Жаль, но я тебя люблю

Глава 4

Ломиться в неё Кир начал почти сразу. Не прошло и мгновения, как он замолотил кулаками в металлическое полотно, и этот звук, показалось, сотряс не только квартиру, но и весь дом в целом.

Мне слышалось, что даже по перекрытиям пошла вибрация, настолько ощутимо Марков бился в дверь…

Лишь чудом Илюша не проснулся и не завопил, зато мама испуганно выскочила из комнаты и сонно заозиралась.

- Господи, что случилось? К нам пытается проникнуть вор?

Лучше бы это был он… Потому что с ним могла разобраться полиция - а вот с Кириллом вряд ли. Если даже вызвать наряд, они приедут и разведут руками. Муж все еще оставался хозяином этого жилья. Таким же, как и я.

- Я разберусь. Это Марков, - процедила в ответ и, снова открыв дверь, обрушилась на Кира, понуждая отступить: - Ты с ума сошел?! Здесь спит мой ребенок! Если ты сейчас же не смотаешься отсюда - я за себя не ручаюсь!

Я наступала на мужа, пока не вынудила его сделать несколько шагов назад. Один раз не удержалась и все же ударила его кулаками по плечам, настолько сильно он меня разозлил. Но когда мы остановились в дальнем конце коридора, Марков проговорил:

- Я предлагал спуститься вниз и поговорить там.

Сложив руки на груди, я ответила ровно, хотя меня и колотило изнутри от присутствия мужа и злости, что он во мне породил:

- Мне не нужно указывать, куда идти и с кем беседовать. Ты свалил навсегда - так проваливай окончательно!

Кирилл закивал и ответил:

- Именно это я и хочу обсудить. Нам нужно развестись, а сейчас я без твоего согласия этого сделать не могу.

Он все же явился сюда с четкой целью. Не взглянуть на сына, не справиться о его здоровье или о том, как я себя чувствую после родов. Его интересовал только наш развод. И больше ничего.

- Ну тогда знай, что моего согласия у тебя нет. И не будет. По крайней мере, до тех пор, пока я не решу, как будет правильнее и выгоднее для Ильи, моего сына.

Едва я произнесла имя малыша, как по лицу Маркова прошла тень. Он впился в мое лицо взглядом и потребовал ответа:

- Ты не стала называть его Арсением?

Я пожала плечами и проговорила:

- Не стала. Это только мой ребенок. И только я решаю, как его будут звать. И только я буду выбирать, как поступить, чтобы не нарушить его права. Алименты алиментами… Кстати, которых я от тебя еще и в глаза не видела. А вот раздел имущества очень даже нам с Илюшей пригодится. Но к нему нам нужно подготовиться. И если у тебя все - прощай, Марков. Ты ведь сделал все так, чтобы я с тобой даже гадить на одном поле бы не села, так что…

Я сделала шаг назад, намереваясь скрыться за дверью квартиры и рассчитывая на то, что Кириллу будет достаточно того, что он услышал, чтобы это обдумать и обсудить со своей любовницей, однако Марков меня остановил:

- Я куплю вам с сыном нормальное жилье, на которое претендовать не стану. И буду платить на содержание хорошие бабки. Но мне нужен от тебя развод, Тася… Ты же не хочешь превратить наши, в целом неплохие, отношения в войну? Я ведь тоже, как отец, могу вполне сходить за свидетельством о рождении, ведь ты его еще не успела получить? И там будет написано то имя, которое носил мой прадед, и которое выбрал я, а не ты?

Меня захлестнуло такой волной ненависти и агрессии, что все остатки светлых чувств, которые я испытывала в сторону Кирилла, смело ко всем чертям.

Он мне откровенно угрожал… Шантажировал теми вещами, от которых меня подбрасывало на жутких эмоциях. При этом сам и был инициатором всего того дерьма, что происходило со мной и моим ребенком сейчас!

- В эту игру можно играть бесконечно, Марков. А подать в суд и потребовать сделать так, чтобы ты никакого отношения к Илье не имел, я могу уже сейчас, не прибегая к разводу. Так что хорошо подумай над тем, хочешь ли ты тягаться с женщиной, готовой любого загрызть за своего ребенка…

Я говорила спокойно - в противовес тому, что витало сейчас в моей душе. И, кажется, мои слова подействовали на Кирилла. Он смотрел на меня пристально, а в голове его явно происходила какая-то работа мысли. Которая закончилась, когда по коридору разнесся голос отца:

- Что здесь происходит?!

Я обернулась в ужасе, не представляя, до чего дойдет, если сейчас папа и Кирилл здесь схлестнутся… Тем более, что отец, выронив пластиковую банку, которую нес Илье, заревел и бросился на Маркова. Я даже ойкнуть не успела, когда он схватил Кира за грудки, чуть ли не приподнял в воздухе и с силой приложил спиной о стену.

- Ты! Ты… Ты! - только и выдыхал папа, пока я стояла, глядя на это и не соображая, что нужно делать.

Знала лишь, что лезть к ним и пытаться разнять - плохая идея. Меня сметут с пути, как будто я пушинка.

Однако Марков ничего не предпринимал, видимо, чтобы не злить почти бывшего тестя еще сильнее. А когда отец тряханул его еще разок, выплюнул ему в лицо:

- Уговорите дочь на развод! Я ей куплю нормальную квартиру и мы разойдемся навсегда.

Он с силой ударил папу по запястьям ребрами ладоней, понуждая отпустить его. И, поправив рубашку, зашагал к выходу. И отец хоть и попытался броситься за Киром, был остановлен мною на полпути.

- Не надо! Не надо, папа! - взмолилась я, намереваясь утянуть его домой. - Мы все решили, не надо!

Он не сразу, но все же поддался. И когда я подхватила с пола лекарство для Илюши, мы все же покинули «поле боя».

Я видела, что отцу тяжело далась эта стычка. Он был у меня физически крепким, но испарина на лбу и бледность лица навевали на меня тревожные мысли.

И как же я начинала ненавидеть того, кого совсем недавно безумно любила!

Даже не думала, что такой контраст возможен.

Однако Марков Кирилл смог убедить меня в обратном…