Земская ведьма. Осенняя практика

Глава 2. Ведьмино перевоспитание

Мы прошли половину пути до деревни, когда из растущих по краям тропы подсолнухов неожиданно поднялся парень. Или даже не поднялся, а, скорее, воскрес, ибо вид у него был такой, будто он побывал на том свете и вернулся обратно.

Навскидку ему было лет шестнадцать. Высокий, худой, с копной густых черных кудрей, он вполне мог считаться симпатяжкой, если бы из его волос не торчала трава, а на рубашке и штанах не расплылись земляные пятна. Выглядел юноша помятым и несчастным.

Я сначала подумала, что парню требуется помощь, но потом ветер донес до меня запах фирменной настойки Неждана Егорыча и все сразу встало на свои места.

Тем более, что рядом с первым парнем воскрес второй – светловолосый и не такой худенький. В руках этот новопоявившийся экземпляр сжимал бутылку из темно-зеленого стекла.

Даринка тяжело вздохнула.

- Вот молодежь пошла… И снова эта премерзейшая вонь, прямо как в прошлый раз! В Вершках традиция что ли такая – перед встречей с ведьмами закидываться всякой гадостью? Мы, конечно, страшные и ужасные, но не до такой же степени! И куда только Егорыч смотрит… Вам самим-то не стыдно, господа? – обратилась подруга к двум парням, которые только-только разлепляли глаза.

Причем, чем шире они эти самые глаза разлепляли, тем более удивленными становились их лица. Светловолосый парнишка осмотрел сначала меня с Даринкой, потом перевел взгляд на парящие над нашими головами сундуки, потом – на бутылку в своих руках и, наконец, на товарища.

- Васёк, я же не один их вижу? – спросил он мгновенно осипшим голосом.

- Девок-то?

- Летающие сундуки над их головами, балбесина! Причем на одном кот сидит, а на другом – еж… Я предполагал, что от старостиной бурды мы улетим далеко и надолго, но что у меня потом галюны такие будут… Не, ты как хочешь, а я больше эту жижу пить не стану! После нее жесть всякая видится…

Парень швырнул бутылку себе за спину, но до земли посудина не долетела – Даринка не позволила, затормозив ее своей магией.

- Еще и среду окружающую загрязняем? – недобро прищурилась моя напарница. – Совсем совесть потеряли! Никакого уважения к природе! А если она в вас мусором швыряться начнет?

Подруга подняла руки. Бутылка, повинуясь ее движению, закружилась в воздухе и ткнулась горлышком прямо в лоб неудачливому загрязнителю.

«Тык» был несильным и выполнял исключительно воспитательную функцию, но парень заорал так, будто его со всей силы огрели. Даринка хмыкнула и заставила бутылку врезаться на этот раз в плечо юноше.

- Ай! Уй! Эй! Васек, чего вылупился, спасай, пока эта бешеная мамзелька меня до смерти не затыкала! – орал светловолосый типчик, пытаясь скрыться от карающего сосуда в подсолнухах.

Получалось у него так себе.

- А я и Васька могу потыкать, чтобы ему не скучно было! – рассмеялась Даринка. Она вошла в раж. - И за «бешеную мамзельку» ты мне ответишь! Ни ведьм, ни природу не уважают! Здоровый образ жизни игнорируют! Я вас так перевоспитаю, вы у меня по струнке ходить будите!

Оставив в покое свою первую жертву, бутылка хищно метнулась к так называемому «Ваську» и принялся домогаться уже его. Теперь среди подсолнухов носилась оба возмутителя даринкиного спокойствия, за которыми Волька наблюдал с азартом, Фыр – с порицанием, а я – с восхищением.

Даринкина меткость была просто феноменальной. Хотя методы воспитания вызывали вопросы.

- Может, хватит с них? – предложила я, когда заметила, что парни окончательно протрезвели. – Ты же все-таки лечащая ведьма…

- Вот я и лечу этих оболтусов! От разгильдяйства!

Мне оставалось только пожать плечами. Я не врач, не мне судить… Кстати, любопытно, как эти два брата-акробата тут оказались? Неждана Егорыча они назвали старостой, однако прошлым летом я их в деревне не встречала… Новенькие?

Мои размышления прервал появившийся на пригорке рыжий пацан, в котором я сразу узнала Ваню.

- ОНИ ЗДЕСЬ! – орал мальчишка. – Я нашел Васька и Глеба! Только они не одни, тут еще… ОЙ!

Ваня затормозил, приложил ладонь ко лбу, прищурился. Его лицо, когда он узнал нас, расплылось в счастливой улыбке, и рыжик снова завопил:

- НАШИ ВЕДЬМЫ ПРИЕХАЛИ!

Я услышала чьи-то радостные гики, и вскоре к Ване присоединились еще люди: запыхавшаяся Ленка и Олеся с Вячко. Замыкал поисковую группу темноволосый паренек, слегка прихрамывающий на правую ногу. Я напрягла память и вспомнила - это же тот самый Сева, которого Ладислав от гнилой тропы отваживал и так отвадил, что чуть ногу ему не откусил! Даринка зашила раны, но предупредила, что иногда, особенно в дождливую погоду, нога может болеть.

- А-а-а-ли-и-и-нка! Да-а-а-ри-и-нка! – закричала Олеся и вихрем помчалась на нас, смяв в тесных объятиях. – Я так скучала, вы не представляете! Ну-ка, дайте я вас получше посмотрю… Ой, ну какие красавицы стали!

Лично я за собой и подругой серьезных изменений не заметила, а вот Олеська похорошела. Черты ее лица как будто стали острее, волосы – гуще, голос – мелодичнее. Сарафан насыщенного охряного цвета подчеркивал блестящий янтарь глаз.

Ленка тоже не походила на себя прежнюю. Из долговязого подростка она превращалась в молодую девушку. Я отметила, что ее волосы, раньше короткие, теперь спускались ниже лопаток и собирались в косу.