Жди меня и я вернусь...

Глава 17.

АННА.
Едва только прозвучала команда: ,,Разойдись...", Никита метнулся к нам.
-- Простите,-- только и сказал он родителям, тут же сжал меня в обьятиях и впился в мои губы жадным поцелуем.
Опешив, я не сразу ответила на поцелуй, но моментально забыла и про эфир, и про людей вокруг и про родителей Самойлова. Сейчас существовали только он, я, его губы и руки.
Никита отстранился от меня явно уже на грани, ведь я уже давно ничего не соображала.
-- Прости, малышка, я просто ужасно соскучился по тебе...
Неожиданно раздались аплодисменты и голос Владислава Сергеевича.
-- Что ж, это было горячо...
Поняв, что во время поцелуя я повернула камеру к нам, я закусила губу, а Никита удивленно посмотрел на меня.
Усмехнувшись, я повернула к нему экран, заодно переключая камеру на переднюю.
-- Ух ты, сколько вас,-- Вырвалось у Никиты.-- Привет всем!
Положив голову на его плечо, я улыбнулась.
-- Это моя группа в полном составе с куратором. Здраствуйте, Владислав Сергеевич.
-- Здравствуйте, Белкина. Вот уговорили вместо лекции поддержать вас. С трудом уговорил не подключать весь универ. Хотя юристам смотрю удалось всех подключить.
-- Ксюша и мертвого уговорит,-- рассмеялись мы с Никитой.
-- Эй, я для вас стараюсь же,-- возмутилась Ксюша.
-- Итак, спасибо всем, кто был с нами. Чуть позже зайду ещё раз, расскажу всё и отвечу на ваши вопросы. А сейчас, простите, личное время, которого и так мало.
-- Удачи!
-- Давай, бро, легкой службы тебе.
-- Пусть тебя не пошлют в самое пекло!
Пожелания продолжались, Никита терпеливо отвечал всем, но вот и его терпение кончилось. И он просто нажал кнопку ,,Завершить эфир."
-- Ну привет, малышка!-- Он вновь сжал меня в своих объятиях и поцеловал долго и страстно.
А потом как ни в чем не бывало обернулся к родителям, которые тактично отвернулись.
Пока он общался с родителями, мы не выпускали друг друга из объятий. Не могли находиться порознь. А потом родители оставили нас вдвоем и мы всё не могли нацеловаться.
Но всему хорошему приходит конец, Никиту позвали в часть. Поцеловав меня, Никита обнял маму, отца.
-- Берегите мне, Аню, прошу.
-- Это ты береги себя,-- не удержала я слёз.
-- Малышка, не плачь, не трави мне душу. Всё будет хорошо, обещаю. Год пролетит незаметно и больше нас никто не разлучит, слышишь? Всё, я позвоню. Люблю тебя!,-- глядя мне в глаза, произнёс Никита.
Всхлипнув, я улыбнулась.
-- Я тоже люблю тебя. Береги себя и помни, что я жду тебя...
Кивнув, Никита вновь поцеловал меня, потом задом пошёл к своей роте, не сводя с меня взгляда.
Помахав нам всем, солдаты скрылись в казарме, а люди стали расходиться. По дороге мы с Наташей рыдали навзрыд и Олег не мог нас успокоить.
Мы остались в гостинице переночевать, ведь обратные билеты были лишь на следующее утро. Закрывшись в своем номере, я полночи сидела в эфире, честно и правдиво отвечая на бесконечные вопросы.
Потом мне позвонила Ксюша успокаивать меня. С ней мы проговорили остаток ночи, так что дорогу домой я благополучно проспала.
А дома, как гром среди ясного неба, звонок Никиты.
-- Малышка, нас на фронт посылают. Пожалуйста, я боюсь родителям сообщать. Ты можешь им аккуратно сообщить. Всё будет хорошо, я так просто не сдамся. У нас так мало времени было, я обещаю не умереть...-- Глотая слезы, я опустилась прямо на пол.-- Малышка, ты меня слышишь?
С трудом проглотив комок горечи, я просипела.
-- Слышу. Хорошо, я сообщу им... Ты только береги себя.
-- Обещаю, малышка. Я тебя никогда не брошу, слышишь? Я любил, люблю и буду любить только тебя...
-- Я тоже... Любила, люблю и буду любить только ТЕБЯ...
-- Малышка, я не знаю что там со связью, но обещаю в любом случае, даже если бумажные письма но я буду присылать весточки... Ты только береги себя и помни, что я вернусь...
Никита уже положил трубку, а я всё сидела , глядя в одну точку .
-- Анют, ты чего?-- Сквозь слезы увидела как ко мне нагнулась испуганная мама.
-- Их посылают туда, понимаешь?
Ахнув, мама закрыла рот рукой.