Желанный трофей охотника на демонов

Глава 15.

Вернувшись в замок, я поспешила в свою комнату, где меня встретил аромат свежезаваренных трав и улыбающаяся Лизи. Её ловкие пальцы тут же принялись колдовать над моей головой, пока я грела ладони о чашку с пряным напитком. Каждый глоток растекался по телу теплом, унося тревоги прошедшего дня.

Закатное солнце заливало комнату янтарным светом, играя бликами на хрустальных подвесках люстры. Я намеренно избегала мыслей о странной магической лавке, сосредоточившись вместо этого на предстоящем бале.

«Боже, какая ирония, — подумала я, сдерживая нервный смешок. — Столько лет занятий бальными танцами, травма колена, а теперь я буду кружиться в настоящем средневековом замке».

Представив своего «дражайшего» супруга, пытающегося изобразить изящное па, я не сдержала хихиканья. В воображении герцог напоминал медведя, которого заставили танцевать менуэт.

— Что-то не так, миледи? — Лизи замерла со шпилькой в руках.

— О нет, просто представила кое-что забавное, — я попыталась придать лицу серьёзное выражение, но губы предательски дрогнули в улыбке. — Продолжай, у тебя чудесно получается.

Горячий напиток согревал изнутри, даря странное чувство лёгкости и уверенности.

«В конце концов, — рассуждала я, — всегда можно притвориться больной и сбежать. Главное — держать лицо и улыбаться так, будто всё идёт по плану».

Когда Лизи закончила, я едва узнала себя в зеркале. Локоны струились водопадом, украшенные крошечными белыми цветами, которые казались живыми в мерцающем свете свечей. Изящные заколки поблёскивали, как капли росы на рассвете.

— Миледи, вы просто восхитительны! — благоговейно прошептала Лизи.

— Благодарю, Лизи, у вас золотые руки. Или вы прячете где-то волшебную палочку? — ответила я ей, заговорщицки подмигнув.

Щёки служанки вспыхнули маковым цветом, а я почувствовала укол вины за свою шутку — в этом мире магия была не самой безопасной темой для шуток.

Тёмно-зелёное платье скользнуло по коже прохладным шёлком. Корсет, который на этот раз я позволила затянуть без споров, подчеркнул талию, а юбка зашелестела при каждом движении, словно осенняя листва под ногами. Кружевной лиф, расшитый серебряной нитью, мерцал в последних лучах заходящего солнца.

«Что ж, — подумала я, разглаживая несуществующие складки на платье, — если уж играть роль герцогини, то с блеском. Хотя бы ради того, чтобы увидеть выражение лица моего «любимого» супруга».

Шелест шёлкового платья эхом отражался от стен, пока я спускалась в гостиную. Аромат горящих в камине яблоневых поленьев смешивался с терпким запахом дорогого коньяка. Герцог стоял у камина, небрежно опираясь на трость с хищной птицей – точь-в-точь как коршун, выслеживающий добычу.

«Боже, да он даже трость подобрал под стать своему характеру», — мысленно фыркнула я, отмечая, как идеально начищены его сапоги и как безупречно сидит камзол. Самовлюблённый павлин в своей естественной среде обитания.

— Леди Изабелла, — его голос прозвучал как скрежет металла по стеклу. — Мне доложили о вашем неповиновении. Как прикажете это понимать?

«Ох, началось», — я почти физически ощутила, как адреналин растекается по венам.

— Неужели любование цветами теперь считается преступлением? — мой голос звенел от едва сдерживаемого гнева. — Или вы предпочитаете держать меня в золотой клетке, как экзотическую птицу?

Его глаза полыхнули яростью, и на мгновение мне показалось, что воздух в комнате стал густым и тяжёлым, как перед грозой.

— В последнее время вы забываетесь, миледи! — прошипел он, делая шаг вперёд. — В моём доме существуют правила. Для всех.

Сердце колотилось как безумное, когда он приблизился. От него пахло можжевельником и кожей, запах властный и холодный, как и он сам.

— Своё место? — я изобразила удивление, хотя внутри всё кипело. — Простите, милорд, но я ваша жена, а не фарфоровая статуэтка для украшения интерьера.

Его пальцы, неожиданно тёплые, коснулись моего подбородка, заставляя поднять голову. В карих глазах плясали отблески каминного пламени, придавая его взгляду что-то демоническое.

— Вы слишком юны и наивны, — произнёс он с холодной насмешкой. — Ваша красота – пустая оболочка, не более.

«Ах ты...» — я задохнулась от возмущения, чувствуя, как щёки заливает краска.

— А вы слишком самонадеянны, — процедила я сквозь зубы, — если думаете, что можете обращаться со мной как с вещью.

— Довольно! — отрезал он. — Нас ждёт карета. И впредь держите язык за зубами.

Глядя в зеркало на прощание, я увидела женщину с горящими глазами и упрямо сжатыми губами. Внутри бушевал ураган эмоций, но внешне я оставалась невозмутимой, как гладь озера в безветренный день.

«Ничего, милый, — подумала я, следуя за его широкой спиной. — Ты ещё узнаешь, что эта «пустая оболочка» может преподнести немало сюрпризов».

Массивная карета, чёрная как беззвёздная ночь, замерла у крыльца. Вороные жеребцы нетерпеливо били копытами, выдыхая облачка пара в прохладный вечерний воздух. Слуга подал мне руку, и я ощутила прикосновение его шершавой ладони, помогая забраться внутрь экипажа.