Желание холодного сердца

6

– Надеюсь, тебе понравится в Лютции, – сказала она, когда мы поднялись по лестнице и пошли по коридору, где пол был выложен деревянной мозаикой.

Плиточка тёмная, плиточка посветлее, плиточка совсем светлая.

Красиво и изысканно.

И ступать по такому полу очень приятно. Особенно когда на тебе домашние стёганые туфли, обшитые рыжим мехом лисицы, как у моей мачехе.

Мои сапоги были на собачьем меху. Неуклюжие, грубо сшитые.

– Как может не понравиться столица, мадам? – ответила я чинно.

– Можешь называть меня просто по имени, Селеной.

– Вряд ли я осмелюсь называть вас по имени, мадам, – ответила я после недолгого замешательства.

– Почему? – удивилась она. – Мы вполне можем стать хорошими подругами…

– Вряд ли мы станем подругами. Подруги обычно одного возраста.

– Я не намного старше тебя, – возразила она, и быстрый, яркий, почти девичий румянец окрасил её бледные щёки.

Вспыхнул мгновенно, как будто алый мак всплеснул лепестками на ветру.

– Мне будет двадцать в этот Сочельник, – ответила я, чувствуя внутри какую-то леденящую пустоту и скованность. – Получается, что вы замужем за моим отцом довольно давно. И вряд ли вам было десять, когда он на вас женился. Скорее всего, сейчас вам около сорока. Поэтому осмелюсь выразить сомнение, что мы сможем стать подругами в том смысле, какой вкладывают в это слово. Вряд ли возможна дружба между людьми, один из которых вдвое старше другого.

Мачеха замолчала.

Так, в молчании, мы дошли до конца коридора, и она толкнула дверь, обитую медными гвоздиками.

– Здесь ты будешь жить. Велю, чтобы принесли твои вещи.

– Вы очень добры, мадам, – я зашла в комнату и огляделась.

Вернее, тут были две комнаты. Первая – что-то вроде гостиной, где стояли карточный и шахматный столики, мягкий диван и пара кресел, круглый стол и стулья, где так уютно было бы расположиться с чаем и пирожными.

В камине горел огонь, и весь пол был застлан огромным узорчатым ковром. На окнах тяжёлые тёплые шторы, на стенах несколько картин – сценки из жизни греческих богов. Артемида, преследующая лань. Нимфы, купающиеся в ручье.

Вторая комната была спальней – я увидела постель под балдахином.

Мачеха стояла на пороге, словно чего-то ждала.

Я почувствовала себя совсем неловко.

– Очень красивая комната, мадам, – сказала я, стараясь говорить приветливо и мягко. – Уверена, что мне здесь будет очень хорошо, и что я не стесню вас.

– Не стеснишь, – подтвердила мачеха. – Мы с твоим отцом живём в другом крыле дома. Здесь всё приготовлено для тебя. Можешь заменить мебель по своему вкусу, приглашать сюда подруг…

– Думаю, что не смогу настолько злоупотребить вашим гостеприимством, – быстро ответила я. – С моей стороны было бы дерзостью нарушать ваш покой. К тому же, если её величество захочет принять меня камеристкой, то мне придётся жить в королевском замке, а не в вашем доме.

– Да, возможно, так всё и будет, – согласилась она, потупившись. – Оставлю тебя. Отдыхай, слуги принесут чай и закуски, а обед у нас в три часа. Ты услышишь, как будут бить часы на ратуше. Если захочешь посмотреть дом, я пришлю экономку.

– Вы очень добры, мадам.

Она снова вспыхнула – быстро, мимолётно, кивнула и вышла.

Первым делом я сбросила сапоги, чтобы не топтать ковёр.

Не очень хорошо получилось с мачехой. Кажется, она хотела расположить меня к себе. Но что-то во мне противилось этому. Возможно, обида за маму? Если то, что рассказал мне Бубчогизель – правда… Тогда при любом раскладе роль мадам Селены в этой истории выглядит мерзко. Ответить на любовь женатого мужчины, у которого, к тому же, вот-вот родится ребёнок… Нет, такое невозможно было понять и принять. Как и принять поведение моего отца. Но он, всё-таки, мой родной отец. А вот мадам Селена…

Даже в мыслях я не хотела называть её просто по имени.

Слуги принесли мои вещи, которых, впрочем, было совсем немного. Гийо представил мне двух горничных, которые должны были помогать мне во всём, убирать в комнате и заниматься моими нарядами.

Нарядов у меня не было, только одно синее платье, в котором я собиралась появиться к обеду. Но отсутствие работы служанок не остановило. Они тут же приготовили горячий чай со взбитыми сливками и подали его мне в красивой белой чашечке. На серебряном блюде лежали вкуснейшие сахарные булочки, а в спальне меня ждали ванна и несколько ведер горячей воды. Ванна оказалась очень кстати. Так приятно после долгого путешествия окунуться в тёплую воду, в которую добавили несколько капель лавандового масла.

Служанки предложили помощь во время купания, но я отказалась.

Выпроводила их, а потом с полчаса нежилась в воде, чувствуя себя настоящей королевой. Это же роскошно – принимать ванну в комнате. Не надо таскать воду, не надо её выливать, всё сделают за тебя.

Я даже позволила себе искупаться не в обычной длинной нижней рубашке, а в коротенькой, едва закрывавшей бёдра, которую надевала под корсет.