Зеркальщики. Двуликие

Глава 3. Проблема не приходит одна.

  Первый учебный день начался для Римм паршиво. Когда все уже дружной толпой двигались в сторону столовой, она только открыла глаза. Девушка всё ещё чувствовала себя ужасно. Видимо, испытания прошло для неё очень… плохо. Как жаль, что в нужные моменты память подводит и ты ничего не помнишь! Но в любом случае жизнь продолжается… Даже на первом Зеркальном круге. Да какая жизнь! Это же позор! Лучшая ученица Детской Академии поступила на низший круг! Но хотя бы не у Стекольщиков – в таком случае Римма уехала бы из Нового Дошмара. Семью только было жалко… Они хотя бы её поддерживали. Хоть и были все выпускниками Школы Могильщиков. Даже племянник Римм – балбес редкостный, так ещё и без особых способностей – смог пройти на второй Могильный круг! Он теперь точно её будет попрекать этим всю жизнь.

А когда девушка всё же добралась до столовой – с большим трудом, ибо успела раз пять свернут не туда, попадая то в спортивный зал, то в обсерваторию, в оранжереи - она увидела, что все-все-все столики заняты. Римме в буквальном слове было некуда упасть. Потому она решила сделать наиболее верный ход. Девушка взяла пиалу с жижей, называемой хоулом – злаковое растение долго варили, а потом толкли, отчего получалась неприглядного серого цвета кашица – и направилась во двор. Хоть в Дельвейсе и начинался сезон Стеклянных Дождей, погода все равно стояла приятной. Для Риммы, любительницы пасмурной и дождливой погоды, это было точно так.

Выйдя на небольшую веранду – в неё вели небольшие стеклянные двери, расположенные прямо в столовой, она сразу же ощутила прохладу. С неба капали мелкие стеклянные капельки, со всех сторон задумал несильный, но довольно колкий ветер.

Большая крытая веранда пустовала. За совсем крохотными столиками никого не было. Никто не смотрел на красивые горы Дельвейса, стоя около перил: там, где-то в сизой дали, сквозь мелкую дрожь дождя, были видны высокие мощные скалы, что чернели сквозь серо-голубую вуаль из облаков. А в центре целого хребта, стояла она – самая загадочная гора, зовущейся Пик Безумия. Она была скручена в бараний рог, а на самой верхушке горел яркий огонь вердепомового цвета.

Римма уселась за столик, кутаясь в кофту. Она поставила дымящуюся кашицу на столик и посмотрела вдаль. Она любила одиночество. Ей всегда было комфортно с самой собой. Наверное, это первая стадия духовного равновесия. По крайней мере, так ей всегда говорила мама: если человек может быть один и ему комфортно – значит он уже начал путь к выяснению своего внутреннего Я. Но Римма не видела в этом ничего хорошего. Это же значит, что она не нуждается в общении и в друзьях, а это плохо, ибо одному плыть по бескрайнему океану жизни сложнее, нежели с кем-то. Друзья могут подстраховать, протянуть руку.

Она запихнута ложку каши в рот. Лицо её поморщилось. Еда была настолько противной и склизкой, что захотелось её выплюнуть. В Школе Зеркальщиков оказывается плохо готовили. До безобразия плохо. Римма и не думала, что хоул можно испортить, потому что это само по себе беспроигрышное блюдо. Но она всё же проглотила. А вот дальше есть точно не захотела.

- У тебя свободно? – раздался знакомый голос, отчего Римму передёрнуло.

Она перевала взгляд с гор на источник голоса. Это оказался тот самый паренёк, пытавшийся отбить у них комнату. Его светлые волосы были уложены назад и обильно смазаны гелем, отчего казалось, что они засаленные и не мытые. Его чёрная кофта мешком болталась на его длинном туловище, а длинные рукава находили на самые пальцы.

- Ты?! – злобно фыркнула девушка.

- Роул, - представился он, усаживаясь за столик с другой стороны, отчего последний заскрипел и накренился.

- Иди лесом, - сказала девушка, точно скалясь.

Парень сложил руки, улыбаясь. Лицо его было худым. На щеках был здоровый румянец. Светло-голубые глаза плясали. А на длинной шее виднелся красивый выпирающий кадык.

- Ну почему же ты так, - мягко сказал он, протягивая руку.

Римма с силой шлёпнула ладонью парня по руке, грозно напрягая брови.

- Послушай меня, - жёстко сказала она, подтягиваясь к парню, - это всё здорово, что ты проявляешь интерес к девушкам… Но послушай меня! Проявляй его к другим, ясно?! Их в школе больше, чем стекла в Дельвейся. Чего ты ко мне-то прицепился?!

Парень ещё сильнее заулыбался, смотря на девушку восхищёнными глазами. А затем он неожиданно подался вперёд. Девушка уж думала, что он точно также хочет всё высказать в лицо и уже готовилась к грязи, доставая психологический зонтик. Но парень вместо это завис около её лица. Она смогла разглядеть его чистое лицо, а из рта парня пахло мятой. Она заметила, как он жевал небольшой листочек этого растения.

- Знаешь, что? – тихо сказал он, томно вздыхая.

- Что? – с издёвкой сказал девушка, ещё больше опираясь на стол – ему явно было сейчас хуже всех.

Парень словно задумался. Помялся с секунду, а затем подхватил голову девушку руками – его ладони нежно и аккуратно, точно Роул боялся навредить ей, легли на её лицо. Римма округлила глаза от непонимания. В груди вдруг затрепыхался мотылёк. Живот приятно свело. Она увидела ошалевшие глаза парня. У него появилось рваное дыхание. А в следующий миг он бережно её поцеловал.

Римма ещё сильнее округлила глаза. Она отказывалась воспринимать парня, чьё лицо было спокойное, а глаз прикрытые, целующего её прямо в этот миг. Римм совершено ничего не понимала! Голова точно перестала соображать.