Жена брата. На перекрестке судьбы

Глава 9

Ярослав

Женщина, которую я видел всего несколько раз — и каждый раз сдержанно, издали. Мне кажется, что она боялась даже смотреть в мою сторону. И я видел этот страх в ее глазах. Я знаю, как люди реагируют на меня: отводят глаза, напрягаются, сжимаются в плечах. Игорь всегда подпитывал этот образ, с удовольствием шептал всем про «жесткого брата», «холодного бизнесмена», «опасного человека». Для него я был удобным монстром, рядом с которым он сам казался мягким, почти белым и пушистым.

Ольга, конечно, верила ему. Для неё я — пугающий мужик. Полупрозрачная тень, брат мужа, которого лучше не встречать в темном переулке.

Она не знает правды.

Её ребёнок — не Игоря.

Её ребёнок — мой.

Но в её мире я всего лишь имя, от которого холод бежит вдоль позвоночника.

— Есть зацепка, — голос Марата возвращает меня в реальность. — Камера у аптеки. Женщина, похожая на Ольгу, заходила внутрь. Минут двадцать назад.

— Адрес.

— Большая Ордынка, угол с Малой.

— Едем.

Машина резко перестраивается, двигатель воет. Внутри меня — тишина. Та самая тишина, которая бывает перед броском.

Нет, ну какая же все таки дура! Оставила клинику, охрану, наблюдение, врачей. Себя не жалко, так хотя б ребенка пожалела!

Аптека.

Белый свет, запах дешёвых лекарств и пластика. Я открываю дверь и вхожу, как в собственный офис. Девушка за кассой вздрагивает, бросает испуганный взгляд.

— Здесь была женщина, где-то полчаса назад, — мой голос низкий, хрипловатый. — Беременная. Тёмные волосы. Большие глаза. Что покупала? Куда пошла?

Она моргает, словно не верит, что у нее спрашивают о таком.

— Воду… влажные салфетки… ещё что-то мелкое… Я не знаю, куда пошла. Я же не могу за каждым…

— Может, с ней еще кто-то был? — перебиваю я.

— Да, нет. Она одна.

— Посмотри камеры.

— У нас их нет, — торопливо говорит она, — только кнопка охраны. Но… женщина вышла и пошла направо. Я видела в окно.

Этого достаточно. Я разворачиваюсь и выхожу.

На улице жарко, но мне холодно.

Я чувствую, как гнев взрывается внутри, но держу его под контролем. Взрывом я никого не найду. Холодом — найду всех.

— Поднимай всё жильё в радиусе, — приказываю Марату. — Отели, квартиры посуточно, даже хостелы. Она где-то должна остановиться.

— Уже запросил, — он смотрит на экран планшета. — Пока ничего.

— Значит, ищи.

Мы снова едем. Город стелется перед глазами. Люди живут своей обычной жизнью, и только я как дикий лось ношусь по Москве в поисках своей женщины.

Помню слишком ясно. Её взгляд, когда она случайно встретилась со мной в родительском доме: настороженный, тёмный, полный скрытой тревоги. Я испугал её тогда. И с тех пор — навсегда. Ей проще бежать от меня, чем обратиться ко мне за помощью. Даже не подозревая, что именно ко мне — единственному — ей и нужно было прийти.

Телефон вибрирует. Главврач.

Я принимаю вызов.

— Мы нашли халат, — его голос дрожит. — В сквере недалеко от клиники.

— Координаты.

— Я… я отправлю вашему охраннику.

Он сглатывает, пытается что-то ответить, но я отключаюсь.

Где же ты, О-ля?

Машина резко тормозит у края сквера. Шины визжат по асфальту, и в тот же миг мы с Маратом выскакиваем наружу. Жаркий воздух обжигает лицо, но я его почти не чувствую. Взгляд — только на деревья, лавки, тропинки.

— Я налево, — коротко бросает Марат, уже скользя глазами по детской площадке и рядам кустов. Его фигура растворяется между деревьями.

— Я направо, — отвечаю и иду вдоль аллеи, от того места, где нашли халат.

Каждый шаг — как удар сердца. Сквер будто затаил дыхание. Я ищу взглядом хоть какую-то зацепку — движение, знакомый силуэт, намёк на неё.

И вижу.

Женщина сидит, обняв живот, волосы растрёпаны, лицо усталое и бледное.

Ольга.

Она поднимает голову — и наши взгляды встречаются. В её глазах сразу вспыхивает паника. Она резко вскакивает, почти спотыкаясь о лавку.

— Не подходи! — кричит она, голос срывается на истеричный визг. — Не смей ко мне подходить! Это Игорь тебя подослал?!

Я останавливаюсь. Между нами несколько метров, но этого достаточно, чтобы я чувствовал её страх — как удар в грудь.

— Оль… — тихо начинаю я.

— Я ненавижу вашу семью! — её слова бьют, как плеть. — Всех вас! Думаете, я не понимаю?! Думаете, я не знаю, что вы делаете со мной?! Вы сломали мне жизнь!

Она обхватывает живот руками, словно прикрывая ребёнка от меня.

— Я не вернусь! Никогда! — в глазах — отчаяние, злость и слёзы.