Жена из дома утех для генерала дракона

Глава 7

Я посмотрела на него с надеждой, которая, казалось, могла растопить даже самый холодный камень. Его взгляд, суровый и безжалостный, вдруг смягчился, как будто луч солнца пробился сквозь густые тучи отчаяния. Он медленно осмотрел моё платье, словно пытаясь разглядеть что-то скрытое под ним. Его глаза, холодные и отчуждённые, теперь излучали нечто похожее на жалость — странную, почти болезненную жалость, от которой хотелось одновременно и плакать, и смеяться.

— О, господин генерал! Она вам недёшево встанет! — заметила мамаша, её голос звучал, как звон золотых монет. — Понимаете ли, её отец понаделал долгов. И один из кредиторов сдал её сюда, чтобы она отрабатывала. Поэтому она будет стоить десять тысяч лорноров. Понимаю, сумма большая. Но не для вас, полагаю?

Незнакомец едва заметно кивнул, его лицо оставалось непроницаемым, но в этом кивке было что-то, что заставило меня почувствовать странное облегчение. Неужели? Неужели я всё-таки покину это место? Мысль об этом была такой яркой и такой желанной, что я едва не задохнулась от радости.

Я отвернулась, слыша, как он что-то подписывает за моей спиной. Сердце гулко колотилось в груди, а я пыталась взять себя в руки, чтобы не выдать своей радости. Это место, этот ужас, который я пережила здесь, всё ещё давило на меня, как тяжёлый камень.

— Вот чек, — произнёс незнакомец, протягивая мамаше тонкую бумажку. Его голос был низким и уверенным, но в нём слышалась какая-то скрытая усталость.

Мамаша, услышав сумму, расплылась в любезной улыбке, которая больше напоминала оскал. Её глаза блеснули, как у хищника, поймавшего добычу. Она посмотрела на меня и усмехнулась, словно наслаждаясь моей беспомощностью.

— Ну что ж! С этого момента она ваша! Поздравляю вас с покупкой, — сказала она, пряча чек в карман своего пышного платья.

— Только учтите, — добавила она, понизив голос. — Девчонка с характером. Должна вас предупредить, она всегда находила предлог, чтобы не работать. Сумасбродная, капризная, как кошка. Но если вы сможете её приручить, она будет вам верна, как собака.

— Скажите, у неё уже были клиенты? — внезапно спросил незнакомец, его голос прозвучал холодно и отстранённо.

— Ни одного, — усмехнулась мамаша, её глаза сверкнули злобой. — Сначала она закатывала истерики, потом изображала сумасшедшую, потом притворилась овощем. А когда дело дошло до крайности, начала рассказывать про какую-то болезнь, которой не существует. Она мне половину клиентов распугала, но вы... Вы сможете справиться. Ну что ж... Вы можете делать с ней всё, что хотите. Даже если завтра её найдут мёртвой в канаве, я ничего не скажу властям. Мы дорожим репутацией заведения и нашими клиентами. Надеюсь увидеть вас снова, господин генерал!

Я стояла, оглушённая её словами, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Это место, это заведение, которое казалось мне тюрьмой, теперь становилось ещё страшнее. Я понимала, что меня ждёт, и от этого страх сжимал моё сердце.

— Пойдём, — послышался его голос, мягкий, но в то же время властный. Он снял свой мундир и накинул его на мои плечи, словно пытаясь защитить меня от этого мира.

Он снял мундир и набросил его на мои оголённые плечи. Я с тревогой и испугом посмотрела в его глаза.

Я с тревогой посмотрела в его глаза, пытаясь понять, что он за человек. Его лицо было скрыто под тенью, но в его взгляде было что-то, что заставляло меня верить ему. Словно он был единственным островком света в этом тёмном море.

— Ну что ж, дорогуша! — послышался голос мамаши, её голос звучал с приторной любезностью. — Тебе повезло! Но помни, когда тебя бросят, мои двери всегда открыты. Если только ты будешь работать.

Словно шепча: «Не слушай её», рука незнакомца мягко коснулась меня, увлекая в сторону дверей.

А я почувствовала, как что-то внутри меня отозвалось в ответ на эту ласку. Словно котёнок, я тянулась к любой ласке, любому сочувствию, но в то же время понимала, что должна держать себя в руках.

Он мягко коснулся меня рукой, и я почувствовала, как что-то внутри меня сжимается от нежности. Его прикосновение было таким лёгким, но в то же время таким сильным, что я почувствовала, как мои страхи начинают отступать.

«Думаешь что? Тебя купили просто покатать в карете? Ты не уссурийский тигр, чтобы тебя выпустили на волю в дикую природу!» — пронеслось в голове.

Я понимала, для чего меня купили, и внутри всё сжалось.

«Тише. Быть любовницей — это ещё не так плохо. Нет, конечно, это плохо, но не настолько, как быть падшей женщиной!»

Выходя на улицу, я ощущала, как холодный дождь бьёт по моей коже, словно пытаясь смыть с меня грязь этого места. Я чувствовала, как он проникает в каждую клеточку моего тела, очищая меня от всего, что я пережила здесь. Но я знала, что никакой дождь не сможет смыть с лица земли это ужасное заведение, которое оставило на мне свой след.

Я осторожно осмотрелась, видя, как нас ведут к роскошной чёрной карете, притаившейся в тени деревьев. Её блеск в полумраке казался зловещим, но в то же время манящим. Я не знала, что ждёт меня впереди, но в этот момент я была готова на всё, лишь бы покинуть это место.

К чему такая конспирация? Неужели моё тело и правда найдут в какой-нибудь канаве? Ком нервной тошноты подступил к горлу, но я старалась не показывать своего страха.