экземпляры остались и прятались по лесам и болотам. К людям они выходить боялись, но, если человек сам забредал на их территорию, считали себя в праве к нему прицепиться.

В отдельных случаях лихо могло принимать образ человека, и даже в своем естественном обличье чем-то напоминали людей. Только с одним глазом. Видимо, ночью Агриппина с дочерью расслабились, и Волька смог увидеть их без защитного покрова.

- Вот почему тени двоились… - поняла Даринка.

- А второй глаз они прятали, - добавила я. – Видать, силенок на качественный морок не хватило, вот они и прикрывались платочками…

- И отец Маришки неспроста игроманом стал. Его Лихо обработало!

- Он же за второй женой через лес шел. Есть у меня подозрение, что дальше него он и не ступил... Лихо к нему еще в лесу прицепилось. Ауру его считало!

- Но ведь тогда выходит, что все по Закону? – испугалась Даринка.

- Если Тихон сам на них напоролся, и леший его не тормознул – выходит, да…

Это было скверно. Согласно Закону, которому подчинялись все – и нечисть, и колдуны, и ведьмы – если кому-то Судьбой уготовано попасть в лапы водяному, стать русалкой или обещанным дитем для лешего – никто не имеет права тому помешать. Даже ведьма. Она может попытаться договориться с нечистью, перехитрить ее, но открыто отбирать добычу – ни в коем случае! Это нарушит Равновесие, и будет очень-очень плохо…

- Но вы говорили, Агриппина тени сшивала? – напомнила я. – Маришки и Милицы?

- Угу. Лихо сказала, что «чужое здоровье непросто пришивать».

- Зачем только, интересно… - задумалась Даринка. – Лихо же вроде энергией в чистом виде питаются? Мне отец рассказывал, что тени людям сшивают, он сам однажды тени сшивал, но… Минуточку! А чем Лихо их сшивала? Тут же простой иглой не обойтись… Если только… Ой, Алинка, это же очень серьезно!

Но я и сама все поняла. Взаимодействовать с настолько тонкой энергией жизни и смерти мог лишь один вид игл.

- Игла Кощея! – сказала Даринка.

Кощей Иваныч служил у нашего царя казначеем. Но это сейчас он остепенился, а раньше был тем еще возмутителем спокойствия – девок портил, добрых молодцев на Кудыкину гору посылал, Горыныча на города натравливал и вообще пакостил хуже всякой нежити. Со временем, правда, подобный образ жизни ему наскучил, и Кощей попросился к царю на службу – за сокровищами следить. Опыт работы по накоплению золота у него был… гм… очень большой, хотя пара вредных привычек из прошлой жизни остались. Так, Кощей по-прежнему считался жутким бабником (и даже ухаживал за моей бабушкой, кстати, весьма успешно) и еще сохранил странную для мужчины его возраста и положения страсть к… вышиванию. Крестиком.

Но мы чужое хобби не осуждаем, хочется Кощею вышивать – пусть вышивает. Однако знающие люди в курсе, что вышивание – всего лишь прикрытие. На самом деле Кощей экспериментирует с разными видами магии, и однажды так доэксперементировался, что смог заточить в иглу собственную Смерть. Ну он, не будь дурак, наделал себе таких игл огромное множество и рассовал по самым непредсказуемым местам, чтобы всякие царевичи и герои эти иглы искали, ломали и невест забирали. А Кощей в это время за ними наблюдал, ухохатывался и в конце инсценировал собственную смерть.