Жена Болотного царя

Глава V. Воспитание

Найти корзинку, в азарте погони брошенную где-то царевной, нам не удалось. Привести в приличный вид ни царевну, ни меня, окончательно растрепавшуюся за время бесплодных поисков, тоже не вышло.

В поселение мы возвращались с одной сумкой, забытой Сэнаром на краю тропинки, и следами весело проведенного времени на лице Агнэ. И по закону подлости, конечно же, столкнулись в воротах со встревоженным царем, уже побитым Сэном и тройкой до одури исполнительных воинов.

— Ой… — сказала я, встретившись с Ксэнаром взглядом.

— Ага, — безрадостно поддакнула Агнэ.

— Как это понимать? — зловеще вопросил ответственный родитель, лично бросившийся на поиски любимой дочери. Тревога его с похвальной скоростью переплавлялась в гнев.

В первое мгновение я даже обрадовалась, что этот мрачный эва не мой отец. Потом осознала, что все равно схлопочу за компанию, и загрустила.

— Мы вот с пикника возвращаемся, — отозвалась надеявшаяся на чудо Агнэ. Она просто себя со стороны не видела, иначе не улыбалась бы так. Красные полосы на ее лице сойти не успели, рождая много интересных вопросов.

Царь выбрал самый скучный.

— Вы подрались?

Мы с Агнэ переглянулись, и я поспешно призналась, желая избежать еще каких-нибудь неинтересных и странных предположений с его стороны:

— Неудачная охота.

— Удачная! — возмутилась царевна.

Мне оставалось лишь пожать плечом. Правым.

Левое онемело и обещало отвалиться — раньше я еще никогда не таскала таких тяжестей. А сумка Сэнара весила несколько килограммов… и как только он умудрялся носить ее с такой легкостью?

Поправив впившуюся в плечо шлейку, я зачем-то добавила:

— Никто не пострадал.

— Пока, — весомо отозвался из-за спины брата Сэнар, напрочь убивая хоть какое-то желание выполнять последовавшие за этим приказы царя.

Нет, первое я выполнила охотно: с облегчением передала свою тяжелую ношу, стоило Ксэнару только протянуть руку и сухо потребовать:

— Сумку.

Дальше все было уже не так радужно.

Получив требуемое, он резко развернулся, жестом отпустил толпившихся рядом эва, собранных для поисков сумасбродной царевны, и отдал сумку Сэнару, сильно толкнув ею брата в грудь.

Сэн поморщился, но промолчал. Сам-то он уже пострадать успел, самые жуткие мгновения своей жизни пережил, и ничего страшнее пары резких слов его теперь не ждало.

Ллэт Сэнара все же настигла, но выглядел он странно довольным. Вроде как радовался, что попал в руки наставницы, а не царя, узнавшего, что его беспечный брат оставил Агнэ в лесу больше получаса назад.

Путь до дома был долгим и изматывающим, полным тревог и опасений. Ксэнар шагал чуть впереди, ни разу не обернувшись даже, чтобы увериться, что мы идем следом. Да и куда бы мы могли деться? Шли.

Сэнар, чуть прихрамывая, пристроился рядом с Агнэ.

— Вы где были? — негромко спросил он.

— Корзинку искали, — так же тихо ответила я.

— И где корзинка? — тут же последовал закономерный вопрос.

Агнэ грустно вздохнула и опустила голову ниже.

— Не нашли, — сказала я. — А вам сильно досталось, да?

— Мне? — Сэнар осмотрел себя и невесело хмыкнул. — Если это ты так ненавязчиво пытаешься узнать, поймала ли меня Ллэт, то нет, не поймала… почти.

— Почти?

— Я с дерева упал, — неохотно признался он. — Пытался на другое перепрыгнуть, еще зачем-то специально повыше забрался, дурак… После того как Ллэт мне помогла из кустов выбраться, смысла меня бить уже не было. Я сам с этим неплохо справился.

Сэн помолчал немного и значимо, с едва заметными обвинительными нотками в голосе, добавил:

— И все же в поселение раньше вас вернулся.

Чем ближе мы подходили к дому, тем сильнее я нервничала. Мы же не просто так задержались, не только потому, что Агнэ за жабой гонялась. Я была уверена, что охота на жабу была виной Ариса. А значит, во всем виновата я. И… а что, если это откроется?

Всем станет известно, что я вожу знакомство с магом, заработавшим здесь какую-то дурную славу. И ведь даже не узнаешь, что именно он сделал. Арис не говорит, а у эва спрашивать — самоубийственная затея.

Я нервничала, а рядом, покусывая губу и беспомощно морща нос, переживала царевна. И тревога ее была куда сильнее моей.

— Агнэ, что-то не так?

— Скоро с торговыми обозами из Серебряного города прибудет мой учитель и снова начнет меня учить. — уныло сказала она. — И что-то мне кажется, оставшееся время до начала занятий я проведу под домашним арестом.

— Но за что?

— За то, что не соответствую.

— Чему не соответствуешь? — не успокаивалась я.

Агнэ сейчас меньше всего хотелось мне что-то объяснять, но она все равно ответила:

— Образу царевны.

Дальше мы шли уже в тишине. Царевна готовилась провести последние свободные дни в четырех стенах, отбывая наказание которого даже не заслужила, а я искала в себе силы для разговора с царем.

Пришло время ему пересмотреть взгляды на воспитание своей дочери. И если мой страшный секрет не был раскрыт, я готова была ему в этом помочь…

Когда мы в зловещей тишине поднялись на второй этаж и Ксэнар велел заходить в библиотеку мне, дочери подождать за дверью, а брату исчезнуть с глаз долой, меня уже потряхивало от напряжения.

Паранойя нежно обняла, обещая большие неприятности и уверяя меня, что совы Нэшара следили за нами даже днем и видели, как я разговариваю с магом. Здравомыслие пыталось достучаться до запуганного сознания и напомнить, что болотные совы работают только ночью, но не могло.