Жена для Повелителя воды

5

Я охнула пораженно.

Это было невероятно. Огромное помещение с каменно-серыми стенами. Высоченный потолок, под которым притаилась огромная люстра в виде медузы с тонкими, длинными, светящимися усиками. У стен толпа народа, в таком помещении кажущихся муравьями. Впереди, на высоте этажа четвертого, балкон с резными перилами. Лестницы к нему шли вдоль дальней стены, справа и слева.

– Сера Ая ен Сиен с матерью, – громогласно объявил невидимый голос.

Мы с мамой замерли в алом рисунке на полу: место встреч. Советники задерживаться не стали, так и побрели к левой лестнице, а после медленно поднялись по ней на балкон. Там и притаились, почти невидимые, только головы торчали.

В зале повисла тишина. Даже шелест одежд не прерывал ее. Слишком хорошо разносятся по таким залам любые звуки, и аиту это прекрасно знали.

– Серен Райн ен Ноель, – наконец объявил все тот же бесплотный голос.

Я подняла взгляд к балкончику и обомлела. Повелитель воды впечатлял. Рассмотреть черты лица с такого расстояния я не могла. Но тонкое и при этом мощное тело оценила. Как оценила и длину волос.

Повелитель окинул взглядом расположившихся у его ног подданных и пошел к правой лестнице. Совет спускался по левой. Несмотря на то что мужчина шел неторопливо, его движения казались стремительными и плавными, как и положено воплощению стихии.

Я не смогла проследить весь его путь. Напряжение взяло верх, и я опустила глаза в пол, умоляя мироздание пощадить меня. Стихию не молила, она была глуха ко мне. Так и стояла, пока перед глазами не появились черные сапоги. Следом рассмотрела черные, словно из рыбьей кожи, узкие штаны. Черный же, кожаный жилет, из-под которого виднелась неожиданно белая рубашка. Наконец, подняла взгляд и к лицу, едва не задохнувшись от представшего зрелища.

Райн ен Ноель был как две капли похож на встреченного в парке Регена. Острое лицо, синие глаза, длинные волосы. Только их цвет не темно-русый, а черный, с блеском птичьих перьев. И выражение лица не добродушно-ласковое, а высокомерно-холодное.

Меня мужчина изучил с ног до головы. Как до того его советница, даже похож был на нее чем-то. Даже морщился так же брезгливо, рассмотрев какие-то недостатки. На моем лице взгляд так же задержал. Ухмыльнулся криво. Презрительно как-то. Но руку протянул.

Я послушно потянула к нему свою. Вложила пальцы в широкую ладонь. Теплая, сухая, неожиданно приятная.

Или это мои руки настолько остыли, что даже ледяное касание Повелителя воды казалось мне теплым?

Повелитель потянул меня к левой лестнице, замыкая круг. Признал.

Мы поднялись на балкон. Остановились у перил. Повелитель вновь окинул холодным взглядом собравшихся. Кивнул и потянул меня за собой, к двери за спиной.

Я бросила быстрый взгляд назад. Наткнулась на подбадривающий взгляд мамы и успокоилась. Отчего-то показалось, что ей не позволят сюда подняться.

Как же много здесь коридоров. Узкие, широкие, богатые и словно вырезанные в самой толще камня. Я не ожидала, что закончатся они современной, весьма уютной комнатой. Только окон не было, но это и понятно.

– Церемония состоится через час.

Отпустив меня, Райн шагнул спиной вперед, к двери. Голос его был жесткий, чуть хриплый, словно до того ему пришлось долго кричать.

Я смотрела на своего жениха и мялась неуверенно. Несколько раз набрала в грудь воздуха, собираясь признаться, и тут же вновь сдувалась. Разум отказывался видеть вместо теплого Регена, почудившегося мне в первый момент, холодного Повелителя. Казалось, еще мгновение, и он улыбнется. Прижмет к себе и признается. Но время шло, а холодный Райн не превращался. Но и из комнаты не выходил, словно заметил мою неуверенность и ждал.

Наконец, отвернулся, взялся за ручку, собираясь выйти.

– У меня нет связи со стихией, – выпалила, беря верх над собственным разумом.

От того взгляда, каким меня одарил Повелитель, хотелось закопаться. Спрятаться в разветвленных тоннелях колонии и никогда больше не показываться на глаза этому мужчине.

– Что?! – прорычал он, глядя уже на мать.

– Это правда, Ая не смогла связаться со стихией, – спокойно пояснила она.

Следующая реплика явно не предназначалась для женских ушей.

– Почему вы не сказали совету? – вновь зарычал он.

– А меня кто-то спрашивал? – холодно поинтересовалась мать. – Меня лишь уведомили, что заберут моего ребенка сразу по достижении двадцати.

Райн опять выругался и застыл статуей, сверля взглядом потолок.

– Проверка через два часа! – зло выплюнул он, вновь собираясь оставить нас наедине.

– Ей нужно отдохнуть! – хлыстом ударил его голос мамы.

– И когда же она успела устать?

Ух ты, а он не только ругаться умеет. Какой ядовитый голос, того и гляди отравит Повелитель яда.

– Вам не понять. Еще вчера она была свободной женщиной.

Райн перевел взгляд на меня. Изучил недовольно.

– Нет, – прежде чем он успел согласиться и выдвинуть новые сроки, проговорила я и виновато посмотрела на мать. – Хочу побыстрее с этим покончить.

– Ая, ты не понимаешь. Стихия и так тебя не любит. Уставшая, ты не сможешь с ней говорить, – попыталась воззвать мать к моему благоразумию.

Нет уж. Не в этот раз. Мне ведь и нужно, чтобы стихия от меня отказалась. Тогда этот ледышка останется с носом.

– А ты пойдешь какому-нибудь вторичному аиту, – словно прочитала мои мысли мама.

Но Райн усмехнулся и кивнул.

– Через час, – бросил он перед тем, как вышел вон.