Желание для попаданки

Глава 9.

Никак не определюсь какое здесь время года. Осень? Весна? Или здесь всегда так адски холодно? Босые ступни скользят по холодным, шершавым камням, и каждый раз, когда наступаю на острый осколок или мелкий гравий, по телу пробегает судорога. Только останавливаться нельзя. Как минимум, потому что сзади, из темного проема разбитого окна, уже доносятся голоса. Не могу разобрать рады ли они моему побегу или нет, но в любом случае, мне совершенно не хочется с ними встречаться.

Ускоряю шаг, переходя на нервную, спотыкающуюся рысь. Потому что, как максимум, я не знаю здесь никого кроме светящегося дикобраза и мужика, на которого свалилась. Последний, к слову, тоже сомнительно выглядит. Нет, не в смысле, как проходимец без определенного места жительства, просто не ясно с чего такое рвение меня спасать. Одним словом крайне подозрительный тип.

Незнакомец двигается быстро и бесшумно, будто всю жизнь провел в этих лабиринтах. Его широкая спина в поношенной кожаной куртке то возникает в поле зрения, и тут же скрывается за очередным поворотом или кучей хлама и коробок. Я почти бегу за ним, сжимая зубы, чтобы не закричать от холода и боли в разбитой голове.

Клик семенит рядом, его светящиеся иглы пульсируют в такт дыханию. Маленький, колючий маяк помогает мне не отстать.

Мы ныряем в узкий, кривой проулок между двумя зданиями. Стены здесь покрыты слоем копоти и пахнут углем, и чем-то кислым, похожим на прокисшее пиво. Сверху, с балконов, свисают мокрые простыни, чьи-то чулки, и панталоны угрожающего размера. Они хлопают на ветру, заставляя каждый раз вздрагивать. Не хотела бы встретиться с их владельцем, кем бы он ни был.

— Сюда, — бросает мужчина через плечо, сворачивая направо, в арку, которая ведет во внутренний двор.

Я ныряю за ним и чуть не врезаюсь в него. Он резко остановился, прижавшись спиной к стене, и замер, вслушиваясь.

Замираю тоже, пытаясь выровнять собственное дыхание, потому что кажется, что его слышно за два километра.

Где-то далеко, но уже не так далеко, как хотелось бы, раздаются шаги.

Незнакомец поворачивает голову. В темноте я почти не вижу его лица, только блеск глаз, в которых отражается тусклый свет единственного газового фонаря где-то далеко в конце улицы.

— С кем ты связалась, девочка? — спрашивает незнакомец тихо, без тени прежней игривости. — Это явно не охрана госпиталя.

Я молчу. Потому что мне нечего ответить. Не знаю, кто гонится за мной, не знаю, кто ударил по голове настоящую Лиррайн. Я не знаю, почему дело с Медного моста — это «несуществующая тайна», за которую убивают. Вообще не знаю, где нахожусь, как здесь жить и как выбраться из этой передряги живой.

Но я знаю одно: если этот человек сейчас развернется и уйдет, я пропала.

— Я… — голос предательски срывается. — Я не знаю.

Он смотрит на меня еще секунду. Потом отворачивается.

— Ладно, — говорит незнакомец так, будто это самый обычный ответ на свете. — Разберемся.

Он кивает куда-то влево, где между двумя сараями зияет черная щель.

— Там проход на старую линию. Паровой коллектор. Грязно, душно, крысы. Но если твои злодеи не имеют привычки лазать по трубам, минут двадцать форы мы выиграем.

— Крысы? — жалобно пищу, не узнавая собственный голос.

— Не бойся, — незнакомец усмехается. — Мои знакомые крысы людей не трогают. Только тех, кто с ними не поздоровался.

Я не уверена, шутит он или нет. Но выбора нет. Шаги сзади становятся громче. Вдруг раздается хлопок, а за ним появляется яркий луч сиреневого цвета. Откуда-то внутри появляется мысль, что это поисковая магия. Видимо в определенные моменты я получаю доступ к памяти Лиррайн.

— Идем, — первым ныряет в темноту Клик, подавая нам пример.

Я еще секунду колеблюсь, пока мужчина не берет меня за руку. Ну что ж, возможно сейчас самое время переложить ответственность на чьи-то широкие, крепкие иглы. В конце концов, если дикобраз ему по какой-то причине доверяет, почему я должна усомниться в чутье этого замечательного магического создания.

Шагаю в темноту вслед за мужчиной.

Запах ударяет в нос сразу, противно оседая в носу. Сырой, металлический, сладковато-гнилостный. Под ногами что-то хлюпает. Нет, я могу догадываться что именно там, но отчаянно не хочу об этом думать. Стены здесь покрыты вековой слизью, а по углам, в отсветах игл Клика, мелькают быстрые, юркие тени.

Клик, кстати, уже забыл про страх. Он деловито семенит впереди, распушив иглы, и что-то бормочет под нос про «недопустимую антисанитарию» и «жалкие потуги городской канализации».

Незнакомец замыкает шествие. Перед тем как шагнуть внутрь, он на мгновение задерживается, оглядываясь на двор. Потом делает несколько пассов руками у входа. Я ощущаю легкое покалывание на коже. Кажется так чувствуется чужая магия.

— Кстати, — говорит мужчина, не оборачиваясь ко мне. — Меня зовут Даг. Даг Бреннер. И если мы выберемся из этой задницы, я потребую объяснений. А пока — просто беги.

И я бегу, стараясь не думать, что хрустит под ногами, а что пищит по бокам и над головой. Маленький магический шарик освещает дорогу то и дело выплывая передо мной.

— Направо! — Даг дергает меня за руку, корректируя направление.

— А раньше нельзя было? — возмущается Клик, догоняя нас.

— Нельзя, — тут же отзывается мужчина. — Мне только что пришла в голову эта гениальная идея.

Спустя несколько минут мы выскакиваем на поверхность.

Уважаемые читатели приглашаю вас в еще одну книгу, участвующую в литмобе "Ночь перед Рождеством"

https://litnet.com/shrt/uGIi

В баню дракона, или Кто суженый злодейки?

Рина Чар