Жена из трущоб, или Наследство в придачу

Глава 4

Тем временем в доме Каэля Форстерса…

— Господин Форстерс, я старательно и с максимальным усердием сделал все, как вы велели, — лебезил перед Каэлем распорядитель в своей привычной манере. — Я абсолютно и без тени сомнения уверен, что ваш племянник ни при каких обстоятельствах не успеет ничего сделать в этом деле.

— В наше время, в эпоху неопределенности и нестабильности, нельзя быть ни в чем уверенным на сто процентов, тем более, когда речь идёт о таких значительных и крупных суммах. Нужно все держать под тщательным контролем и вниманием. Я слышал, что у Динэна роман с Элорой Бейтервуд. Что, если она, в самый неподходящий момент, согласится на поспешный брак с ним?

— Не стоит беспокоиться, — все так же слащаво, как будто в этом была его профессиональная обязанность, пропел Морзайс, стараясь унять напряжение. — Мисс Бейтервуд не из тех барышень, кто согласится на брак с нищим, пусть даже и с таким обольстительным, как ваш племянник. А на сегодняшний момент ваш племянник уже признан банкротом.

— Но кто ему мешает рассказать о своих истинных намерениях? — недовольно бросил Каэль, явно недолюбливающий столь самоуверенного племянника.

— Он не из тех, кто, увы, будет признавать столь постыдный для себя факт, чтобы не подвергать себя позору. Брак из-за денег ниже его достоинства, — ответил распорядитель, пытаясь аргументировать свою позицию.

— Всё же я предпочитаю все проконтролировать и тщательно организовать.

— Вы что-то придумали, господин Форстерс? — глаза распорядителя, как будто полные жадности и надежды, алчно блеснули, ведь он надеялся, что и ему перепадет приличный куш от наследия графа Мортера Форстерса.

— Не суй свой нос куда не надо! Твоё дело — управление фондом, — жёстко произнёс Каэль, — а решения здесь принимаю я. Ты лишь исполнитель, и не забывай об этом! — повысил голос Каэль, ставя на место чересчур любопытного Фабиуса.

Морзайс с трудом сдержал рвущееся наружу недовольство, прекрасно понимая, что при желании хозяин раздавит его как мелкую букашку, оставив от Фабиуса лишь мокрое место.

Входная дверь с грохотом ударилась об косяк, и в комнате тут же появился сын хозяина, словно буря, готовая разразиться в любой момент.

— Где ты шлялся, Николас? — отрывисто и грубо спросил Каэль, мгновенно накидываясь на него.

— Тебе-то какое дело? — не менее резко ответил тот отцу, вызвав целую бурю его негодования. — Я уже давно не ребенок, чтобы отчитываться перед тобой за каждый шаг и поступок.

— Пока ты живешь в моём доме, будешь отчитываться! Иначе можешь убираться отсюда вон! — он, казалось, пронзил сына своим суровым взглядом.

От накала эмоций Морзайс сжался, буквально втянув голову в плечи. От этого он, казалось, даже уменьшился в росте, как будто становился невидимым на фоне накалившейся обстановки.

— Это и мой дом тоже, — хмыкнул Николас, проходя на кухню, где целый океан недовольства уже разрастался.

Отец, не намереваясь сдаваться, направился вслед за ним. На ходу бросив Фабиусу:

— Свободен! Увидимся завтра в фонде, — он хотел завершить этот разговор.

Распорядитель попятился к двери, в то время как на кухне нарастал скандал, как ураган, готовый обрушиться.

— Я не для того тебя вытащил раньше окончания срока, чтобы ты в очередной раз нашел повод угодить за решетку, — с яростью вскрикнул Каэль, не унимаясь.

— Я сам разберусь, что мне делать. Не лезь в мои дела и не будь таким навязчивым! — внезапно, словно огонь, ответил Николас, чувствуя давление родительской строгости.

— Где ты был? — не унимался Каэль, словно этот вопрос был единственным, что его волновало. — Только не говори, что ходил в дом Динэна.

— Даже если так, то что? — с поджатым настроением угрюмо ответил Николас, его самоуверенность начала постепенно отступать.

— Не смей там появляться! — рявкнул отец, его голос напоминал гром среди ясного неба. — Я запрещаю тебе!

— Я и так долго ждал, пока был в заключении. Динэн многое мне задолжал. Пока я терпел лишения, он жил, ни в чем себе не отказывая, как король на троне. Теперь и наследство старика плывет ему в руки, как река. Я не позволю ему завладеть ещё и «Глазом дракона», эта ситуация должна измениться.

— Что?! — взревел Каэль, теряя терпение. — Так ты решил выкрасть артефакт? Где он, черт побери?!

— Не знаю, — недовольно буркнул Николас, его уверенность начала немного шататься. — Я не успел его найти. Но ничего, я вернусь туда ещё раз.

— Нет! — отрезал отец, его голос стал неожиданно твердым. — Скоро камень и так будет у нас, — наконец он сбавил тон и расплылся в довольной улыбке, словно план уже сработал.

— О чем ты, отец? — спросил Николас с явным недоумением.

— Я же говорил тебе сидеть тихо и не высовываться. Дождался бы спокойно и все бы узнал. А теперь собирайся. Мы едем в поместье Бейтервуд.

— Что я забыл у этих заносчивых снобов, на что мне туда ехать? — с явной досадой произнёс молодой мужчина, осознавая, что все складывается не в его пользу.

— Жениться будешь! — ухмыльнулся Каэль, выходя с кухни и не обращая внимания на протест сына.

— Ты не понимаешь, — накинулся он на отца, — я не готов играть в твою игру. У меня есть свои планы.

— Какие планы? — Каэль остановился на месте, одна бровь поднята с осуждением. — Ты ведь уже успел нажить себе проблемы. Хочешь снова оказаться в тюрьме?

Николас помотал головой и скрестил руки на груди. Его злость переросла в чувство безысходности. Внутри боролись две противоречащие силы — жажда к свободе и осознание, что он не может уйти от своего отца. Всё-таки именно Каэль Форстерс в данный момент был для сына единственным источником дохода. Работать Николас не привык, а вот красиво жить… Именно это и играло против него. Отец четко знал, как надавить на сына.

— У Элоры есть наследство. Она может стать твоей путеводной звездой, — произнёс Каэль, приободряя своего нерадивого отпрыска. — Умей использовать то, что подносит тебе судьба, — поучительно добавил он.