Зеркала наших душ

Глава 4.

Яркий свет солнечных лучей прожигает глаза, я осматриваю комнату в поисках часов, цифры на них показывают всего четыре утра. Рядом в странной позе спит Линдс, я аккуратно откидываю мягкое одеяло, из-под которого не хочется вылезать, и встаю с кровати.

— Боже, зачем я встала в такую рань. — шепотом говорю я сама себе.

Воспоминания о вчерашнем дне сами начали лезть в голову, я проспала целых шестнадцать часов, недавние события явно вымотали меня и исчерпали все силы. На носочках я направляюсь к душу, теплые струи воды и ароматный гель приводит в чувство и пробуждает после долгого сна. Обмотавшись махровым полотенцем, я вышла из ванной и достала из огромного шкафа подруги её пижаму, надеюсь, она будет не против.

Раны на стопах постепенно начинают заживать, поэтому мне было не так больно спускаться на кухню, опухоль на лбу спала, осталась лишь маленькая царапина, которую успешно можно замазать тональным кремом. Было бы просто отлично, если из моей памяти все ужасные муки так же быстро исчезнут. В одной книге я читала, что физическая боль не так страшна, как моральная. Раны быстро затянутся, от них останутся лишь незаметные шрамы, а вот душевная боль мгновенно не проходит. Я на своем опыте убедилась, что время не лечит, а весь этот бред, который заливают психологи на своих сеансах — лишь способ немного утешить пациента и внушить ему, что боль от потери или предательства пройдет со временем. Ничего подобного, сердце могут разбивать раз за разом и наступит тот момент, когда починка будет неисправна. Мы можем отвлечь себя новыми воспоминаниями, эмоциями и людьми, но когда будем оставаться наедине с самим собой, ужас, который мы пережили, даст о себе знать. Возможно, мне только сейчас так кажется, по крайней мере, я надеюсь, что когда-нибудь мне удастся забыть все произошедшее. Школьные годы — это мыльный пузырь, которому суждено лопнуть. А вполне может быть, что это только начало, и дальше меня ждёт ещё больше проблем и неприятностей, тут не угадаешь, жизнь полна сюрпризов, довольно часто не самых приятных, но я стараюсь быть оптимистичной, представляя, как однажды вздохну полной грудью и пойму, что такое быть счастливой.

***

Открыв большой холодильник с деревянным покрытием, я долго думала, что приготовить, выбор пал на яичницу с беконом. Я разбила скорлупу, тем самым дала белку и желтку оказаться на раскаленной сковороде, смазанной маслом. В ход пошли различные специи, аромат которых сводил меня с ума, свежая зелень и, конечно, сочный бекон. Обыскав все ящики на гарнитуре, я наконец нашла турку, в которую мигом забросила перемолотые кофейные зерна. В предвкушении невероятно вкусного завтрака, я положила себе немного яичницы, налила в большую кружку горячий кофе и вышла на веранду, где стоял небольшой стеклянный столик и мягкое кресло. Прохладный ветер будто охватывал все мое тело, заставляя его покрыться мурашками, я нащупала рядом с собой вязаный плед и укрылась им. Невероятно красивый вид выходил на задний двор дома, шелест листьев издавался от высоких деревьев.

Мой взор упал на барбекю, стоящий возле небольшой беседки. Я сама не заметила, как начала представлять другую версию своей жизни. Папа стоит возле мангала и жарит сочные бифштексы, а мы с мамой сидим в беседке, она меня обнимает, я ей рассказываю о типичных проблемах подростка, любимом парне, который позвал меня на выпускной балл и диком волнении перед ним.

Я довольно часто думаю, почему именно моя жизнь превратилась в сущий ад. За все шестнадцать лет я не сделала ничего плохого ни единому человеку, обычно только мне люди делают больно. И после долгих размышлений, я пришла к выводу — в этом никто не виноват, просто это колесо удачи и именно мне выпала неудачная карта. Я была невинным ребенком, карма которого не была запятнана. В мире тысячи людей с похожей историей, судьбой, и все они как-то смогли встать на ноги, значит и у меня получится.

— Дженн, ты когда у нас в кулинары записалась? — стоящая рядом Линдс, оторвала меня от мыслей.

— И тебе доброе утро, но мне же нужно вас как-то отблагодарить.

— Забей, нам реально только в радость тебе помочь, тем более папа постоянно на работе пропадает, мама дома сидит.

— Понятно.

— Будешь? — подруга протянула мне электронку.

— Конечно, буду. — я делаю длинную тягу, ветер мгновенно унес клубень дыма. — Я все-таки найду новую подработку, нужно же покупать сигареты и одежду на что-то.

— Даже не вздумай, ты хочешь всю жизнь работать разносчиком еды или терпеть домогательства от пьяных торчков в баре? Будешь носить мою одежду, электронной сигаретой тоже пользуйся в любое время, а то от тебя за километр табаком несёт.

— Да ну? Ничем от меня не несет. Тем более мне неудобно перед тобой.

— Засунь свои принципы себе в задницу, после твоего отказа жить с нами, Логан тебя чуть не изнасиловал, так что хоть раз прислушайся ко мне.

— Ты права. — мне не осталось выбора, кроме как согласиться.

— Нам, кстати, в школу пора собираться, из тебя ещё человека нужно сделать.

— А сейчас я на него не похожа? — я язвительно смотрю на подругу.

— Ну... Не совсем. — она делает странное выражение лица, берет меня за руку и тащит в свою комнату.

— Так, ну рана на лбу почти незаметна. — подруга усаживает меня за туалетный столик, в зеркале я вижу потрепанную девушку с темными кругами под глазами, бледной кожей и запутанными волосами. — Да уж, работы много.

Линдс двадцать минут пыталась превратить моё лицо в нечто более красивое, немного тонального крема, который успешно скрыл неровности на коже и ссадину на лбу, прозрачного блеска для губ, черной, как смоль туши и я увидела совершенно другого человека.

— Остались волосы.

— Помнишь, я тебе рассказывала про тот случай, когда ты меня накрасила, я пришла домой и Логан пытался смыть косметику кулаками?

— Боже, к сожалению помню. Ты еще тогда неделю ходила по школе с синяками на лице.