Зеркальная тайна

Глава 12.

Даниил Абрамов.

Снова лес. Только не тот, который мы проезжали вчера. Держа одной рукой руль, другой я провёл по лицу, как-то помогая себе проснуться. Все-таки не выспался.

Говорят, что нельзя спать, когда водитель за рулём. Ему тогда тоже хочется уснуть. Сейчас я бы с радостью, только попасть в аварию — не хочется, от слов совсем. Лучше потерпеть, доехать и лечь в мягкую кровать.

Минина пожелала лечь поспать на задних сиденьях, где вчера сидела нахмуренная Стеша. Ехали мы в тишине. Я не включал музыку, дав возможность подруге выспаться. Скоро, когда мы приедем, начнётся наша прежняя жизнь. Странно, но в родном городе Леры лучше, чем во многих больших городах. В одном из которых мы живём. И дело даже не в загрязнение городка или цен на разные вещи: будь то продукты, или одежда. Там другие люди. Это можно объяснить тем, что там мало богатого общества. Очень редкое явление. В таких же городах, как — Москва или Санкт-Петербург и другие, это уже просто люди. Кто-то да будет богаче, какого-то зазнавшегося бизнесмена.

****

Прошло несколько дней.

— Сука! — сидя в своём кабинете, я подсчитывал двухдневные убытки, получившие из-за Макса. Двухдневные, мать твою! Стоило уехать на выходные, оставив этого уëбка, под названием — мой лучший друг, которого я не могу сейчас назвать никак иначе. Я поднял глаза на молчаливого друга с синяком на скуле. — Вот нахуя столько бухать? Я всё могу понять: не сдержался, когда по все бухают. Но не до такой же степени! Бухай дома, а не на работе! — молчит. Впервые ничего не говорит в своё оправдание. Смысл в том, что его нет! Я выслушал его историю за ночь от начала и до конца, так ещё до этого — просмотрел камеры видеонаблюдения. Именно Макс виноват. Что мне с ним теперь делать? — У меня постоянно спрашивают, есть ли у меня совесть. На этот раз я спрошу уже у тебя: у тебя есть хоть капля совести? А если бы огонь перешёл на другую часть клуба? Люди бы пострадали, блять! Сели бы мы за решётку на долго. А все из-за того, что ты решил побухать, так ещё и перешёл границы! Нахера было лезть к чужой бабе? У тебя своей нет, что-ли? — мой холодный тон, должен был дать ему понять, что он так просто не сможет продолжить работу.

— Отъебись, Абрамов.

Ну наконец-то, а то я уже подумал, что он сам себе язык откусил.

— Нет уж! Не забывай, что я могу в любой момент тебя уволить. А уж тем более, сделать так, чтобы ты не смог устроиться ни в одну компанию. Даже родного отца, — зло прошипел я.

— Я тебя услышал, Даня. Раскаиваться не собираюсь. Делай, что хочешь, — лениво бросил он, и пошел на выход.

— Стоять!

Шутов остановился, не поворачиваясь, ожидая, что я скажу.

— Сюда иди, — Макс удивлённо на меня поглядел, повернув голову ко мне, — Иди, говорю! — хмурый друг подошёл ко мне. Я положил на стол бумагу и чёрную ручку: — Пиши заявление об увольнении по собственному желанию. Только из уважении к Мининой, я не буду ничего делать. Пиши заявление, и катись ко всем чертям.

Лицо друга скривилось от обиды.

— Без обид, Макс. Ничего личного. На работе мы не друзья. Здесь нужно думать только о работе, и ни о чем другом.

Шутов тяжело вздохнул, и наклонившись, начал писать заявление. Дописав, друг пренебрежительно кинул ручку на стол и подсунул ко мне бумагу.

Затем, повернулся и пошел на выход, в конце сказав:

— Я в жизни бы не изменил Лере.