Жена из дома утех для генерала дракона

Глава 3. Дракон

— Папа, ты несерьезно? — прошептал сын, его голос дрожал, а в глазах читалось недоверие и страх.

— Хорошо. Я прикажу принести тазик с водой и тряпку. Будешь отмывать репутацию девушки и семьи, чтобы к утру сияла, — произнес я, глядя сыну прямо в глаза. Мои брови нахмурились, а взгляд стал суровым и непреклонным. — Сможешь?

Вальтерн поднял голову, его лицо побледнело, а губы задрожали. Он хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Вместо этого он лишь тихо выдохнул и опустил взгляд.

— Вот то-то же, — бросил я.

— Папа! Но должен же быть другой способ? — бросился за мной Вальтерн, не давая сделать и шагу. — Не может такого быть, чтобы другого выхода не было. Я не хочу на ней жениться…

— Хорошо, сынок. Цепляй на себя юбку и чепец, учись вязать и езжай распространять слухи среди матрон, что статья — ложь и клевета. Что это было сделано нарочно, чтобы очернить честь такого хорошего жениха и не допустить помолвки. Только учти: если я вдруг увижу тебя в юбке, задушу голыми руками. Поэтому в таком виде на глаза не попадайся! — резко бросил я.

— Ты издеваешься, — замотал головой Вальтерн. — Должен же быть другой способ.

Он замер, шумно вздохнул, пряча лицо в руках, и простонал.

— Карета готова! — произнес дворецкий, глядя на остатки банкета.

Я развернулся и направился к двери.

— Отец, постой! — услышал я крик Вальтерна, его голос был полон мольбы. Он бросился ко мне, хватая меня за рукав. — Ты ведь не серьезно? Ты понимаешь, что я не могу жениться на… на девушке из дома утех!

Я остановился. Медленно повернул голову, посмотрел на взъерошенные темные волосы сына и заглянул в его глаза. Внутри я уже все решил.

— Можешь, — тихо сказал я, мой голос был полон холодной решимости. — Все ты можешь. Ты просто не хочешь.

Я снова отвернулся, не желая больше смотреть на его страдания. Внутри меня бушевала буря эмоций, но я знал, что должен быть тверд. Я был герцогом, и моя честь была превыше всего.

Я был зол. Как так вышло? Где допустил ошибку? Что сделал не так? Смотрел на сына, стиснувшего зубы от боли, и качал головой.

— Да, но что подумают о нашей семье? — услышал я голос Вальтерна, его голос дрожал, но в нем все еще звучала надежда. — Невеста из дома утех… Герцогиню Моравию заказывали на ночь!

Я почувствовал, как внутри меня поднимается волна ярости. Как он смеет говорить мне об этом? Как он смеет сомневаться в моих решениях? Я повернулся к нему, чувствуя, как мой голос становится ледяным.

— Хуже, чем сейчас думает вся столица, не подумают, — сказал я, кивая своим мыслям. — И ты женишься на ней. Это не обсуждается.

Я чувствовал себя чудовищем. Но кто дал ему право вести себя столь безрассудно? Кто дал ему право забывать о чести мундира? Кто дал ему право разрушать жизни других людей?

— Пап, ну зачем так? Ты женился на маме без любви. Поэтому она состарилась и умерла! Я не хочу без любви! Люблю Анну-Шарлотту, — испуганно произнес сын, умоляюще глядя на меня. — Ты можешь поехать завтра и поговорить с ее родителями…

— Мне плевать, кого любишь, — сказал я, чувствуя, как мои слова звучат жестоко и безжалостно. — За свои поступки мужчина должен отвечать. Ты женишься на Эмме. И точка. Или думаешь, разрушив жизнь одной, сумеешь построить счастье с другой? Из-за тебя она оказалась в доме утех. Не самое подходящее место для леди! Твоя обязанность — вернуть девочке честное имя.

— Отец! — услышал я голос, полный отчаяния. Но выдохнул и закрыл за собой дверь, отрезая все возражения.

Пару секунд стоял с закрытыми глазами, пытаясь успокоиться, а потом направился к карете.