Зеркало Времени. Часть Первая

Глава 1. Кёр Нуар

Эпиграф

«Преследовать цель нужно, как хищник преследует жертву: избирая верную тактику. Где-то — внимательность и осторожность, терпеливое наблюдение из тени; где-то — ярость и запал, ошеломляющие и заставляющие трепетать от ужаса. А иной раз подойдёт медленный, холодный напор, истощающий силы преследуемого».
— А если я не преследую никакой цели?
— Значит, ты уже мёртв.

Сквозь стрельчатые окна лился рассеянный розовый свет. Там, на горизонте, за чертой леса полыхало красное зарево.
Рассвет всегда наступает вовремя, и никакое Зеркало не способно его отменить.
Радуясь первым солнечным лучам, запели птицы, нарушая тягостную тишину мраморного зала.
Ева стояла у арочного окна, наблюдая за тем, как ночной мрак рассеивается, уступая место ярким утренним красками.

Чёрные контуры деревьев вдалике подернулись золотистой дымкой. Отсюда, из окна, можно увидеть весь лес до самых гор, ведь замок стоит на высоком холме, возвышаясь над долиной.
Кёр Нуар окружён крепостной стеной, но нет ни рвов, ни подвесного моста. Отец говорит, что лес поглотит бы любого, кто посмеет вторгнуться в их владения без разрешения.
Возможно, он просто верит сказкам мистиков и колдунов, которые ходят за ним по пятам, постоянно что-то нашептывая.
Но Зеркало из легенд — она видела его своими глазами, — оно действительно способно отражать само себя, будто приглашая в свой призрачный коридор, по которому можно идти бесконечно.

Постепенно все разошлись, унесли и Зеркало. А Ева всё смотрела на восход, порадовавшись тому, насколько прекрасным и величественным может быть встающее солнце. Сколько раз она наблюдала рассвет — и каждый раз он заново очаровывал её.
Стоило солнцу коснуться каменных стен, и зал вновь наполнился суетой. Сновали туда-сюда придворные, готовясь к предстоящему пиршеству.
Еве захотелось спуститься вниз, в тишину и прохладу сада, где, спрятанная между крон старых яблонь, стоит маленькая капелла. В ней давно не слышно молитв, а стены оплели плющ и дикий виноград.
Отец не любит это место, хоть и относится к нему с большим почтением, ведь этот молчаливый памятник — последний приют королевы. Усыпальница её матери.

Ева всегда поражалась тому, сколько слов придумали люди, чтобы не упоминать тему смерти. Ей говорили, что королева уснула вечным сном, отправилась к предкам, к Богу, в райские кущи. И только брат, отличавшийся прямотой, сказал горько, но спокойно:
— Ева, наша мама умерла. И нет, она не вернётся.
С того февральского дня, когда мамы не стало, Ева приходила к надгробию каждый день. Ей казалось, что так она продолжает общаться с ней — пусть и незримо, но присутствующей рядом.
Ей нравилось бывать там, в мраморной усыпальнице, окружённой тенистыми деревьями и зарослями ежевики. В центре капеллы — статуя женщины со сложенными в молитвенном жесте ладонями. Скульптору удалось удивительно точно запечатлеть в мраморе черты лица, передать мимику. Казалось, что белые локоны, волнами падающие на плечи, треплет ветер.
Когда Ева слишком долго смотрела на статую, то ей казалось, что она улыбается краешками губ… но это, конечно, была игра света и тени.

Раздался шорох за спиной, и Ева, очнувшись от своих мыслей, резко обернулась. Она по-прежнему была там, в пиршественном зале. А перед ней стоял кто-то из придворных. Она не знала, кто он и какое место занимает при дворе, но её и не заботил ответ на этот вопрос. Она лишь молча разглядывала его: белый фрак с серебряными пуговицами, серая ливрея, остроносые башмаки.
— Принцесса, Вы не спите? — задал он вопрос, который, по мнению Евы, не требовал ответа, ибо он был очевиден. Поэтому она сохраняла молчание, задумчиво рассматривая его лицо, казавшееся удлинённым за счёт выщипанных бровей. Более дикой моды Ева и представить себе не могла.
— Не соизволите ли узреть приготовления к Турниру, принцесса? Ваш благородный брат, принц Милос, прибыл недавно и будет сражаться, — продолжил придворный, явно желая угодить Еве, но не зная, как это сделать.
Ева задумалась. Она не просто желала посмотреть на Турнир — она безумно хотела в нём участвовать. Но что скажет отец? На её обучение искусству владения мечом он смотрел сквозь пальцы, как и на шуточные поединки с братом, но Турнир — это гораздо серьёзнее. Отец всегда считал её увлечение оружием и верховой ездой детской забавой.
И хоть он всегда брал её с собой на охоту, она знала наверняка: на участие в Турнире дозволения ей не получить. А жаль. Так не хочется наблюдать за ходом Турнира с трибуны, подобно благородным дамам, ведущим скучные светские беседы. Намного интереснее махать мечом, вдыхая запах пыли и железа, ощущать под ногами шуршание песка, слышать оглушающий звон стали.
Но на Турнире дозволено участвовать лишь мужчинам — таков закон. И они, облачённые в сверкающие доспехи, выйдут на ристалище под шум ликующей толпы.

А ведь и правда — все рыцари будут в доспехах, а их лица скроют шлемы с накинутыми забралами.
И вдруг ей в голову пришла дерзкая, безумная идея. Но отмахнуться от неё она уже не смогла.
И она кинулась вниз по лестнице, подобрав полы платья так, чтобы можно было перепрыгивать несколько ступенек. Человек во фраке бежал за ней следом, стараясь угнаться, а она лишь ускорила шаг, слыша в отдалении цоканье его каблуков.

Пройдя чрез каменные арки, Ева ступила в яблоневый сад. Почерневшие от времени стволы древних яблонь сплетали ветви в причудливые узоры. Но старые деревья ещё давали плоды, и сейчас налитые соком красные яблоки так и манили к себе.
Ева провела пальцами по шершавому стволу самой старой яблони, будто приветствуя её. Яркие глянцевые плоды сверкали в изумрудной зелени, но у девушки сейчас не было времени отдыхать в тени деревьев.
Она пошла дальше, через анфиладу фонтанов, ощутив приятные освежающие брызги на своём лице. Сейчас, когда день вступил в свои права, воздух наполнился зноем. А в зной нет ничего приятнее, чем гулять, наслаждаясь звуком журчащей воды в мраморных фонтанах.
Вот позолоченная фигура льва, а вот — грифон. Он тоже похож на льва, но у него есть крылья. А вот забавный фавн танцует для Диониса. И из его рога льётся, нет, не вино, а поток прохладной воды, стекая в каменный бассейн в форме морской раковины.