Жека Стар. Экзамен

Глава 14

На плацу ребят душевно приветствовал Дитрих, взмах стеком, - становись. Налево. Шагом. Марш. Раз-два. Раз-два.

- «Точно чужой», - думалось Жеке.

То ли у Дитриха с утра было хорошее настроение, то ли у бойцов что-то стало получаться, обручи почти не посылали болевых импульсов. Приходили на занятия другие звенья, присоединялись к процессии. Жека принялся настраиваться на бесконечное терпение, внушал себе, что это навсегда, надеяться не на что. Самовнушение помогло, шагистика уже не вызывала внутреннего протеста, не напрягала.

Для развлечения принялся тайком разглядывать ребят из других отделений. Бойцы корчили уморительно серьёзные, отчаянные рожицы. С удивлением открыл для себя присутствие ещё четырёх девчонок! От пацанов они отличались только юбками – те же злые мордашки, короткие стрижки.

Дитрих неожиданно разнообразил процесс, взмах стека налево от себя.

– Первое, второе звенья. В одну шеренгу. Становись.

Ребята поспешно построились.

- Теперь я буду называть ваши позывные, вы должны отвечать «да, сэр инструктор, сэр». По команде «выйти из строя» сказать «так точно, сэр инструктор, сэр», сделать два шага вперёд и встать смирно. Внимание!

Жека напрягся, ждал услышать свой позывной, но Дитрих скомандовал:

- Ганс!

- Йа, гер официр! – отозвался паренёк далеко справа от Жеки.

- Не говоришь по-английски? – уточнил Дитрих.

- Плохо, унд алес понимать, гер официр! - ответил парень.

- Тогда пока постой, - проговорил инструктор. Скомандовал:

– Первое звено. Выйти из строя.

Ребята отрубили два шага и замерли смирно. Дитрих продолжил:

– Кругом.

Они повернулись к строю и замерли. Инструктор немного возвысил голос:

– Полюбуйтесь на этих красавцев. Это ваше первое звено. Их родные языки английский и русский. Русским я не владею, можете радоваться – командовать буду только по-английски. Кому что-то неясно, вы знаете, кого за это благодарить. Спросите у них разъяснений… в свободное время.

«Которого нет», - грустно усмехнулся про себя Жека.

Он прекрасно понял, что прямо сейчас против них настраивают бойцов. Интересно, зачем? Личные мотивы исключены, он сам не мог злиться на Дитриха. Вообще не считал его человеком. Это что-то вроде Жадины… чужой.

- Первое звено. Встать в строй, – после многозначительной паузы скомандовал инструктор.

Продолжил:

– Блюм. Выйти из строя… Кто-нибудь, дайте ему пинка…

Ребята за непонятливость отправлялись маршировать в квадрат, вскоре потащили в медблок первого. Жеке легче вчерашнего удавалось не заострять внимания. Лениво думалось, что главное просто перетерпеть, и терпеть тут особенно нечего, не так уж и трудно ходить и ни о чём не думать. Смотреть на Дитриха честными глазами и совершенно не желать сделать ему больно… очень-при-очень больно!

Злость забирает силы, он прав, что необходимо его полюбить. Что бы он ни говорил, как бы ни было больно и обидно ни за что, просто по его приказу стоять коленями на рифлёной стали. Хотя бы не пришлось уродоваться в квадрате, это своего рода отличие!

Злость, эмоции вызывают мысли, мысли скупо отсчитывают время, оно тянется бесконечно. Ничего никогда не кончится, нет смысла его отсчитывать, нет смысла о чём-то думать, без мыслей время останавливается и умирает…

Вспышки боли, гаснет свет. Снова участливое лицо медицинского работника.

- Очухался? Бегом на плац.

Взмах стека – встать в строй. «Раз-два, раз-два». В середине новенькие отрабатывают «выйти из строя». Удивительно – разряды, потеря сознания должны по идее портить здоровье, ослаблять, а тут словно выспался! Походу, что-то колют в медблоке… но боли от инъекций нет совершенно. Жеке припомнились уколы в карантине – вот бы им тогда устроили строевую подготовку! Интересно, что стало с другими ребятами? Хотя без разницы, оттого что прибавилось сил, вовсе не следует, что их можно расходовать на размышления о всякой ерунде.

«Что, сэр инструктор? В квадрат? С удовольствием, сэр инструктор! И раз-два, раз-два… Снова зовёт, что тебе ещё?»

- Первое звено. На обед. Шагом. Марш.

«Как скажешь, родненький. Раз-два, раз-два…»

- Жека! – Ленка в коридоре дёрнула его за рукав. - Хватит придуриваться!

Взгляд Джонни – не может понять, ржать или бежать за доктором.

Жека сменил аллюр, пробурчал:

- Люди вон всегда так ходят и ничего.

- Заело, - прокомментировал рыжий. - Скоро пройдёт.

На обеде Пьера снова не было.

Ребята хмуро хлебали суп, Ленка проговорила:

- У нас отделение, нужен заместитель командира. Предлагаю Жеку.

Жека сказал:

- Поддерживаю.

- Я тогда воздержался, - пробурчал Джонни. - Предложение принято. Поздравляю.

- Спасибо, - холодно ответил Жека и вернулся к еде.

После обеда спросил Жадину:

- Опять?

- Да, веди звено на плац, заместитель командира Стар, - прогудел аппарат.

В коридоре Ленка сказала в пространство:

- Жадина слышит всё.

- Обручи, - коротко пояснил Джонни.

Дитрих ждал их на месте, Жека удивился, - «он-то успел поесть?»

- Становись. Смирно. Налево. Шагом. Марш. И раз-два. Раз-два…

Время истаяло, остались лишь возвращения в сознание.

- Ты опять здесь! Самому не надоело? Пошёл вон!

- Сам пошёл, - принял Жека новые правила.

Ну, что ему сделает этот медик? За спиной хмыкнули, разряда не последовало. Медик такая же мебель, как Дитрих, как Жадина.

Ужин, Пьера нет. Отнесли тарелки и, не задавая вопросов на плац. Встать в строй. Шагом марш…

Судя по народу, под лишение свободного времени за день умудрились попасть все. Два возвращения из медблока, три рейса туда с потерявшими сознание мальчишками. Чистить зубы, отбой. Жека хотел о многом подумать, даже беспокоился, что не сможет выспаться из-за гудения в ногах и ломоты повсюду. Однако сон забрал сразу и без остатка, закончился ещё один день, просто ещё один…