Зерно граната

4. Эллада. Цветы Деметры

Небольшой экскурс в мифологию
Аскле́пий — в древнегреческой мифологиях бог медицины. По классической версии мифа, беременная Асклепием Коронида изменила Аполлону со смертным Исхием, за что была убита. На погребальном костре Аполлон вынул из чрева Корониды Асклепия и передал его на воспитание кентавру Хирону, который и обучил мальчика искусству врачевания, в котором тот достиг небывалых успехов.
Асклепий научился не только лечить самые разнообразные болезни, но и воскрешать мёртвых. Согласно одной из версий мифа, делал это он не из благих побуждений, а за плату. Такие действия возмутили олимпийских богов, которые сочли их нарушением законов мирового порядка. Зевс поразил Асклепия молнией, однако затем оживил и обожествил.
Информация любезно предоставлена Википедией.
Всё остальное вымысел автора.

В предрассветных сумерках вдоль живой изгороди крались две фигуры. Одна, несомненно, принадлежала человеку в коротком хитоне, а вторая — кентавру.

— Асклепий! Если отец узнает, что мы проникли в сад Деметры, нам несдобровать, — шепот кентавра заставил человека вздрогнуть.

— Тише ты! — юноша зло шикнул на спутника. — Не хватало, чтобы кто-то прибежал на шум.

— А вдруг мы попадемся Деметре? — не унимался кентавр.

— Что ты переживаешь? — юноша подошел вплотную к спутнику, — через ограду ведь я полезу. Тебе нужно только увезти меня отсюда.

Юношу раздражали опасения кентавра. И разговоры о том, что это неправильно, что это воровство. «Ничего, — думал он, — Деметра ещё себе вырастит». А ему, Асклепию, во что бы то не стало, нужен этот цветок. И тогда возможно, секрет возвращения мертвых к жизни откроется ему.

— Подсади-ка меня, — юноша взобрался на спину кентавру и потянулся на верх ограды.

— А обратно тебя кто подсадит? — кентавр недовольно пыхтел. Ему затея не казалась такой безупречной.

— Найду дерево повыше, — ему хотелось побыстрее попасть в сад, и он, перевалившись через ограду, спрыгнул с внутренней стороны.

Пробираясь по закоулкам сада, он внимательно выискивал нужное ему растение. Стал заниматься рассвет, Асклепий торопился, но нужный цветок так и не был найден. Пора было возвращаться.

Выругавшись, он повернул к ограде, когда вдруг заметил цель своего прихода. Наклонившись и сорвав столько цветов, сколько поместилось в полотняный мешочек, и плотно завязав его, подвесил к поясу. Времени почти не осталось. Он бежал, придерживаясь тени, и искал дерево, поближе к ограде. Увидев нужное, он тут же побежал к нему, не глядя по сторонам. Девушку в тонком хитоне, идущую с кувшином воды, он заметил в последний момент. Остановился прямо перед ней. И пока она не опомнилась схватил её и зажал ей рот, чтобы не подняла тревогу. Она выронила кувшин, который разбился и окатил их водой.

— Молчи и я тебя не трону, — юноша сжал вырывающуюся девушку и прижал к стволу дерева. — Успокойся же!

Девушка на мгновение застыла, и он ослабил хватку, убирая руку от её рта. И тут она, извернувшись дикой кошкой, зубами вцепилась ему в предплечье.

— Дрянь, — прошипел Асклепий и ударил девушку по лицу. Она упала, оглушенная, и пока приходила в себя, юноша влез на дерево и перемахнул через забор.

— Что там за шум был? — недовольно встретил его кентавр, охнув под тяжестью запрыгнувшего к нему на спину юноши.

— Служанка, — зло сплюнул юноша, потирая укушенную руку и сжимая пятками бока кентавра. — Скачи.

— Я тебе не лошадь, — бросил кентавр, тут же переходя в галоп. — Ещё раз так сделаешь и полетишь на землю.

До вечера он провёл в своей лаборатории, составляя снадобье из драгоценных цветов, что не росли нигде на Земле, кроме сада Деметры. Рука саднила, но он даже не позаботился о том, чтобы обработать её. Он спешил. Если всё удастся, он сможет бросить вызов даже верховным богам, не говоря уже об остальных. Сон сморил его под утро. Он упал на лавку и, укрывшись краем гиматия, уснул. Снадобье было почти готово.До вечера он провёл в своей лаборатории, составляя снадобье из драгоценных цветов, что не росли нигде на Земле, кроме сада Деметры. Рука саднила, но он даже не позаботился о том, чтобы обработать её. Он спешил. Если всё удастся, он сможет бросить вызов даже верховным богам, не говоря уже об остальных. Сон сморил его под утро. Он упал на лавку и, укрывшись краем гиматия, уснул. Снадобье было почти готово.

Его разбудил ужасный грохот. Он вскочил и увидел дверь, сорванную с петель, влетевшую в комнату.

— Асклепий! — голос его наставника, казалось, сотрясает землю. Юноша не стал испытывать судьбу и выбежал на улицу.