Жена на час: вампиров просьба не беспокоить!

Глава 14.

Все мое утро было посвящено борьбе с похмельем и нашей гостье. «Чтоб я еще хоть раз выпила столько – да никогда больше!» – клялась я сама себе, пока Елена несла мне шипучий алхимический эликсир от головной боли вместо холодненького рассола. Потягивая эликсир, я наблюдала увлекательнейшее реалити-шоу в волшебном зеркале, заменившем мне телевизор: Алла, явно также как и я страдающая от похмелья, утром развила бурную деятельность и настойчиво пыталась полунамеками выспросить у слуг, есть ли в замке заколдованный принц, и где его можно найти. Мне не хватало только снеков в дополнение к шипучему напитку. А когда я услышала знакомый всем выросшим на советской классике кинематографа вопрос «А как пройти в библиотеку?», – чуть от смеха не поперхнулась волшебным снадобьем. К счастью, слуги были уже на опыте и отправляли со всеми подобными вопросами к Хозяйке дома, то есть обратно ко мне.

Так я и поняла, что пора переходить к активной фазе выпроваживания, иначе ей может понравиться спать на мягкой перине, вкусно кушать и совершенно не захочется возвращаться с этого внезапного курорта обратно к своим проблемам.

Я поднялась к ней на этаж и вновь отвела в гостиную, где уже накрыли стол для завтрака.

– Уже решила собаку какой породы заведешь, когда выгонишь своего козла? – намазывая маслом тост, я решила с места в карьер сразу направить беседу в нужное мне русло.

– Я как-то не думала еще... – начала мямлить Алла, – мне кажется, я еще не совсем готова…

– Милая, к жизненным поворотам невозможно придти подготовленной, в таких ситуациях, как у тебя, нужно просто брать и делать, иначе можешь упустить момент, – мягко возразила я, изображая из себя умудренного житейским опытом коуча по выходу из кризисных ситуаций.

– А может моя судьба – остаться в этом мире? Я читала в книжках про подобное, – неуверенно завела она старую песню о главном. Меня аж перекосило.

– Ну, давай представим перспективы. У тебя нет денег, нет документов. Ты по сути бомж в этом мире… Наш Дом, конечно, славится гостеприимством, но ты же не можешь бесконечно этим пользоваться, ты же приличный, хороший человек? А значит, рано или поздно тебе придется придумать, как найти себе собственную крышу над головой, и вот мы возвращаемся к вопросу отсутствия у тебя денег и документов – перечислила я ей очевидные, но неприглядные факты, которые она так упорно старалась не замечать.

– Может быть, я могла бы устроиться к Вам работать? Или может быть Вы бы могли мне помочь освоиться в этом мире? – она посмотрела на меня грустными глазами побитого щеночка, но меня подобными жалостливыми взглядами не проймешь.

«Вот уже даже не смешно! Как удобно она придумала – попытаться переложить решение собственных проблем на первого же встречного! Хорошо, что это именно я оказалась этим самым первым встречным! Александр из вежливости наверняка бы ей тут курортный пансион устроил с экскурсиями и развлечениями…», – мысленно закипала я.

– Ты говорила, что училась в институте, какая специальность у тебя? Диплом-то получила? – деловито уточнила я, как будто допускала возможность ее трудоустройства.

– Я на четвертом курсе… будущий педагог истории, – прошептала она.

– То есть прямо сейчас ты – барышня не только без денег и документов, но и без образования, как выяснилось. Находясь здесь, ты не оформишь академический отпуск в своем институте, а значит, тебя отчислят за неуспеваемость. Четыре года прилежной учебы полетят псу под хвост, – я продолжала ломать ее розовые очки, – и останешься ты без диплома. Да здесь история твоего мира не интересна никому. Этот мир прошел собственный исторический путь, как ты могла бы догадаться, – «если бы была хоть немного умнее инфузории-туфельки», – мысленно добавила я и продолжила, глядя ей в глаза уже вслух, – ты хочешь всю жизнь провести, намывая полы в чужом Доме?

– Нет, – ее глаза наполнились слезами. В очередной раз. Опять.

Я закатила мысленно глаза, и попросила у высших сил терпения авансом, напомнив себе, что это моя работа, что мне за нее платят… Много платят… Стало немного полегче, и я продолжила:

– Или может быть, ты хочешь стать как твоя Ленка и попытаешься залезть в постель к моему мужу, потому что решила, что он тот самый принц из кем-то придуманной сказки? – ледяным тоном спросила я, сверля ее взглядом. Мысленно же я представляла, как сворачиваю голову этой наглой курице.

– Я бы не посмела, – но глаза отвела. Вот же!

– Я вижу перед собой хорошего человека, попавшего в сложную жизненную ситуацию, – жестко продолжила я сгущать краски, – который не станет предавать оказанное доверие тех, кто пустил этого человека на порог, и предоставил ночлег и еду. Не стоит принимать доброту и гостеприимство за слабость. Надеюсь, я не ошиблась в тебе, м?

– Нет, нет, я не это имела в виду, я не хотела, – замахала она руками. Алле на секунду показалось, что голубые глаза этой доброй хозяйки, утешавшей ее весь вечер, превратилась в лед, и даже воздух вокруг как будто стал прохладнее.

– Хорошо. Тогда скажи мне, чем еще я могу тебе помочь? – смягчила я свой голос, продолжая пристально на нее смотреть.

– Я не знаю… Я понимаю, что надо возвращаться, что надо будет что-то делать, но как представлю, что мне придется с ним общаться… – слезы безостановочно вновь покатились из ее глаз, а у меня начался нервный тик.

Мой диалог с Аллой, призванный быть мотивационным, но оказавшийся бессмысленным, повторился по кругу еще пару раз, приводя меня в бешенство все больше и больше. Она уже просекла, что здесь можно жить на халяву, и однозначно не хотела проваливать. Как я ни распиналась, она то плакала, то с лицом побитой сиротки неискренне соглашалась с моими доводами, и при этом совершенно не двигалась с места.