Жена морского чудовища

Глава 1. Часть 3

Я вздрогнула и с шумом выпустила воздух.

— Ни о чем.

На полу аккуратными кучками лежали камни, я со злостью перемешала их руками и стала пересчитывать находки заново.

Яшма, агат, бирюза, лазурит… На мгновение замешкалась. Постой-ка.

— А где лазурит?

— Такой голубой? — задумчиво уточнила морская.

— Нет! — я выдохнула с раздражением, стараясь не злиться. — Темно-синий!

Крена что-то неразборчиво промычала.

— Это голубой, — я показала на аквамарин, — а тот, что я ищу, темно-синий!

Повторила вновь.

Крена не понимала меня, отчего я грустно скривилась.

О, Светлая Матерь, как же мне…

— Ты еще говорила, — меня осенило, — у меня глаза, — я показывала пальцем на свое лицо, — такого же цвета!

По комнате просвистело понимающее мычание.

— Бирюза!

Я всплеснула руками и схватилась за голову.

— Будем считать, что ты его не видела.

В комнате пахло мёдом, воском и травами. Свечи играли яркими огоньками, отбрасывая тени, будто представление на спектакле. Было тепло и спокойно. Даже небо будто присоединилось к нам, перестало хмуриться, разгладило морщины-тучи и открыло нам свой маленький секрет — свет полной луны. Крена права — вечер действительно особенный.

— Принеси ракушку, которую мы нашли пару дней назад, — попросила Крена, разглядывая из окна ночное небо.

— Красную в чёрную полоску?

Крена кивнула.

Я порылась в мешочке и отыскала её. Ракушка приятно холодила пальцы, в отличие от необработанных камней, она была гладкой и блестящей. Я крутила её в руках, рассматривая, а она переливалась в свете очага и свечей.

— Помнишь легенду о девах, чьим домом была лишь суша?

— Не помню, — протянула я, зевая, и передала ракушку Крене.

Глаза слипались, тело клонило в сон. Я завалилась на шкуры и стала рассматривать потолок.

— Что-то про проклятых богов, что-то про дев, что-то про сушу…

Крена зевнула и начала свой рассказ:

— Давным-давно, тысячи лет назад, их называли раковинами Ромори. В полнолуние, птица, девы выходили в море и собирали эти раковины. Это символ плодородия, чистоты, богатства, верности одному лишь богу-дракону. Поговаривают, что они своей формой и цветом воплощают божью часть. А люди просты, они всегда хотели быть ближе к божествам, взять от них хоть крупицу.

Я поморщилась от ее слов. Хотелось зажмуриться, закрыть уши руками.

— Вода же ледяная! — возмутилась я.

Крена крутила раковину в руках. Та переливалась на свету, становилась пламенной.

— Думаешь, окунались и бежали с криками обратно? — Крена тоже зевнула, прикрывая ладонью широко открытый рот. — Не боялись они ни холода, ни глубины. Вода была им домом.

— Будто русалки… — по коже пробежал мороз. Даже представить то было сложно, что такое возможно. Что-то жуткое чудилось мне в ее словах и холодило изнутри.

Крена молчала.

— Ну и что же случилось с девами?

— По легенде король отобрал у них хвосты, и они могли только ходить по земле. Сегодня бы девы праздновали день полуночного купания.

— Все-таки русалки?

Крена кивнула.

— За что же король так с ними поступил?

Крена вновь молчала, а я не могла понять, почему ей так сложно дается этот рассказ.

— У всего есть причина и у него наверняка была?

Я затаилась. Вопреки сонливости ждала ответа, смотрела во все глаза.

Крена уже открыла было рот… За дверью вновь послышался скрежет. Резкий, будто кто-то провел по деревянной двери когтем. Я вздрогнула. В горле комом встал страх.

— Не бойся птица, замок старый, это ветер гуляет. Видишь вон там?

Я еще мгновение гипнотизировала дверь. В тенях мне уже чудились темные пальцы. А если там темное чудище?

— Книга в бурой обложке. — настаивала морская.

В тусклом свете все книги выглядели одинаково. Я нехотя поднялась, подошла к шкафу. Провела пальцем по синим, бордовым, зеленым переплетам…

— Эта? — остановилась я на светло-коричневом.

Принцесса заворочалась.

— Не заставляй меня вставать, птица! — пробурчала она. — Левее. Да, да, она!

Я достала книгу в болотной обложке и, усмехнувшись, не стала спорить. Тоже мне бурая.

Внутри были картинки: рыбы, змеи, тигры, много разных животных.

— Это же сказки, — разочарованно протянула я.

Она чем-то далёким походила на книги о магии, которые я читала в отчем доме. То ли скрипом страниц, то ли пожелтевшими разводами по краям. От неё исходил запах старости, да такой глубокий, будто она сейчас рассыпется в моих руках. Жаль, в Синей Птице я не нашла такой. Она бы точно поведала о легендах морского народа и его традициях.