Жемчужина темного дракона

Глава 7

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

– Жемчужина, милая, выходи, – в дверь примерочной постучали едва слышно, но и от этого простого звука я едва не подпрыгнула.

– Не выйду, – упрямо заявила я, вновь взглянув на предложенную ночную рубашку, у которой от рубашки только название. – Это неприлично, – сказала уже чуть тише, смущенно сведя ноги вместе и прикрывая рукой излишне глубокий вырез на груди.

Нет, ткань, фасон и в целом все было очень красиво, даже сексуально, если честно. Тонкие шелковые лямочки, меньше пяти миллиметров в ширину то и дело соскальзывали с плеч, декольте подчеркивало и выставляло полную, округлую грудь. Мягкие, ажурные кружева не отвлекали, а лишь привлекали внимание. Но не только это меня настораживало. Длина модели была однозначно, безапелляционно недопустимой. Она едва до колен доходила!

– Коралина, красавица, – он поскребся в дверь как любопытный кот, которого не пустили сметану делить. Я расслышала его глубокий вдох и глухой стук, будто бы Расон уперся головой в дверь.

– Нет, Расон, я не выйду, – стояла на своем, решив, что ни в коем случае не покажусь в подобном виде, даже дракону, пусть и своему жениху. Он еще мне не муж, чтобы я тут перед ним почти голая разгуливала.

«Вы с ним уже целовались, и он тебя утром видел», – напомнила мне моя очень вовремя воспрявшая духом память.

«Цыц!».

– Хорошо, но потом ты же мне покажешься в этом… – его голос звучал низко и приглушенно. Казалось, что он едва мог контролировать то, что говорил из-за обуреваемых его сильных чувств. – После свадьбы.

Я зарделась, от нервозности кусая нижнюю губу, а после делая глубокий вдох.

Снова обратила свой взгляд на зеркало. В нем отражалась небольшого роста хрупкая, и довольно красивая девушка. Длинные волосы, словно каштановый водопад струились по худым плечам. Шелковая ночная рубашка контрастировала с бледной кожей, глаза казались темнее, их цвет переливался золотыми и шоколадными оттенками глубины, и даже безобразный шрам нисколько не портил впечатление.

Осторожно прикоснувшись кончиками пальцев к своему уродству, вздохнула и потрясла головой.

Расон ни разу даже не намекнул на то, что я ему противна с этим безобразием.

Возможно, только возможно, что ему и вовсе плевать на это.

– Коралина, ты меня слышишь? – в голосе Расона слышалось неподдельное волнение.

Я вздрогнула от удивления и смущения.

– А? Да, слышу.

– Ты в порядке, голос какой-то потерянный.

– Нет, со мной все хорошо, не переживай, – клятвенно заверила, быстро завязывая волосы в хвост и наспех снимая рубашку, и осторожно складывая на антикварном, обшитом золотыми нитями и блестящими пуговицами кресле. – Уже выхожу, – я поспешно натянула свое уже привычное, простое платье, быстро обулась и взяла четыре стопочки различных рубашек, мило предложенных красивой девушкой продавцом.

Помимо этого она притащила мне еще с десяток различного нижнего белья… которое выглядело так, словно его сняли с очень и очень неприличной куртизанки. Вот только, когда Расон увидел эти ниточки с завязочками, а потом перевел взгляд полный страсти и жара на меня, то я задумалась, а не померить ли? В конце концов, что будет страшного, если мой собственный муж увидит меня в таком наряде? Он меня и без этого наряда имеет право рассматривать со всех сторон.

Я быстро закрыла за собой дверь и увидела Расона. Он стоял, привалившись к стене плечом и сложив руки на груди. В обстановке из кофейно молочного оформления, мягких ковров и рядов развратного белья, мужчина должен бы смотреться неуместно и глупо, но только не Рас. У меня вообще складывалось такое ощущение, что он мог вписаться абсолютно в любой интерьер.

Интересно, а если его поставить в комнату из розовых рюшей и атласа?

С моих губ сорвался смешок. Расон посмотрел на меня с неподдельным непониманием.

– Увидела что-то смешное?

– Нет, скорее подумала, – качнула головой. – А ты уверен, что нам нужно все это? – я взглядом указала на кучи мягкой, блестящей ткани в своих руках.

Мужчина сделал вид, что задумался. Он отлепился от стены одним плавным движением и зашел мне за спину. Я всем телом чувствовала жар, растекающийся лавой под моей кожей. Приятные мурашки пробежали по телу, заставляя передернуть плечами и мотнуть головой, приходя в себя.

– Ох, жемчужина, – чисто мужской смешок, от которого в моей груди что-то напряглось внутри и губы вмиг пересохли. Я почувствовала, как Расон наклонился, едва касаясь своей щекой моей щеки. Волна дрожи пробежала по телу, заставляя непроизвольно вздрогнуть и резко выдохнуть. Кожа налилась ярким румянцем. – Это лишь малая доля того, чего бы мне хотелось видеть на тебе и не видеть, – от его слов мои коленки предательски задрожали и едва не подогнулись. Лишь вовремя обвившая мою талию рука уберегла от позорного падения. Меня прижали к мускулистой, каменной груди и медленным движением погладили по животу.

Губы вмиг пересохли, и в груди словно лопнул воздушный шар из вожделения, романтики и стыдливости.

– Мне безумно нравится, что ты таешь от моих слов, – признался он с истинной радостью и даже гордостью. – И прикосновений, – добавил он, прикоснувшись губами к моей истошно бьющейся жилки пульса на шее, – дрожишь от поцелуев, – он подул на влажный след на моей коже, и мои руки ослабли. Ниточки и ленточки выпали из дрожащих пальцев и растеклись лужицей дорогой ткани по ковру.

– Рас, – выдохнула я слабо и едва слышно.

Я даже не знала, чего хотела – чтобы меня прижали к стене и по-настоящему поцеловали, или отпустили, тем самым дав привести мысли в порядок.

Послышался цокот тонких каблуков по паркету, я поняла, что к нам направляется работница салона и уже собиралась вырваться из объятий дракона. Вот только не учла один немаловажный факт – Расону было плевать на любое присутствие. Главное, что он получал наслаждение и доставлял его мне.

Как мужчина мне и говорил, драконы очень открыты со своей парой. Я уже успела понять одно – если нам обоим что-то доставляло удовольствие, то Расону неважно, кто еще был свидетелем этого. Скрытность, это не про драконов.