Жена из прошлого. Спи крепко, любимый...

Глава 8

Герберт

Гриша напоследок обернулся на особняк, который со стороны дороги ловко прикидывался деревенским домишкой. Даже покатая крыша из шифера и та выглядела точь-в-точь как на прочих домах. Не зная, ни за что не догадаешься, что под ней скрыто. Парня передернуло, он до сих пор не мог понять, каким чудом выбрался из этого дома, вышел живым от этих жутковатых людей. Плохо, что девушка осталась с ними и её даже расспросить толком не удалось.

Люция стояла перед калиткой бледная, невероятно красивая. Сразу за ней, будто надсмотрщик, притулился к забору Сергей. Высокий, крепкий мужик, сейчас видно, как под его безразмерным джемпером обозначилась кобура. Люция затравленно озиралась по сторонам, словно искала что-то или кого-то. На миг она встретилась взглядом с Гришей, и он заметил в ее медовых глазах невыносимую боль. Его аж самого пробрало дрожью.
Стало вдруг ясно, что девушку здесь держат не силой, а чем-то другим, гораздо серьёзней. За себя она бы так не боялась.

Вдруг поднялся ветер, красотка вздрогнула всем своим телом, Сергей тут же взял ее под остренький локоток и повел в дом. Та даже сопротивляться не стала. Гриша замер посередине дороги. Вернуться? Помочь? Но чем он сможет помочь? Тем более силой девушку точно никто не держит. Иначе бы она могла бросится вон, кричать. Кто-нибудь наверняка бы помог. Хотя, вряд ли.

Парень увидел, как Паул сел в машину и сразу тронулся в путь, повернул на Смоленск по старой дороге. Интересно, как он будет пробираться мимо Гришиной машины? Там не разъехаться толком в такую непролазную грязь. Дождь размыл весь мир за прошедшую ночь, в особенности досталось лесной дороге. И почему деревенские не хотят закатать ее в асфальт? Странные люди.

Гриша еще немного помедлил. Нет, сразу действовать нельзя. Для начала нужно подумать как следует, узнать хоть что-нибудь о Пауле. Может, в коттеджном поселке кто-нибудь что-то и расскажет. А вечером он сюда обязательно вернется, его же пригласили к ужину. Так почему бы и не прийти? Главное, чтоб не прибили. Может, стоит для начала скататься в Смоленск? Приобрести себе хоть нож на пояс, все-таки будет чем отбиться от Сергея случись что. Парень испытывал непреодолимую тягу к блеску хорошо отточенной стали. Клинки, ножи, сабли - все это неизменно привлекало его. Сам себе он этой страсти объяснить не мог.

- Черт с вами, прокачусь в Смоленск и вернусь к ужину, - решил он.

Парень шел деревенской дорогой, под ботинками хлюпала грязь, до краев полные лужи пытались отразить всю прелесть деревенских домишек: частоколы низких заборов, шторы до середины невысоких окон. У обочины привязана к колышку молодая кобыла, хлопает губами, выискивает вкусную травку. Гриша остановился, ему внезапно до одури захотелось подойти ближе, провести по холке рукой, похлопать по шее широкой ладонью, будто бы он тысячу раз уже это проделывал.

Парень даже сделал к лошади шаг, та подняла голову, потрясла гривой, притопнула ногой, отгоняя от вкусной травы незнакомца. Того гляди нападет, ударит копытом, вцепится зубами в живот. Злобная лошадь, с характером. Перекинуть бы ногу сейчас через ее спину, сжать бока посильней, скакать вперед, чтоб мимо проносились деревья, и с налета вступить в битву. Ощутить хмельную радость войны, выпить ее полным глотком, почуять на губах солоноватый вкус победы – вкус вражьей крови. Но вот шелохнулась на окне занавеска. Почти сразу из дому вышел на крыльцо деревенский мужик.

- Чьих будешь? - обратился он к Грише без всякого приветствия и сощурился, будто бы пытался узнать.

- Что?

- К кому приехал, песий сын, я говорю?

- Ни к кому, ставлю на домах систему охраны тут неподалеку, в новом коттеджном поселке.

- А здесь что забыл? Пришел за молоком, яйцами, творогом, так у меня нет.

- Красивая...

- Бесполезная, а жрёт много. Дюжину рулонов сена изволь на зиму накосить, а это четыре тонны.

- Овес нынче дорог? - хмыкнул Гриша.

- Дешевле, чем сено. Так к кому приходил?

- Паул меня в гости пригласил. Знаете такого? - брови мужика взлетели вверх.

- Ну, если Паул, тогда дело другое, - мужчина перевел взгляд на особняк, задумчиво поскреб подбородок.

- И Люцию, - продолжил Гриша. Он хотел расспросить местных об их странном соседе, но мужчина повёл себя странно. Он подскочил, опрометью бросился в дом.

- Ганселька, ставь тесто на пироги! Коврижку пеки. Она здесь. А с ней… - мужик обернулся, с невероятной надеждой всмотрелся в лицо Гриши, - Ты же Герберт?

- Нет, меня Гриша зовут.

- А Люцию откуда знаешь?

- Подвез её.

- Ну вот и ступай, не мешай людям. Пошёл вон, говорю! - мужчина бросился к дому, пробурчал себе под нос, - Может, Люция хоть с лошадью что-то подсобит сделать... Невозможно ж терпеть! Сил нет никаких.

Гриша задумался на секунду, но испытывать судьбу не рискнул. Кто знает, что творится в головах у местных? Люцию, выходит, здесь знают и ждут? Хотят пригласить к лошади? Может, она по профессии ветеринар? Тогда ее отношение к собаке становится ясным. Наверное, сама может вылечить, вот и не стала настаивать на том, чтобы пса везли обратно в клинику.

На душе у Гриши было не сказать, чтоб спокойно. Он взял в руки телефон, попытался загрузить окно поиска. Бесполезно! Связи нет! Парень поднял голову вверх и только теперь заметил провода, все они были увешаны яркими белыми лентами. Кто это сделал, зачем? Остается только догадываться. Может, здесь пролетают какие-то краснокнижные птицы? Ленты развесили, чтоб они не путались в проводах? Третий дом от Паула напоминал по строению амбар, он был явно заброшен. Каменный первый этаж, верх деревянный. Ворота заперты на засов. Что-то знакомое мелькнуло в этих воротах, будто оттенок смутного воспоминания. Гриша был абсолютно уверен, что он раньше заходил в это здание. И точно не раз. Может быть, даже ночевал в нем? Подойти бы поближе, заглянуть внутрь.

Парень мечтал встретиться со своим прошлым, вспомнить о себе хоть что-то. Он уже ступил на заросшую тропинку, которая вела к амбару. Но тут отворилась калитка, наружу выглянула женщина невысокого роста. Поверх головы чепец, юбка длинная в пол, чуть не монашка.