Жало для маркизы, или Тайны поместья Богар

Глава 5

Когда снова воцарилась полная тишина, Луиза прошептала:

— До меня доходили слухи. Но я считала это сказкой.

— Так вот, знай, что это правда.

Юная маркиза широко распахнутыми глазами смотрела на отца и могла поверить. И изумленно прошептала:

— Как?! Но это невозможно!

— Да, дочь моя, это чистая правда. Госпожа Изабелла де Богар, как ни странно это звучит, действительно происходила из старинного эльфийского рода, — подтвердил Эдмон.

Любовь всей жизни маркиза де Богара оказалась эльфийкой! В голове изумленной Луизы заплясала мысль: «Значит, я тоже — наполовину эльф?! Вот это новость так новость!» Все еще до конца не осознав услышанное, дочь спросила:

— Папа, но почему об этом никто не знал? По какой причине для всех вокруг это было тайной?

— Это держалось в страшном секрете. И, поверь, тому были причины. Во-первых…

Но тут снова раздался шорох, и разговор прервался.

— Нас кто-то подслушивает? — испуганно прошептала Луиза.

Маркиз быстро встал, подошел к двери и резко распахнул ее. И там, в темном коридоре, кто-то быстро отпрянул в сторону.

— Анжелика?! — раздался удивленный голос отца. — Но что ты тут делаешь?

— Эдмон, как же ты меня напугал. Я шла по коридору, чтобы перед сном проверить, все ли в доме в порядке. И тут заметила тонкую полоску света из комнаты. Вот и решила заглянуть и узнать, кому это не спится, — попыталась оправдаться мачеха. И сделала это очень уверенно, так, что муж ей поверил.

В отличие от Луизы, которая не поверила ни единому слову, наверняка зная, что дверь была закрыта. Но промолчала, не стала спорить. А зачем? Удивительный разговор все равно уже прерван, а продолжать его при мачехе у ее падчерицы не было никакого желания.

— Мы обязательно продолжим нашу беседу в другое время, — пообещал Эдмон дочери перед уходом. — Спокойной ночи, милая моя девочка!

***

Находясь под сильным впечатлением от прошедшего дня и от всего услышанного, именинница никак не могла уснуть и долго ворочалась в кровати.

Разговор с отцом резко перевернул всю жизнь и породил взволнованные мысли: «Моя мама — эльф! Вот, оказывается, откуда это сияние, которое исходило от ее лица на портрете. А я-то думала, что все это мне кажется. Как жалко, что отец поведал мне обо всем лишь сейчас! И жаль, что мачеха помешала и прервала наш разговор. Но что нужно было Анжелике здесь в этот поздний час? И зачем надо было подслушивать?»

Затем в этом вихре мыслей всплыл Альбер. И Луиза, кажется, догадывалась, в чем ей хотел признаться на балконе юный взволнованный граф. Но сейчас было совсем не до этого.

И опять не давал покоя образ Альфонса. Невольно все девичьи мысли снова и снова возвращались к этому новому знакомому. Но что означало такое наваждение? Луиза пока не понимала, что происходит. Рыжий парень крепко-накрепко засел в девичьей голове и никак не желал ее покидать.

Брошка, преподнесенная Альфонсом, лежала в ладошке. Даже в кровати именинница не захотела расстаться с этим необыкновенным подарком и невольно прижала его к груди.

И тут показалось, будто что-то кольнуло. По неосторожности слишком близко прижала крошечную осу, и она укусила своим острым кончиком? Или это внутри кольнуло сердце?

В груди что-то свербило, тянуло, новые странные ощущения не давали покоя. Заснуть имениннице удалось лишь под утро.

***

На следующий день после бала, рано поутру, кузина Эдмона Николетта отправилась на кухню, чтобы навестить свою добрую приятельницу, тетушку Жаннетту.

— А я уж было подумала, ты обо мне окончательно позабыла, — с упреком встретила гостью повариха.

— Ну, что ты, душа моя?! Как ты могла такое обо мне подумать?! — весело встряхнула кудряшками гостья.

— Да я ведь извелась вся! — призналась кухарка со вздохом. — И поделиться не с кем…

— А что случилось, милочка? — встревожилась Николетта.

— Дела творятся какие-то странные…

Но тут в дверях появился новый работник Альфонс. Удивительно, но Жаннетта приняла его довольно холодно. Хотя обычно она всех, кто попадал в ее владения, рада была тут же накормить и напоить. Повариха по-быстрому отрезала ему кусок хлеба и мяса и сказала:

— Ступай к себе. Там поешь. Мне сейчас некогда тут с тобой возиться.

Тот пожал плечами и быстро ушел. Другой бы удивился такому странному поведению Жаннетты, но Альфонсу не было до нее никакого дела.

— Итак, что за странные дела у вас тут творятся? — спросила Николетта. Ей не терпелось узнать подробности, ведь она давно не приезжала в поместье Богар.

— Сейчас, сейчас, — засуетилась кухарка. — Заварю тебе твоего любимого чая. Я и пирог испекла твой любимый, яблочный.

— Ох, душа моя, балуешь ты меня, — блаженно улыбнулась гостья, усаживаясь поудобнее. Яблочный пирог от Жаннетты действительно был тем лакомством, которое она могла уплетать за обе щеки в большом количестве, причем в любое время дня и ночи.

— Но давай уже, не томи. Рассказывай, что там у тебя стряслось.

— Да я и сама пока толком не знаю… — замялась повариха и развела руками.

— Как это? — удивлению Николетты не было предела. Она-то, благодаря буйному воображению, уже успела у себя в голове нарисовать всяких страстей.

— Не знаю пока, что такое стряслось. Но очень уж мне не спокойно! Будто вот-вот что-то случится в этом доме. Что-то очень нехорошее! И сразу словно ком к горлу подступает.

— Ну, милочка моя, ты превзошла сама себя! Еще и нет ничего, а ты уже сама не своя! На ровном месте! Это не порядок. Это у тебя видно нервы расшалились, — сделала вывод гостья.

— Но я ничего не могу с собой поделать…

Николетта задумалась, а затем решительно тряхнула кудряшками:

— Тогда рассказывай по порядку, что да как.

— Даже и не знаю, как тебе все это объяснить, — замялась Жанетта. — Ничего пока и не случилось…

— Как?! А чего же ты панику наводишь на пустом месте?

— Ох, не на пустом! Совсем не на пустом. Уж поверь мне!