Желанный трофей охотника на демонов

Глава 5.

Проснувшись на третью ночь посреди удушающей темноты, я ощутила, как холодный пот стекает по спине. Сердце гулко билось о рёбра, словно пытаясь вырваться из клетки. Странно, но лихорадка, мучившая меня последние дни, отступила, оставив после себя лишь призрачную слабость в мышцах.

Скрип петель разорвал тишину, и в комнату проскользнул высокий силуэт. Лунный свет, падающий из высокого окна, очертил его резкие черты, и я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Герцог. Мой... муж?

Воспоминания хлынули потоком — чужие, незнакомые, но кристально чёткие. Они впивались в сознание острыми иглами: пышная свадьба, клятвы у алтаря, его равнодушный взгляд. Я зажмурилась, пытаясь отогнать непрошеные картинки, но они только ярче вспыхивали под веками.

Шелест одежды заставил меня вздрогнуть. Герцог методично расстёгивал пуговицы на рубашке, и каждое его движение отдавалось во мне волной паники. В воздухе повис терпкий аромат его духов — сандал и что-то горьковатое, от чего перехватывало дыхание.

— Изабелла... — его голос, низкий и властный, прозвучал как приговор. В нём слышалось нетерпение, смешанное с раздражением.

Я вжалась в шелковые простыни, чувствуя, как мурашки бегут по коже. Тяжёлое бархатное одеяло, казалось, душило меня своим весом.

— Прошу вас, — мой голос прозвучал жалко и надтреснуто, — не надо.

Он замер, и в тишине я слышала его прерывистое дыхание. Матрас прогнулся под его весом, когда он сел на край кровати.

— Дорогая Изабелла, — в его словах сквозила плохо скрываемая досада, — это наш долг. Наши обязательства друг перед другом.

«Обязательства? — хотелось закричать мне. - Я даже не знаю, кто ты такой!»

Его рука коснулась моего плеча, и я отпрянула, словно от удара. Простыни зашуршали, как осенние листья под ногами.

— Закройте глаза, если вам так будет легче, — произнёс он с деланным участием, и эти слова окончательно превратили происходящее в кошмар.

В горле встал ком, а в висках застучала кровь. Я сжалась, готовая в любой момент броситься к двери. Пусть лучше сочтут сумасшедшей, чем...

Его тень нависла надо мной, заслоняя лунный свет, и я почувствовала, как реальность начинает расплываться по краям, словно акварельный рисунок под дождём.

Волнистые пряди цвета воронова крыла упали на его точёное лицо, отбрасывая причудливые тени в лунном свете. Каждая черта словно высечена искусным скульптором: властные скулы, квадратный подбородок, прямой нос римского патриция. Но глаза... Его глаза напоминали осколки льда — такие же холодные и безжалостные.

Когда его пальцы коснулись моих запястий, по коже пробежала дрожь отвращения. Его прикосновение, хоть и нежное, обжигало как клеймо. В горле пересохло, а сердце колотилось так, словно вот-вот выпрыгнет из груди.

«Господи, пожалуйста, пусть это окажется просто кошмаром», — молила я про себя, до побелевших костяшек вцепившись в одеяло.

— Вы уверены, что это необходимо? — мой шёпот был едва слышен, словно шелест осенних листьев.

— Это важно для нас обоих, — его голос, низкий и властный, эхом отразился от стен спальни. Терпкий аромат сандала и горьких трав, исходящий от него, заставлял меня задыхаться.

Каждое его движение отзывалось во мне волной паники. Я чувствовала себя загнанной ланью перед хищником. Мышцы звенели от напряжения, готовые в любой момент броситься к спасительной двери.

— Не могли бы вы уйти, — слова вырвались сами собой, дрожащие и беспомощные.

— Изабелла, что за шутки? — его брови сошлись на переносице, образуя глубокую складку. — Целитель ясно сказал: сейчас самое благоприятное время для исполнения пророчества.

Когда его пальцы коснулись моих волос, по спине пробежал холодок. Инстинктивно я отпрянула, вжимаясь в изголовье кровати так сильно, что резные узоры впились в спину.

— Прекратите немедленно, или я закричу! — мой голос сорвался на визг.

В его глазах промелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с раздражением.

— После того несчастного случая вы сами не своя, — процедил он сквозь зубы. — Но целитель заверил меня, что вы здоровы.

Когда он снова потянулся ко мне, что-то внутри меня сломалось. Крик вырвался из груди, как запертый зверь, отражаясь от стен оглушительным эхом: «Пожар!»

Герцог отскочил, словно ошпаренный. В тусклом свете луны я видела, как побелели его костяшки, когда он сжал кулаки.

— Да замолчите вы уже! — прогремел его голос.

Стук в дверь прозвучал как гром среди ясного неба. Испуганные голоса слуг смешались в неразборчивый гул.

Натягивая рубашку, он бросил на меня взгляд, полный плохо сдерживаемой ярости.

— Надеюсь, в следующий раз вы проявите больше благоразумия, — его слова сочились ядом. — Мне нужен наследник, Изабелла. Только наследник.

— Не могли бы вы, наконец, уйти, — мой голос дрожал, как осенний лист на ветру. — Я не одета должным образом и ваше присутствие... оно причиняет мне физический дискомфорт.

Лицо герцога налилось багровой краской, словно спелая слива. Желваки заходили под кожей, когда он с силой сжал челюсти. Его пальцы, побелевшие от напряжения, сжались в кулаки так сильно, что я услышала хруст суставов.