Жена для Снежного лорда

Глава 21

Мы замерли. Я лихорадочно перебирала в голове варианты. Сбежать? Подобраться ближе? Или лежать на земле и ждать, пока минует опасность? Одежда на нас вполне подходит для маскировки: на Хансе серые застиранные штаны и рубаха, сверху засаленная безрукавка неопределённого цвета. На мне простенькое платье из местной шерсти, довольно грубое, но удобное и не слишком широкое. Во всяком случае, одно из немногих, которое я смогла надеть без посторонней помощи. На голове коричневая шаль, которая тоже не выделялась цветом на весенней земле.

Хорошо, что зелень уже проклюнулась, и у нас есть возможность остаться незамеченными. Плохо, что мы лежим, как два испуганных зайца и не знаем, что происходит.

Больше никто не стонал, но в стороне, не слишком далеко, раздавались мужские голоса и удары топора. Почему-то от этого звука мне стало страшно, я совсем уже было собралась сбежать, когда над нашими головами с шумом вспорхнула пёстрая птица, размером с голубя.

Я вздрогнула от неожиданности. Чего я боюсь? Ничего страшного, всего лишь лесная птица.

Надо собраться с мыслями. Если я буду всего бояться, если всегда буду убегать – мне не выжить в этом мире. Трусливому, дрожащему от грубого оклика и неуверенному в себе человеку тяжко даже в моём родном, цивилизованном мире. Его все обижают – потому, что его легко обидеть. Он всегда ждёт от погоды – неприятностей, а от судьбы – пинка. И получает, конечно, не зря же ждёт.

- Давай подойдём поближе. Посмотрим, что там происходит, - прошептала я Хансу.

- Госпожа Касанта, ваше сиятельство! Вам никак нельзя! Кто его знает, может, там лихие люди убивают кого! Дойдёте одна до повозки? Я поближе подберусь, а вы, если кого чужого увидите – хватайте вожжи и гоните коняшку нашего домой. Он спорый, хоть и выглядит ленивеньким, -уговаривал меня Ханс.

Дальше слушать не стала. Махнула рукой, подтянула повыше, почти до колен, подол платья, зафиксировала его поясом, чтобы не мешался. Перебежками, как бывалый дeсaнтник, прячась за кустами и густыми зарослями, побежала вперёд.

Хорошее у меня новое тело – ноги сильные и выносливые, дыхание ровное. Кажется, что не бегу, а перелетаю с места на место. От удовольствия, от радости движения, даже страх пропал.

Под ногами хрустели ветки, но шума я не боялась – люди в лесу шумели не меньше и явно чувствовали себя вольготно. Громко говорили, смеялись.

На поляне лежал красавец-олень. Небольшой, размером с телёнка, с раскидистыми острыми рогами. Глаза животного смотрели в голубое весеннее небо. Я сглотнула ком в горле, чтобы не закричать. Бедный, значит, это он стонал.

Кто? Кто посмел убить это прекрасное лесное чудо? Разве можно охотиться на крупных животных без разрешения лорда? Насколько я знаю, это строжайше запрещено и жестоко карается. Сами крестьяне, узнав, что кто-то в селе промышляет незаконной охотой, накажут виновного.

Но на поляне были явно не крестьяне. Четверо мужчин в грубых куртках и высоких сапогах, у каждого за поясом нож с длинным лезвием. Они срубили невысокую берёзку и крепили к ней верёвками тело оленя.

- Могли бы здесь разделать, чего его на стоянку тащить, - недовольно ворчал самый молодой.

- Нет, опасно – следы останутся, - ответил бородатый мужик. – Крепче узел затягивай, - повернулся он к третьему, со шрамом на щеке, который связывал оленьи ноги.

Четвёртый в это время вырезал из тела оленя стрелу. Жуткое зрелище.

Надо выйти и прекратить это безобразие! Но! Со мной только Ханс, он точно не справится с четырьмя головорезами, если они решат на нас напасть. Что, собственно, им помешает?

Раз есть стоянка, значит, они обосновались где-то в лесу. Зачем? С какой целью?

- Кого бояться-то? – опять заныл молодой, которому, видимо, совсем не улыбалось тащить на плече тушу, пусть даже и с кем-то вдвоём. – Лорда нет в замке, там только его жена и несколько слуг.

- О как! – обрадовался мужик со шрамом. – Может, она скучает? Я не против её навестить, - заржал он, демонстрируя крупные жёлтые зубы.

Бородатый насмешливо заметил:

- Попробуй. А потом навестишь висельницу – сдаётся мне, одноногая красотка давно тебя ждёт.

После таких слов у всей компании явно испортилось настроение. По приказу бородатого молодой и со шрамом подхватили на плечи самодельную переноску и пошли в глубину леса. Молодой зацепился за сук полой, куртка затрещала. Парень, психуя, дёрнулся со всей силы и почти порвал одежду на две части. Под курткой у него оказалась рубаха с широким, зелёным с коричневым, воротником.

Шершавая ладонь Ханса легла на мои губы, закрывая мне рот. Второй рукой слуга крепко прижал меня к себе. Поражённая его действиями, я даже не пыталась сопротивляться.

Когда мужики скрылись в лесу, Ханс повалился мне в ноги:

- Простите! Простите, ваша светлость! Не мог я быстро придумать, что делать, вот и закрыл вам рот. Стоило вам закричать – пропали бы вы, ваша светлость. Недобрые это люди, не зря они про висельницу заговорили, её одноногой красоткой называют. Грабители, наверное, и бандиты.

- Ханс, почему ты решил, что я буду кричать?

- Как же! Одно дело – чужаки в лесу, а другое – свои.

- Какие они мне свои? – возмутилась я. – С чего ты взял?

Ханс поднял голову, увидел мои ноги, торчащие из-под укороченного подола, покраснел до корней волос и рухнул лицом в пожухлую траву.

Подумаешь, какие все нежные! Я поправила подол, спрятала волосы под шаль, которую завязала на голове в виде чалмы – красиво и удобно. Волосы не выбиваются, не цепляются за ветки.

- Хааанс, - тихо напомнила я о себе.

Слуга поднял голову, убедился, что выгляжу я вполне пристойно и облегчённо вздохнул.

- Простите, ваша светлость. Только ведь у того, кто куртку порвал – цвета вашего дома.

- Что-что? – уточнила я.

Многого я ещё не знаю, как выяснилось.

Каждый род имел свой родовой герб и свои родовые цвета. В зависимости от знатности их могло быть много или мало. Один цвет – бордо, был только у короля. Остальные носили два, три и более цветов. Мой род, древний и знатный, имел два – зелёный и коричневый. Им украшали воротники, манжеты, могли привязать две цветных ленты на копьё или вплести в конскую гриву.