Железо и Золото Уничтожить проклятье

9

Принц Барри, ухватив крепко за руки Рене и своего младшего брата, двигался, как этот, новейший паро-магический буксир, недавно закупленный батюшкой для речной перевозки железа. Рене любовалась работой буксирчика в прошлом году, когда сопровождала светлейшего князя Сталь, в смысле батюшку, в инспекционной поездке в Пермь. Приятно было видеть, как небольшой, по сравнению с баржами, кораблик, тянет за собой караван тяжело груженных барж. Двигаясь неспешно, неутомимо и целенаправленно.

Две баржи для принца-буксира явно было мало. И Рене еле успевала переставлять ноги, практически не заметив, как они втроём плюс невозмутимый царевичев «нянька» в кильваторе, шагали уже по территории дворца, выскочив из портала и двигаясь какими-то странными дворцовыми закоулками. Но очень быстро. Решив отвлечь «буксир», Рене спросила, -извините, Ваше высочество. Спросить можно?

- Можно.

- А почему вас называют принцем, а не царевичем? - Скорость движения при этом не снизилась, и ответа не последовало.

Орти, явно неплохо знавший характер брата, ехидно улыбнулся.

Рене выдернула руку из почти стального капкана и остановилась.

Принц Барри самым непочтительным образом толкнул «барона Орнье» в тёмный закуток и без того не особо светлого коридора, оглянулся, чтоб убедиться, что остальные два спутника незамедлительно шагнули следом и язвительно сказал:

- Изволите выдавать себя за мужчину- нечего метать гневные взоры, подобающие барышне. На будущее потрудитесь запомнить, что я редко что-то делаю просто так. В следующий раз потрудитесь сообразить, что я быстро и не куртуазно тащу нашу компанию пыльными закоулками не для того, чтоб досадить вашему сиятельству, а чтоб выйти в нужное место незаметно. Нужное место – широкий и забитый придворными даже сейчас коридор у покоев наших венценосных родителей. Но сейчас есть три минуты, пока пройдет стража с вечерним обходом и мы сумеем выскочить вон через ту дверь, сразу, как я скажу, ясно? Так что быстро спрашивай, а потом не отвлекай меня.

- Но вы не ответили, хотя разрешили задать вопрос!

- Так и надо было просить ответить, а не просить разрешения задать вопрос!

Ангелочек совершенно по-детски захихикал, а потом ещё и ресничками похлопал, видимо, передразнивая Рене. Но ангел Рене не особо злил, а вот архистратиг, в данный момент – очень даже, и вопрос её прозвучал весьма сердито.

- Почему принц Барри?

Насмешливый ответ настроения не улучшил. - Потому что Ася. А теперь быстро.

Рене поняла, что первый, кого она вызовет на дуэль, будет принц Барри, который мало того, что обсмеял, пусть и слегка заслуженно. Но вот подтолкнул в… Приличных барышень ниже спины не направляют. Плохо, что на дуэль можно только с семнадцати вызывать. А до этого придётся подождать почти полгода, ну и в Офицерскую школу поступить, штатским дуэли не положены.

Через три минуты Рене смогла перевести дух и оглядеться. Комната, куда компания переместилась, используя «семейные» портальчики, была явно малой гостиной в личных покоях императорской четы. В обстановке преобладали три цвета: приглушённый синий, со стальным отливом, собственно стальной, то есть серый с со спокойным, не режущим глаз отблеском и бледно-голубой. Мебель в одной цветовой гамме: все кресла, стулья и диваны обиты синей, со стальным отливом, тканью. Голубоватый мрамор украшал потолок и стены, а также очень изящный камин. Камин, понятно, в конце жаркого травеня, не был затоплен. Немаленькая хрустальная люстра и хрустальные бра на стенах, половина из которых предназначалась под свечи, половина – под новомодные лампочки, казалось, подстраивались под цветовую гамму комнаты и тоже отблескивали бледно-голубым и стальным.

Из рассказов батюшки Рене знала, что императорскую опочивальню, тогда, после мятежа и смены власти, заново отделывать не стали. Опочивальня являлась чуть ли не самым роскошным помещением Императорского дворца: парчовая тёмно-красная с золотом отделка стен и такая же обивка мебели. Малахитовые, с золотом, столики, бра и инкрустация на императорской кровати. Яшмовые и родонитовые напольные вазы в интерьере, и ванна из розового мрамора в ванной комнате.

Рене надеялась, что ей разрешат полюбоваться гарнитуром императрицы, последним дополнением обстановки опочивальни: туалетный столик и зеркало были отделаны малахитом с редким красивейшим узором, случайно найденным батюшкой во время одной из его экспедиций по разведке недр Камня. Гарнитур был выполнен по батюшкиному эскизу и преподнесён императрице на сорокалетие. Но, поскольку гарнитур изготавливали на столичной камнерезной фабрике, «в живую» девушка его не видела. Рене было очень интересно посмотреть, как стальное основание гарнитура, задуманное батюшкой, полностью закамуфлировали малахитом.

Но с любопытством явно следовало обождать – в парных глубоких креслах возле затейливо инкрустированного полудрагоценными камнями мраморного столика, сидели два старых господина. Одного Рене моментально узнала, хотя видела мельком, да ещё и в зеркале - разумеется Олаф-Славомир, с его-то интуицией, сидел и дожидался родных и «двоюродных» правнуков (сколько раз пра- Рене решила не считать). Второй старик был помоложе императорского «дедули», самое большее, лет восьмидесяти, по-видимому, тот самый жданный тесть с оглушительным храпом.

- Ну-с, и чего вы решили учудить, внуки?

- Дедуль, это отец решил, что, если мы сегодня во дворце помелькаем, а уважаемый Глеб Егорович громко похрапит этой ночью или там пару ночей, нас никто особо не хватиться. У матушки официально – приступ мигрени и она якобы не покидает покои. Сейчас эти в коридорах слегка побезобразят и я их как-бы к матушке на расправу поведу. А завтра с утра оттуда сразу через Портальную комнату в Стальной дом.

Императорский дедуля хмыкнул, - буду ждать вас в Портальной комнате. И ещё, Орти, тебе вот-вот пятнадцать. Пора обзаводиться свитой. Что-то мне подсказывает, что этот вот молодой провинциальный барон вполне подойдёт.