Жара на факультете магпроектов

Открытие

Прошел месяц. Незаметно, как листья облетают с деревьев – сегодня есть, а завтра уже шуршат под ногами. К вечеру похолодало и начал накрапывать дождь. Огни уличных фонарей, словно посадочная полоса, указали мне путь домой. Я шла, кутаясь в плащ, но сразу забыла про холод и сырость, как только увидела свет в окне второго этажа.

«– Как приятно, когда тебя кто-то ждет… – подумала я и улыбнулась этому открытию».

Немногочисленные прохожие оглядывались на меня как на блаженную – мокнет под дождем, а у самой улыбка от уха до уха. Я хотела ответить на их вопросительные взгляды, прокричав во весь голос: «Вспомните, как были влюблены!», но только прошептала: «Счастье есть…».

Я вбежала по лестнице, перескакивая через ступеньку, как в детстве, и ворвалась в квартиру. Запах жареной курицы напомнил мне, что я ничего не ела с утра.

– Вот это да! – удивилась я, заглянув в комнату.

– Ма-а-а-у! – согласился со мной Брюс, выгнув спину и потянувшись.

Круглый стол, накрытый белоснежной скатертью, был сервирован на двоих. Свечи плакали, догорая в серебряных подсвечниках и роняя прозрачные капли воска. Курица, запеченная до хрустящей коричневой корочки, как я люблю, источала такие ароматы, что у меня заурчало в желудке. На стуле, облокотясь о край стола, спал Макс.

– Как такому романтику досталась такая, как я? – прошептала я. – Одна работа на уме.

Я скинула плащ, подошла к нему и поцеловала в макушку. Он открыл глаза и поднял голову.

– Я что, уснул? – улыбнулся он. – Хорош, Ромео!

– И Джульетта подкачала, – рассмеялась я. – И как я только выдержала не видеть тебя целый день!

– Голодная? – спросил Макс.

– Как зверь!

– Сейчас, сейчас, – засуетился он, и положил в тарелку куриную ножку, кружочки огурцов и помидоров.

Он усадил меня к себе на колени и кормил с ложечки. В какой-то момент нам стало не до еды и сколько бы Брюс ни царапал двери кухни – его обители, его не выпустили до утра.

На следующий день вся наша команда собралась в кафе. Все было готово к открытию «Сухаревой башни», но волнение, нарастающее с каждой минутой, не давало нам покоя. Аня в сотый раз поправляла салфетки и драпировки штор. Артур с Леркой не выходили из кухни, отдавая последние указания поварам среди кипящих кастрюль и шипящих сковородок. Макс не показывался из кабинета, зарывшись в бумагах и отвечая на звонки. Володька сидел, уставившись в компьютер, словно играл в гляделки со своей программой. А я пыталась унять дрожь в руках, повторяя заученную наизусть речь. Мне казалось, еще немного, и я все брошу и убегу, куда глаза глядят. Вдруг чья-то рука легла мне на плечо, и мне стало так спокойно, словно это не я через несколько часов буду встречать журналистов. И какой дурак их пригласил?

– Братишка! – выдохнула я, подняв голову.

– Волнуешься? – спросил он.

– Немного…

– Помнишь, на горе, летом? – спросил он.

Я молча кивнула, сдерживая слезы.

– Тогда ты знаешь, что делать.

«– А что, хуже не будет, – подумала я и выскользнула из кафе».

Прохладный осенний воздух привел меня в чувство. Я вспомнила, что в сквере напротив есть стела, напоминающая о стоящей здесь когда-то Сухаревой башне. Я прошла липовой аллеей, устланной желтыми листьями, к площадке и остановилась у гранитной плиты. Приложив к ней руку, словно к батарейке, я почувствовала, что холодный камень начал нагреваться. Вскоре я уже еле выдерживала этот жар. Он разливался по всему телу и наполнял меня радостью и уверенностью. В памяти всплыла наша прогулка с Брюсом и его слова: «Всегда действуй так, словно потерпеть неудачу невозможно».

Когда я вернулась в кафе, от меня так и веяло силой и спокойствием. Я отыскала Володьку и поблагодарила. Что бы я без него делала? Прибывшие журналисты тоже оценили мой настрой. Когда речь зашла об отличительных особенностях нашего кафе, я пообещала им сюрприз, а пока предложила сделать перерыв на кофе. Они чуть не подавились яблочным штруделем, когда увидели меня в платье с кринолином и парике.

– Это и есть особенность нашего кафе – атмосфера исторического места, – рассмеялась я и сделала реверанс.

– Смотрите, смотрите! – удивился один из журналистов и показал рукой на окно.

За стеклом виднелся шпиль Сухаревской башни. Вместо припаркованных автомобилей стояли кареты, вместо площади – ряд двухэтажных домов старой Московской улочки.

– Как вы это сделали? – хором спросили ребята из журнала и потянулись за фотоаппаратами.

– Это дополненная реальность, а если хотите подробностей, поговорите с Владимиром, – ответила я.

Я знала, что это правда лишь наполовину, но кто бы поверил в существование портала?

– Что там? – спросила я Лерку, услышав шум за дверями.

– Это успех! – рассмеялась она. – Там уже очередь.

– Тогда давай скорее ножницы!

Мы разрезали красную ленточку под щелчки затворов фотоаппаратов, как и положено в таких случаях, и кафе заполнилось посетителями. Официанты в камзолах и напудренных париках сновали между столиками с серебряными подносами, кухня едва поспевала с заказами. Фотозона тоже не пустовала. Скучать было некогда.