Желания сбываются, или чудо для сиротки

9

– А потом, – говорит Лилли, – вы с папой поженились.

Я тихонько смеюсь.

– Да, – говорю я, пропуская изрядный кусок наших с Прием отношений, – потом мы с папой поженились.

– И у вас родился Альберт, а потом и я! А тетя Саатса вышла замуж за дядю Фоля, и у них родились Лаара и Киф. И тетя Саатса стала директором приюта! – выдает Лилли, жутко довольная собой.

Я улыбаюсь:

– Да, все так.

На словах все звучит так просто, а на деле все эти события заняли несколько лет. Моя неловкость в отношениях с Прием, его нежность и забота, моя работа в экономическом отделе, несколько лет упорного труда, повышение до заместителя начальника отдела, свадьба с Прием, рождение детей, смерть короля от затяжной болезни и коронация Прия, после которой я официально ушла с работы, но продолжала неформально контролировать работу всего отдела.

У Саатсы все тоже сложилось хорошо. После совершеннолетия она устроилась на работу в комиссию по вопросам сирот, а спустя несколько лет вернулась в наш приют и стала директрисой. Малыши в ней души не чают. Она вышла замуж за того самого верного спутника Прия, Фоля Одана, и в браке у них родилось двое замечательных детей. Мы часто собираемся вместе, но никогда не обсуждаем былые дни в приюте: нам довольно и того, что мы счастливы теперь.

У малышек и у остальных детей приюта все тоже замечательно. При помощи поддержки дворца они выучились, и теперь каждая из них идет по жизни с уверенно поднятой головой, но для меня они так навсегда и останутся малышками. Впрочем, ни одна из них и не возражает.

– Мама, – тихо говорит Лилли, упорно борясь со сном, – а почему папа называет тебя колючей феей?

Я вспоминаю далекий день, когда мы впервые столкнулись с ним в оранжерее – но не рассказывать же об этом дочери? И отвечаю:

– Давай мы потом спросим об этом у папы.

Пусть выкручивается сам. В конце концов, нечего было называть меня так прямо при детях! Однако Лилли уже этого не слышит: ее, наконец, одолевает сон.

– Ваше Величество, – кланяется мне няня, когда я покидаю спальню.

Я киваю, до сих пор испытывая странные чувства от этого обращения.

– Альберт уже уснул?

– Его Величество еще с ним.

Улыбаюсь. Альберту уже семь, но его нелегко уложить. Впрочем, Прий мастерски с этим справляется, поэтому эту обязанность я оставила за ним.

– Когда он выйдет, – говорю я служанке, – передайте ему, что я буду ждать его в малой оранжерее.

– Да, Ваше Величество, – кланяется служанка.

Я медленно и величественно ступаю по коридорам дворца, и встречные слуги мне кланяются. Вот и архив, где я когда-то работала. Вот тот коридор, по которому гналась за аршем Пелексом когда-то. А вот и малая оранжерея – в которой мы с Прием познакомились ровно десять лет назад.

Десять лет, которые навсегда изменили мою жизнь. Превратили меня из приютской сиротки в королеву.

– О чем ты думаешь?

Я вздрагиваю, когда руки моего мужа и моего короля обвивают мою талию. А потом расслабляюсь и честно отвечаю:

– Когда-то на Новый год я загадала желание. Я пожелала, чтобы мы – все те, кто был в приюте, – были счастливы.

– Оно сбылось? – спрашивает меня Прий, целуя в шею. – Твое желание?

– Безусловно, – шепчу я.

И тянусь к его губам.