Жара на факультете магпроектов

Сожженные мосты

Я сидела в кресле напротив декана. У моих ног стоял чемодан, а в сумочке лежал билет до Владивостока в один конец. Я не могла ни видеть Макса, ни слышать о нем, ни учиться в одной Академии, ни жить в одном городе.

– Может, передумаешь? – спросила Екатерина Александровна, с надежной глядя на меня.

Я молчала. Она вздохнула и подписала бумагу о переводе. Все сроки вышли, но мне повезло, вернее, кому-то не повезло.

Прямо из деканата я поехала в Шереметьево. Многоголосый людской поток и кордоны регистрации не давали мне задумываться, и в самолет я села до того уставшая, что уснула сразу после взлета.

– Приведите спинки кресел в вертикальное положение, – услышала я голос стюардессы и открыла глаза.

Я посмотрела в иллюминатор. Внизу посреди воды возвышались острова, словно разорванное на клочки и смятое письмо от Макса, которое я выбросила, не читая. Неужели я проспала восемь часов? Не может быть! Парень, сидящий рядом, усмехнулся, глядя на меня.

– Что смешного? – спросила я его.

– Ничего, просто завидую – я, как ни старался, так и не смог подремать.

Я посмотрела в его смеющиеся глазки-щелочки и тоже рассмеялась. Самолет сел и долго лавировал, словно решил покатать нас. Здание аэропорта из стекла и бетона напоминало ледяную глыбу, а «курьи ножки» пилонов делали его сказочным. После Шереметьева зал прилета показался мне маленьким и уютным. Дождавшись багаж, я зашагала к стоянке такси, катя за собой чемодан.

– Эти мне москвичи, – проворчал сосед, догнав меня, и, бесцеремонно взяв под руку, повел к автобусной остановке.

Сначала я удивилась его наглости, потом хотела остановить, но почему-то послушно пошла с ним. Его уверенность передалась мне. Подошел автобус, и мы сели рядом.

– Вы из Владивостока? – спросила я его.

– Нет, я здесь учусь.

– Теперь я тоже буду здесь учиться.

– В каком институте? – спросил он. – Нет, не говорите, наверное… в гуманитарном?

– Угадали, а вы?

– Из-за этих «выканий», я чувствую себя стариком, – рассмеялся он и его глаза снова превратились в щелочки.

– Ладно, больше не буду, – тоже улыбнулась я впервые за долгое время.

– Я Радик, а тебя как зовут? – спросил он.

– Варя, – представилась я.

Все дорогу до университета Радик расхваливал кампус и свой любимый институт мирового океана. Я слушала его рассказы про экспедицию, в которую он скоро отправится, про глубоководные аппараты и морские тайны, словно волшебную сказку. За разговорами я не заметила, как стемнело. Слева насколько хватало взгляда простирался океан, справа темной глыбой нависали сопки. Автобус въехал на мост, сияющий огнями.

«– Сжечь все мосты! – подумала я».

Я оставила все плохое позади, а впереди… Интересно, что меня ждет? Когда показались силуэты белоснежных корпусов университета, Радик вышел, взяв с меня слово встретиться, а я проехала через весь кампус, оценив его размеры, удобство и красоту минималистичной архитектуры.

Несмотря на позднее время, меня встретили. Соседка по комнате, смешливая рыжая девушка в тельняшке по имени Тая, помогла распаковать вещи. Я молча слушала ее милую болтовню и кивала.

– Ты, наверное, устала, – спохватилась она.

– Ничего, – улыбнулась я и прилегла на кровать, обняв колени.

Мне казалось, я закрыла глаза на минутку, но внезапно наступило утро. Я начала собираться на учебу. Тая открыла один глаз и напомнила мне о разнице во времени. Тогда я накинула куртку и отправилась к океану, скрытому туманом. В такую рань только редкие бегуны попадались мне навстречу, возникая на мгновение и также быстро исчезая в сиреневом мареве.

Вдруг послышался громкий всплеск. Приглядевшись, я увидела девушку, сидящую на камне в нескольких метрах от берега. Ее длинные мокрые волосы отдавали зеленью.

– Как водичка? Не холодно? – крикнула я ей.

Она вздрогнула и скользнула в воду, ничего не ответив. Я могла поклясться, что видела чешуйчатый рыбий хвост. Пробегающий мимо очередной спортсмен отвлек меня. Присмотревшись, я узнала вчерашнего знакомого. Радик тоже заметил меня и подошел.

– Слушай, у вас тут русалки не водятся? – спросила я у него.

– Если увидишь, познакомь! – рассмеялся он.

Радик проводил меня до общежития и побежал дальше, а мне пора было познакомиться с Дальневосточной академией магии – ДАМ. Я подошла к скульптуре Мандельштама в дворике Гуманитарного института и огляделась по сторонам. Улучив момент, когда было меньше прохожих, я коснулась рукой холодной бронзы, и сразу перенеслась в плавучую академию, скрытую заклинанием «Покров» от посторонних глаз далеко в океане.

Купол небесно-голубого цвета с золотыми звездами словно парил в вышине, опираясь на стройные белоснежные колонны с волютами-раковинами. Стены с окнами-арками блестели перламутром. Но не это привлекло мое внимание, а прозрачный пол. Вода была такая чистая, что через толстое стекло было видно, как резвятся нерпы, как лениво плавает рыба среди камней и водорослей. С трудом оторвавшись от этого зрелища, я вошла в кабинет с надписью «Ректор». За столом сидел бородатый молодой человек в джинсах и свитере, уткнувшись в компьютер. Вдоль стен тянулись бесконечные полки стеллажей от пола до потолка. Я загляделась на коллекции раковин самых разных форм, размеров и расцветки, образцов донных отложений и водорослей, рыб в аквариуме, занимающем целиком одну из стен, и смутилась, заметив пытливый взгляд серых глаз.