Жар-птица Маргарита

Сказочные испытания.

Ответ пришёл от Крестной Феи почти сразу. Издалека был слышен сначала шум листьев, словно миллионы дубрав зазвучали под западным тёплым ветром, затем послышался звон хрустальных колокольчиков. И фея своим приятным голосом говорила Ратмиру: "Иди к Кощею Бессмертному". Как только Ратмир услышал слова, понял их смысл, - тут же наступила тишина. Такая тишина, в которой он мог принять решение. Или, скорее, мог решиться. Нелёгкое это дело - идти к Кощею. Сам вид его устрашающий, сама атмосфера вокруг него умертвляющая, само место его обитания вызывает ужас, дорога к Кощею нелегкая, неизвестная. Можно погибнуть, пропасть без вести.

... Я иду вдоль леса, не решаюсь в него зайти, будто оттягиваю своё испытание. Перед мысленным взором возникает главный военачальник, потом как вспышка в сознании - красавица-жар-птица. Зхом звучит совет крестной. Захожу в чащобу. Словно и зверя тут нет, ни одной живой души. Травы дурманные, коряги, лёгкий туман скрывает очертания леса. Я бреду, не зная куда, полагаясь на свой внутренний ориентир. Здесь все качества мои, как хорошего разведчика, требуют применения, требуют большей сосредоточенности и концентрации. В голове шум, мысли словно насекомые уползают в разные стороны. Заколдованный лес. Тёмный. Иду. Шаг за шагом погружаюсь в трясину. Вот уже стопы-голени мои проваливаются, и я их вытягиваю сначала с лёгким усилием. Чем дальше в лес, чем глубже в чащобу, тем глубже погружаются мои ноги в засасывающее болото. Зыбучие воды, зыбучая земля. Мхи серого цвета не дают никакой опоры, лишайники не дают упругости ногам моим. Вот уже провалился я по пояс, надо идти дальше. Моя крестная сказала идти, значит, там есть выход. Там точно есть решение. И, вот, я уже полностью тону в этом болоте. В мыслях же моих нет ощущения поражения. Есть уверенность, не сравнимая с внешней зыбкостью положения. Внутри хорошо, комфортно, ровно, стабильно.

На краю погибели, на краю полного моего исчезновения в болоте, я почувствовал, как меня схватил за область затылка. ближе к шее, большой зверь. Я ещё не знаю, кто это был. Только ощущаю, что меня вытягивают из этой топкой жижи. 

Едва отдышавшись, я вижу и понимаю, что это большой бурый медведь. Он делает движение в мою сторону, немного похожее на поклон. Я понимаю, что это мой союзник. Он мне служит. Откуда явился мне медведь, почему именно он, как здесь сам не провалился он в болоте?... Я глажу своей рукой по густой коричневой шерсти. Мне так хорошо ощущать его большой размер, его защиту, его покровительство. Странно это, что он мне служит, ведь медведь - царь в этом заколдованном лесу. Ведь он - повелитель и знаток этих болот. 

Мы идём с ним по лесу, болото постепенно остаётся позади. Медведь шагает грузно и тяжело своими большими лохматыми лапами по зелёному покрову. Я иду рядом, слева от него, иногда прикасаюсь к нему рукой, чтобы показать, что благодарен, чтобы выразить ему своё "спасибо".
 

Медведь вывел меня к морю. Остановился на берегу синего бескрайнего. Сел на задние лапы. Я понял, что дальше он не пойдёт. Первое испытание я прошёл благодаря силам медведя, этого защищающего, сильного отца леса, я получил удовольствие от телесного контакта с медведем. Его густая шерсть, его тепло и сила, его мощь и живая мягкость. Я тоже сделал поклон медведю, приобнял его и шагнул в синее бескрайнее море.

Я шёл почти также как по болотистому лесу. Не оглядываясь назад. Но на этот раз во мне пребывала сила медведя, во мне пребывала его защита. Я испытал ощущение дежавю, когда вода морская становилась всё темнее и поднималась всё выше и выше к горлу моему. И на этот раз ко мне явилось спасение. Ко мне приплыл большой синий кит. Он открыл свою пасть. Будто бездна разверзлась передо мной. Страх мог бы обуять и полностью завладеть любым человеком. Любой мужчина испугался бы при виде этого зрелища. Я же не стал закрывать глаза. Я не стал отвергать вызов этот. Я не стал отступать. Я нырнул прямо в пасть синего большого кита.

Очутился в темном месте. Я вспомнил историю. Одну легенду.

История гласит, что в 1891 году британское китобойное судно «Star of the East» в районе Фолклендских островов встретило кашалота, показавшегося подходящей добычей. На воду были спущены два вельбота, и один из гарпунёров поразил животное. Разъярённый ранением кашалот стремительно атаковал одну из лодок и ударом хвоста разнёс её в щепы. Второй шлюпке удалось спасти шестерых из восьми моряков первого вельбота.

Кашалот скрылся, но спустя несколько часов судно наткнулось на его тушу: ранение оказалось смертельным. Экипаж пришвартовал мёртвого кашалота к борту корабля и начал его разделку. Добравшись до желудка, моряки увидели, что он странно подергивается. Когда его вскрыли, то обнаружили в нём тело Джеймса Бартли, одного из двух пропавших при атаке кашалота моряков. К всеобщему удивлению, Бартли оказался жив, хотя и без сознания; с момента его исчезновения к этому времени прошло 16 часов.

Врачу удалось привести Бартли в чувство, но он ещё пару недель находился в умопомрачении, никого не узнавая и не разговаривая. Однако к концу третьей недели он настолько пришёл в себя, что смог приступить к выполнению своих должностных обязанностей. Физически он не пострадал, единственным последствием пребывания в желудке кашалота стала неестественно бледная окраска кожи на лице, шее и кистях рук - частях тела, не прикрытых одеждой и пострадавших от кислотной среды.

Бартли дал показания, записанные капитаном судна. По ним моряк помнил, как его выбросило из вельбота, после чего он очутился в какой-то тёмной слизистой трубе, по которой он скользил ногами вперед. Вскоре ему стало свободнее и он перестал ощущать сжатия стенок трубы, но выхода не было, руки повсюду натыкались на горячие и слизистые упругие стенки. Воздух был пригоден для дыхания, однако горяч и зловонен. Осознав, что произошло, Бартли пришёл в ужас и потерял сознание, придя в себя лишь в капитанской каюте китобойного судна.