Жена по праву 2

5

Айсберг! Адальхарт напомнил мне огромного ледяного истукана в тот миг, когда я призналась ему. Большой, холодный, опасный, с колоссальным напряжением, скрытым внутри. Кажется, я даже слышала, как где-то в глубине него затрещал лёд. Но, как и айсберг, дракон оставался недвижим и грозен и глядел куда-то сквозь меня.

А я тонула, тонула в чернеющей мгле его глаз. Сердце сбивчиво колотилось в груди, дыхание сделалось рваным и частым.

Сейчас задохнусь.

Скажи же что-нибудь, Роберт! Не молчи…

Адальхарт отмер, медленно поднёс бокал к губам и опрокинул в рот содержимое без остатка. Развернулся к столу и опёрся на него кулаками, издав сдавленное рычание.

Отчаянное, разъярённое.

— Я… — Сделала глубокий вдох, решаясь начать рассказ, но в горле вырос ком.

Очень сложно говорить с чужой спиной.

В гнетущей тишине послышался скрип пола и шаркающие шаги за дверью. Через мгновение постучались.

— Лорд Адальхарт, это вы? — раздался тихий заспанный голос женщины.

— Войди, Терин! — грозно приказал дракон.

У меня чуть сердце не остановилось от низкой, будоражущей хрипоты его голоса. Лучше бы на меня прикрикнул, а не на бедную прислугу. Но меня он словно в упор не замечал.

В комнату вошла полноватая женщина лет сорока в скромном тёмном платье и волосами, убранными под чепчик, в руках её горела переносная лампа.

— Доброй ночи, лорд, леди, — присела в почтительном поклоне женщина, подёргивая бровями: явно борясь с желанием зевнуть. — Вы так неожиданно явились, ночью…

Анхор вышел обнюхать гостью, и та потянулась ласковой рукой к его лохматой голове.

— Привет, Анхор! Я тоже рада тебя видеть, — улыбнулась Терин.

А на меня, значит, рычали… Ну-ну, Анхор, возьму я тебя ещё с собой на выезд! Не дождёшься!

— Вам подать ужин, мой лорд? — проговорила женщина, поглаживая пса. — Приготовить купальню? Застелить новое бельё в покоях?

— Приготовь комнату для принцессы Валери и иди спать, Терин, — прозвучал стальной голос Адальхарта.

Комнату для меня?! Значит, сегодня я буду жить! И буду ночевать не в казематах, а в постели — что ж, это прекраснейшая новость! Как мало нужно для счастья женщине.

Волна облегчения прокатилась по нутру, и я потёрлась носом о подрагивающего в безмятежном сне котёнка, который беспечно растянулся у меня на груди.

— Слушаюсь, мой лорд. — Терин поклонилась мне и Роберту и упорхнула за дверь.

Я слышала её удаляющиеся шаги, но вдруг резко всё стихло. Адальхарт сделал короткий взмах рукой, и над головой сгустился купол, сотканный из тьмы. Она клубилась и переливалась, отделив нас с Робертом и его письменным столом от остальной комнаты. Даже Анхор остался снаружи и взволнованно закрутил мохнатыми щеками.

Наступила совершенная тишина, в которой я слышала, как бьётся о рёбра моё измученное сердце, как шумно дышит дракон, и как тугой узел страха со скрежетом сжимает моё нутро.

— Что это? — вздрогнула я.

— Полог тишины. Садись, — Адальхарт указал на кресло.

Голос его прозвучал холоднее стали, и я просто не смогла пошевелиться, медитативно поглаживая пушистые лапки котёнка.

По-хозяйски пройдя за стол, Адальхарт уселся в скрипнувшее под ним кожаное кресло, небрежно вынул из внутреннего кармана мундира сигару и, прикурив от лампы, сунул в рот.

— Надеюсь, ты не против, — хрипло проговорил он и взглядом приказал сесть в кресло.

Я осторожно опустилась на самый краешек и помотала головой:

— Не против.

Роберт пронзил меня налитым густой тьмой взглядом, и я почувствовала себя словно на допросе на пресловутой Лубянке.

— Теперь рассказывай всё, Лера, — проговорил он и выпустил сизый горько-перечный дым, без отрыва глядя мне в глаза.