Жена по договору. Наследник для генерала

Глава 28

Если бы я не знала своего брата, решила бы, что он шутит. Но Лао не любил шутить, с детства он был серьёзен.

- Как такое возможно? – наконец, нахожу в себе голос. – Это же не заколка или брошь. Это люди!

- Нам предстоит выяснить.

- Кто и зачем их забрал? – голова кругом.

- Краем уха я слышал о группе некромантов, которая объявилась в Акрионе.

Он ещё говорит что-то, а я вспоминаю вчерашний разговор Мариуса с незнакомцем. Генерал приказал спрятать «их», а ещё интересовался, не видел ли кто, как всё проходило. Неужели, Вальт настолько вероломен, что способен на подобные вещи?

Меня бросает в жар, и, не в силах усидеть на месте, поднимаюсь из-за стола. Я только хотела позволить себе стать к нему чуточку добрее.

- Прости, Анника, я не должен был…, - начинает Лао.

- Мы – семья, - перебиваю его. – Я всё ещё Торн, пусть и нахожусь здесь по договору. А потому обязана знать обо всём, что происходит на территории Готтарда.

- Пожалуй, мне пора. Нужно ещё успеть купить в лавках кое-какой товар и отправляться к семье.

- Да, я понимаю, - согласно киваю. В другой раз обязательно бы попросила брата задержаться ещё ненадолго, но теперь хочу побыть одна, чтобы подумать.

Мы прощаемся на крыльце, и я, кутаясь в шаль, машу ему вслед, а потом принимаюсь мерить коридоры шагами, не в силах остановиться. Мне необходимо задать вопросы генералу, чтобы увидеть, начнёт ли он юлить. И если начнёт…

Не знаю, что будет потом, но надо взять себя в руки, иначе с порога накинусь на него.

Когда за окнами начинают сгущаться сумерки, слышу шаги. Мариус возвращается.

Дверь распахивается, и он переступает порог так, будто это самый обычный вечер. В руках у него коробка: плотная, обтянутая светлой бумагой, перевязанная тёмной лентой. От неё тянется тёплый, аппетитный запах - мёд, орехи, пряности, что-то свежее, почти праздничное. Запах уюта, заботы, нормальности.

Он выглядит таким довольным и свежим, его улыбка приветливо расплывается на лице.

- Чудесно, что ты здесь, Анника, я принёс…

Это становится последней каплей.

- Нам нужно поговорить, - даже не здороваюсь, а шиплю сквозь зубы.

Он поднимает взгляд, явно удивлённый моим тоном.

- Что-то случилось?

- Сейчас! В вашем кабинете! Немедленно! – чеканю слова.

Его глаза сужаются до щёлки, а я не жду ответа и разворачиваюсь, рассчитывая, что он пойдёт следом. Не может не пойти, меня ведь за такой тон следует наказать.

Слышу, как он передаёт коробку служанке, а потом следует за мной, а у меня внутри всё трепещет. Сжимаю руки в кулаки, не затем, чтобы драться. Так нагнетаю в себе большую уверенность.

У кабинета останавливаюсь, пока от не открывает ключом дверь, толкая её внутрь, а потом ждёт, когда я шагну, и отрезает мне путь к отступлению, запирая нас внутри.

- Где они? – резко оборачиваюсь, чуть ли не выкрикивая два слова, чтобы быть первой.

- Кто, Анника? – смотрит на меня с неприкрытым разочарованием. – Ваши манеры? Тоже хотел бы узнать.

- Не делайте вид, что не понимаете! - голос срывается, но я не останавливаюсь. - Мой отец. Мой брат. Их гробы пусты, Мариус. Пусты!

Меня трясёт от ненависти и злости. Хочется наброситься с кулаками и бить в грудь, по лицу, чтобы он понимал, как я его ненавижу.

Он замирает всего на мгновение: слишком короткое, чтобы заметил кто-то другой. Но я вижу, что для него это не новость, и этого достаточно.

- Вы знали, - шумно выдыхаю, находя подтверждением своим опасениям в его поведении.

- Нет, - спокойно отзывается. – Откуда такие новости?

- Прекратите ломать комедию! Вам прекрасно известно, что ни Кольфина Торна, ни Анхеля Торна в месте захоронения нет!

- Если это не ваш кошмар, приснившийся после вчерашних событий, то…

В несколько шагов оказываюсь рядом с ним, хватая его за сюртук.

- Да признайтесь же, ненавистный вы генералишка, найдите в себе силы сказать, что это ваших рук дело!

Мариус перехватывает моё запястье, больно выгибая мне руку, а потом отталкивает от себя.

- Мне надоели подобные истерики, Анника. Я не потерплю такого отношения к себе в своём доме. Вы всего лишь женщина, которая должна лишь выносить дитя, и перестаньте совать нос в дела, которые вас не касаются.

- МЕНЯ? – ахаю, смотря на него зло. – Это моя семья, которую вы убили! А теперь смеете красть тела? Зачем они вам?

Кажется, обладание вовсе меня покинуло. Я была намерена говорить спокойно, пока не доберусь до истины, но теперь мои эмоции завели нас в конфликт.

- Ещё раз говорю: я не трогал их!

- О чём же тогда вы говорили с тем мужчиной?

- Это мои дела.

- Тогда поклянитесь мне на крови, Мариус, что не имеете отношения к исчезновению моих родных, - сбавляю обороты.