Зеркала-озёра

Глава 13. Толкование видений. 1

Выбираться из трансов самостоятельно становится все проще. Алёна и сама подмечает прогресс, но, когда Владыка сурово кивает и хвалит ее, гордость не просто поднимает голову, а буквально отражается у нее на лице.

— Нет, ты действительно проделала большую работу, — продолжает наставник, пока она доедает сэндвич в перерыве. — Не знаю, дело во врожденном таланте или твоем усердии, но такими темпами ты достаточно быстро сможешь полностью овладеть контролем над погружением в транс.

— У мамы было так же?

Он вдруг несколько тушуется, а затем садится на траву рядом с ней, оставляя примерно полметра между ними. Алёна внимательно следит за выражением лица Владыки, стараясь ничего не упустить, но видит лишь нахмуренные брови и рассредоточенный взгляд, направленный куда-то в сторону.

— Твоя мама помогла мне с многими научными работами. Признаюсь, если бы не она, я бы давно отказался от идеи изучать иное сознание. Может, нашел бы что-то попроще или даже погрузился в преподавательскую деятельность. Она была скорее моей надежной соратницей, а не объектом для исследований.

Легкая улыбка трогает губы Алёны, но практически моментально гаснет.

— Расскажите мне о том, как вы с ней познакомились, — просит она.

— Не уверен, что мне стоит бередить твои незажившие раны, — отзывается он и переводит тяжелый, серьезный взгляд на нее. Но Алёна не отворачивается, а встречается с ним взглядом довольно стойко. — Скажу честно: мы с твоей тетей не обсудили этот… щепетильный момент.

— Мне давно не нужна тетя, чтобы решать, о чем говорить, а о чем — нет.

Ответом служит короткая безрадостная усмешка.

— Я как-то уже упоминал, что Дана делала все вслепую. Что с нее взять, практик. А я проводил годы за книгами в душном кабинете пять на пять метров, но так и ни разу не смог даже приступ у себя спровоцировать. Сейчас понимаю, что это была юношеская блажь. Только представь, что могло бы случиться, подвернись мне и правда случай соприкоснуться с иным сознанием, не имея никакого реального опыта и взрослой ведьмы рядом.

Алёна сворачивает вощеную бумагу, в которую был завернут сэндвич и зажимает ладони между коленей. Ветра сегодня на озёрах нет, поверхность вод выглядит до ужаса спокойно, чем отчасти пугает.

— Мы познакомились случайно на одной из встреч Плеяды. Меня пригласили как ученого — точнее пригласили моего научного руководителя, но он отправил меня вместо себя. Я случайно услышал, как твоя мама жаловалась подруге или какой-то знакомой, что из-за беременности выходить из транса становится все сложнее. Да, я подслушивал на встрече, куда меня никто не приглашал. Но если бы я знал, что именно благодаря этому смогу наконец-то найти ведьму, прыгающую туда и обратно между сознаниями, поверь, я бы и ни на такое пошел.

— Выходит, она уже была беременна мной, когда вы познакомились? — уточняет Алёна.

Он кивает, и его взгляд становится мягче. Алёна замечает, как он погружается в воспоминания о былых днях, и его лицо выглядит безмятежнее и словно спокойнее, чем обычно.

— Тарасу, конечно, не понравилась идея, что какой-то идеалист-книжник будет подвергать лишней опасности его жену во время беременности. Наша первая встреча с твоим отцом прошла… — он делает паузу, подбирая слово, — не гладко. Рука у него, кстати, довольно тяжелая.

Владыка чуть улыбается, а Алёна вдруг ловит себя на том, что смеется, и пристыженно прикрывает ладонью лицо. Почему-то ей легко удается представить себе отца, который не дослушивает до конца и бьет сидящего перед ней Владыку, но тот выглядит на пару десятков лет моложе и менее уверенным в себе.

— И все же Дана согласилась помочь мне с работами. Копаться в книгах и бумагах мне, конечно, предстояло все еще одному, но мы договорились видеться, как сейчас встречаемся с тобой. Она показывала мне все то, чему научилась по наитию, я пытался сформулировать и зафиксировать любую мелочь, которая станет полезной в будущем.

— Папа к вам ревновал?

— Мы редко с ним встречались. Плеяда постоянно отправляла его на задания, да и я не то чтобы стремился обзавестись новыми друзьями. Но он всегда считал меня странным мечтателем, тянущем руки туда, куда мужскому уму лезть не стоит, — в самый центр ведьмовского знания.

Она вспоминает фотографии родителей в молодости, представить их получается так четко, что перед ней разве что фильм о прошлом не разворачивается. Визуализировать Владыку помоложе, конечно, удается намного труднее, поэтому его лицо в мыслях оказывается несколько смазанным.

— Вы тоже так считаете? — спрашивает Алёна, хмурясь.

— Я считаю, что все подлежит изучению. Но не всему можно научить, — заключает он, а затем окидывает ее оценивающим взглядом. — Продолжим?

Ответить Алёна не успевает, потому что он щелкает пальцами, — и в следующее мгновение на нее налетает ледяная волна, погружая в измененное сознание так быстро, что она не успевает и вдох сделать.

Холод пронизывает болью практически моментально, закрывает рот она не сразу, поэтому часть воды все же попадает в организм. Но спустя несколько безумно долгих секунд Алёна наконец ориентируется в пространстве, задерживает дыхание и начинает активно грести наверх. Главное, чтобы она правильно определила этот самый верх.