Железо и Золото Уничтожить проклятье

5

Осталось выполнить последний на сегодняшний день пункт из личного плана Рене. Карета семейства Сталь запаздывала почти на час, но тревожных ощущений в душе, обычно передаваемых семейной магией Сталь, пока не проявлялось. Раздумья Рене, - не поехать ли навстречу чисто так, на всякий случай, прервал шлёпнувшийся на перчатку Вестник, совсем крошечный. Вестник развернулся в маленькую, из четырёх слов, записку. – Немного опаздываем. Меняли колесо. - Прочтённая записка распалась.

Единственное занятие, пришедшее в голову Рене, после изучения работы стражников, голубей в небе и фонтана - съесть крупное прошлогоднее яблоко из тех, что продавались здесь же, на лотках, ну и Снежку угостить. Своё яблоко Рене, в отличие от лакомки-Снежки, слопавшей немаленький фрукт в два укуса, удалось растянуть на подольше, не слишком притворно изображая удовольствие. Картинка со стороны смотрелась столь идиллической, что у торговки и двух её соседок яблоки расхватали в несколько минут. Улыбчивая торговка живо собралась, и, проходя мимо, сунула Рене ещё парочку, уже не таких крупных, но не менее румяных яблок, насмешливо подмигнув при этом.

Оба вторых яблоко закончилось, приведя и Рене, и Снежку в хорошее настроение. Вскоре вдали показалась знакомый экипаж, и руки Рене, почти без участия сознания, отвязали лошадку. От внутреннего напряжения Рене стало слегка потряхивать.

Сменивший молодого Михайлова офицер открыл дверцу кареты, козырнул, оглядел три находящиеся внутри фигуры – две закутанные в зачарованные магией плащи с капюшоном, не позволявшие не только лицо увидеть, но даже, хотя бы приблизительно, фигуру рассмотреть. И третью, батюшкину, ничем не закамуфлированную. Потом досмотрел поданные батюшкой документы, махнул рукой в сторону будочки, откуда споро подошли обе дежурные матроны и занялись проверкой женских сундуков. Вещи отца быстро и аккуратно досмотрел сам офицер. Если его и удивило количество вещей у одного мужчины, явно не модника и не франта, то он ничем это не показал. Закончив проверку и получив отчет обеих помощниц, офицер с явным удовольствием вторично козырнул и попросил пройти в караульное помещение, объяснив, что обязан просканировать семью специальным кристаллом, поскольку просить показать лица у столь высокопоставленных господ он права не имеет. А леди явно не хотят этого. Магическая проверка займёт пару мгновений, не провести такую проверку он, как офицер имперской внутренней службы, не может.

В затяжном процессе повторного изучения завязочек на хитонах из синего мрамора на украшающих фонтан грациях, у Рене так и не получилось уловить, как и откуда появилась толпа молодых бездельников.

Молодые дворяне столпились рядом с каретой. Явно собираясь не только руку Рене подать, чтоб помочь выбраться из кареты, но и якобы «случайно» стянуть мешающий рассмотреть лицо магический капюшон.

Стаскиванием с головы шляпы с одновременным надеванием на голову капюшона Рене удалось замаскировать хлопок по крупу Снежки. Понятливая лошадка двинула в напирающую на карету кучку титулованных нахалов. Снежка подбежала к своему любимцу Грине, помощнику кучера и немножко конюху и кузнецу. Сообразительный парень оглянулся, увидел Снежку и вытащил из кармана ломоть хлеба. Протянув руку с хлебом в сторону любопытствующей кучки знатных бездельников. Не менее сообразительная Снежка, способная поцокать через любую толпу, никого не толкнув, тут проявляла чудеса неуклюжести, оттолкнув пару-тройку молодых дворян. Рене, с неменьшей неуклюжестью двигаясь за лошадкой, «нечаянно» толкаясь и наступая на ноги, сутулясь и сжимая в волнении кулаки, в безуспешной попытке сообразить, сколько правил, даже не этикета, а элементарной вежливости, нарушено. При этом не забывая усилить бедлам громким криком. – Стой, Снежка, да что с тобой? Что я хлеба тебе не найду? Из-за тебя я этих достойных господ толкаю, да стой ты, мне и так стыдно!

Схватившая хлеб из рук Григория Снежка нервно фыркнула, затопталась на месте и отпрянула. Толпа чуть попятилась, а семья Сталь, оперативно выбралась из экипажа через другую дверцу кареты. И любопытным пришлось разочарованно проследить за удаляющимися. Кто-то огрел Снежку по крупу, за что получил очень громкий фырка в ухо и, отпрыгнув, долго тряс головой, увеличив суматоху и помешав обогнуть карету и подобраться к удаляющемуся семейству с другой стороны. Высокая фигура, закутанная в плотный вернер3, который носили и мужчины, и женщины, быстро скрылась. Любопытные смогли полюбоваться на край шикарной тёмной косы и лишь на. долю мгновения увидели, но не смогли рассмотреть бледное лицо.

На Рене снизошло успокоение - раз улыбающийся Гриня, спрыгнув с козел, разворачивает запряжённых в экипаж лошадей к воротам Внутренней крепости, значит любезный и весьма неглупый офицер, а другие на Имперскую внутреннюю службу и не могли попасть, отправил князя Сталь с семьёй порталом. Такое перемещение во Внутренней крепости не поощрялось, но у любого правила есть исключения.

Пойманная под уздцы Снежка довольно фыркала, радуясь угощению и учинённому хулиганству. О том, за проваленные «смотрины» попытаются отыграться, Рене стало ясно даже раньше, чем группка молодых дворян переглянулась, выбирая того, кто начнёт. И точно - от стайки пересмеивающихся молодых людей отделился высокий, лощёный красавчик. - А, провинциальный недотёпа!

На ответное и изящно снятую шляпу. - О, -вы слишком критично к себе относитесь, сэр Недотёпа. По мне, вы лишь самую чуточку переборщили с количеством украшений, В столице так не носят, но в любом другом городе не заметит. А я просто барон Орнье, - франтика перекосило.

Самым смешным в ситуации было то, франтик выглядел изысканно, а вот внешность Рене подходила под определение – деревенщина. В хорошем смысле. Широкое лицо, нос не картошкой, но чуть шире, чем, по общему мнению, полагается аристократу., да ещё и с дюжиной веснушек. Весёлые голубые глаза и улыбка через всю «рожицу». Внешность деревенского пастушка. Аристократичного – только коса, отращиваемая последние семь лет, русая, с чуть-чуть золотым пшеничным отливом. И шляпа, роскошная, но чуточку потёртая. Они с Рене тогда перерыли все батюшкины запасы – шляпа нужна была богатая, но слегка заношенная. У князя Сталь богатые шляпы хранились в порядке и в специальных коробках. А любимые повседневные занашивались до дыр и выбрасывались, причём выбрасывались матушкой. Но повседневные богатыми не выглядели. Понаблюдав за мучениями сына и дочери, князь лично, магией, состарил лучшую шляпу, вынул её из коробки, слегка потоптал, отряхнул и вручил детям. Так у Рене появилась своя собственная любимая шляпа.