Жена по договору. Наследник для генерала

Глава 6

Мать приветствует гостей и приглашает в дом, а я сильнее сжимаю ладонь Лаорайна, стараясь не пялиться на того, кто предназначен мне в мужья.

Ждём, пока троица пройдёт мимо и замыкаем шествие, размещаясь в гостиной, где уже подготовлен сервиз для распития чая, а я не могу оторвать взгляда от любимой чашки моего брата, которая по злому року оказывается рядом с Мариусом. И пусть для остальных они одинаковые, но я точно знаю, что треугольник здесь темнее, чем на остальной посуде, как знал это и Анхель, каждый раз разыскивая именно эту чашку.

Тяжёлые портьеры распахнуты, впуская свет, два дивана друг напротив друга и кресло, где любил сидеть отец, а теперь разместился Дайрен, считая его своим местом по праву. Теперь он - глава рода, человек, что станет защищать нас. Только по мне, лучше бы он обзавёлся семьёй, потому что ему уже давно пора, сорок три, как-никак.

Садимся так, что я оказываюсь посередине, слева мать, справа Лаорайн. Не покидает чувство, что я – товар, который сейчас оценивают три пары глаз, но в отличие от мужчин, мать Мариуса мне зачем-то улыбается. Будь мы в другой обстановке, восприняла бы её улыбку как доброжелательную, но сейчас я не верю никому.

- Много времени у нас нет, - начинает Ауримант, - так что сразу перейдём к делу.

- Отлично, - не выдерживает Дайрен. – Тогда расскажите нам, за что ваш сын убил нашего брата?

- Он не убивал, - ласковый женский голос, и рука Ивэльды касается сыновьего плеча. – Было расследование…

- Знаем, как велось это расследование, - не соглашается брат.

- Мы не будем касаться прошлого, - холодно замечает Эйлин, смотря на Дайрена. - Оно уже заплачено кровью.

- Нашей кровью, мама, ты хотела сказать!

- Прошлое всё равно здесь, - отзывается Ауримант, поднимая чашку. - Но я согласен. Сейчас важнее будущее.

Он не обеляет сына, как молчит и сам генерал, словно его это совершенно не трогает. Его взгляд скользит по комнате, но больше скучающий, чем интересующийся, а я пытаюсь угадать, смотря на него, что за чудовище скрывается под красивой маской, потому что, как бы я не желала видеть лишь плохое касательно его, внешность у генерала привлекательная.

- Мы заключим договор сроком на год, по которому Мариус берёт в жёны вашу дочь, продолжает Ауримант.

Год? Сердце тревожно бьётся в груди. Это не так уж и много по сравнению с целой жизнью. Но не так уж и мало, когда стану считать каждую минуту. Но что будет со мной через год? Не вдова, а разведённая женщина?

Конечно, подобные случаи встречались в Акрионе, взять хотя бы мою мать, которая была до встречи с моим отцом замужем за негодяем. Но там совсем друга история, и она смогла найти мужчину, который был предан ей до последнего вздоха. Я же должна исполнить роль временной жены до момента рождения сына. А если первой будет девочка?

- Я бы хотела, чтобы моя дочь осталась здесь, - торгуется Эйлин.

- Исключено, - Ауримант откидывается на диване, забрасывая одну ногу на другую. – Больше мы вам детей не доверим, - режет воздух словами, а Ивэльда накрывает его руку своей, останавливая.

- Детей? – не понимает мать, хмуря брови.

- Да она вашему сыну жизнь спасла, - не сдерживаюсь, подскакивая с места, но мать тут же усаживает меня обратно.

- И мы очень благодарны ей, - в словах Ивэльды звучит искренность, а вот Ауримант отчего-то кривится, будто она лжёт.

- Это не обсуждает! Девчонка поедет с нами и точка!

- Анника, - говорит ледяным тоном моя мать. – Её зовут Анника, и я требую уважения к моей дочери, иначе о договоре не может быть и речи!

- Конечно, Эйлин, мы позаботимся о ней, как о собственной дочери, - старается Ивэльда развести грозовые тучи, что собрались над нашими головами.

- Позаботится она, - Ауримант выдёргивает ладонь из её кисти, складывая руки на груди. Он зол, и я не понимаю истинной причины. Лишь то, что он ещё хуже своего сына, который упорно молчит, изредка стреляя в меня глазами, отчего мои щёки вспыхивают румянцем.

- Мы поселим молодых в Варругене, там и развлечения, и светская жизнь. Кто знает, может между ними зародятся настоящие чувства и…

- Нет, - перебиваем мы с Мариусом её одновременно в унисон. Одно слово – два голоса. Значит всё же не немой, и, как и я, не в восторге от происходящего. Хотя бы что-то общее.

- В любом случае, Анника не будет ни в чём нуждаться, - продолжает расписывать моё радужное будущее Ивэльда. – Штат прислуги полный, она вправе распоряжаться кухаркой, завести знакомства, если пожелает, читать книги, посещать театр. В доме очень хорошая библиотека, дорогая, тебе это интересно? – пытается затянуть меня в диалог.

- Возможно, - отвечаю расплывчато, и Мариус хватается за тонкое кольцо ручки кружки, притягивая её к своим губам, а у меня перед глазами стоит брат. И одно единственное слово – ненавижу.

Дальше говорим о разломе, о Готтарде, о том, что видела мать, и о том, что чувствовал Мариус на границе Орвинга, когда земля дрожала под его войском.

Ива иногда касается запястья мужа, будто удерживая его от ненужных фраз. Её взгляд пару раз скользит по мне: мягкий, внимательный, поддерживающий, словно она точно знает, каково это быть в подобной ситуации. А я всё не могу разгадать причину ненависти Вальтов к моей семье.