Жена по принуждению. Драконье наказание

ГЛАВА 2

Система подачи воды в этом мире была необычная. В широкую низкую ванну она заливалась через шланг с резной лейкой на конце. А непосредственно он был присоединен к пузатой блестящей бочке, стоявшей в углу уборной. В свою очередь, в бочку свешивалась высокая труба, выходящая прямо из потолка.

Кажется, в уборные вода попадает прямо с крыши. Интересно, каким способом ее туда затаскивают?

Узнаю позже.

Я с ужасом осознала, что мне теперь много в чем надо разобраться. А как расспрашивать об этом и кого, пока не ясно. В хороших сказках к попаданкам приходят фамильяры и рассказывают, кто кому приходится и как устроен мир.

Кажется, моя история сложнее. Подсказчики ко мне не торопились. Изображать потерю памяти после утопления поздновато. Или еще может сработать?

Вода была теплой, пена для мытья ароматной. Правда. ванна оказалась непривычно мелкой и широкой. Как большой тазик на ножках. И то, что вода переливалась через бортики, сливаясь в воронку прямо на полу, поначалу тоже нервировало. Но в целом водные процедуры успокаивали, хоть незадолго до этого я чуть не утонула.

После недолгого расслабления, я выбралась, насухо вытерлась и оделась в оставленную одежду. Белье, нижняя хлопковая рубашка и домашнее платье. Здесь явно не принято выходить из ванны в легком халатике или вообще в полотенце.

Облачаясь, заметила запотевшее зеркало. Обтерла его найденной салфеткой и замерла, глядя на отражение. Оно показывало совсем юную девушку. Не больше восемнадцати. Блондинка с большими голубыми глазами. Изящная, фигуристая, с пухлым, капризным ртом и очаровательными ямочками на щеках. Такая, какой я только мечтала быть. В моем мире у меня была весьма заурядная внешность. Еще и поэтому я так купилась на ухаживания Леонида, не избалованная мужским вниманием.

У ног красавицы Вейры наверняка был целый мир. Но смогу ли я его взять, не зная, за что ухватиться?

Выйдя из уборной, я столкнулась с посетительницей.

Полная светловолосая женщина в блестящем зеленом платье бросилась ко мне, заламывая руки. И прежде, чем я успела поинтересоваться, кто она, заголосила:

– Вейра, доченька! Какой ужас! Мы чуть тебя не потеряли, дорогая!

В этом мире у меня есть мать.

Я сглотнула, вспоминая, как же давно живу без родительской теплоты. А теперь и это к моим услугам. Может, действительно это видение, плод моего воображения?

Матушка Вейры прижала меня к груди, продолжая причитать:

– Милая, не пугай нас так больше!

И я потянулась к ней, за ее теплом, принимая навязанную мне мирозданием игру.

– Не буду, мамочка, – всхлипнула в приятно пахнущее плечо, – прости.

Действительно, каким чудовищем надо быть, чтобы сообщить сейчас этой женщине о гибели ее дочери? Могу ли я ей сказать: мадам, я не ваша малышка Вейра, она утонула, а меня подсунули вместо нее, потому что в своем мире я умерла от разбитого сердца?

Меня сочтут либо сумасшедшей, либо подселенной сущностью, не иначе. И в обоих случаях это не принесет радости ни мне, ни несчастным родителям Вейры.

В дверь спальни постучали, затем заглянула уже знакомая мне служанка.

– Чего тебе, Ашта? – не особенно любезно поинтересовалась маменька.

– Извините, что отвлекаю, мистес Ансия, – затараторила горничная, – но мейст Криссидор, желает побеседовать с мийсти Вейрой перед уходом.

– Ах! – маман прикрыла сочные губы, которые дочь у нее унаследовала, пухлой ладошкой. – Это совершенно невозможно. Вейра совершенно не готова его принять. У нее волосы мокрые, и она в домашнем платье! Это недопустимо!

– Хозяин распорядился об их встрече, – испуганно выпучила глаза Ашта, – сказал, что жених обязательно должен выразить свою поддержку после случившегося несчастья.

– Ну раз хозяин сказал, – мать прикусила нижнюю губу и пристально на меня посмотрела, – хорошо, высуши ей голову. А ты, Вейра, накинь тот дорогой платок из Деурии на плечи. Это придаст простому наряду изысканности. Не оплошай, дорогая. От тебя зависит многое.

Чмокнув меня в щеку, матушка вручила меня заботам служанки и величественно выплыла из спальни.

– Идите сюда, мийсти, – деловито заявила Ашта, взяв с комода что-то похожее на указку.

И это оказалось здешнее устройство для сушки волос. Оно действовало куда эффективнее фена!

Не было ни шума, ни горячего воздуха. Прозрачная палочка потрескивала и слегка нагревалась. А волосы прядь за прядью не просто высыхали, но и принимали объем и форму.

К счастью, платок искать не пришлось, служанка заботливо накинула его мне на плечи, закончив с прической.

– Все, не так уж ваш жених и заждался, – резюмировала Ашта, удовлетворенно меня оглядывая, – можете идти, он в малой розовой гостиной.

И о чем мне это должно говорить?

– Ашта, проводи меня! – взмолилась я.

Служанка оторопело захлопала ресницами.

– Я еще слаба после пережитого. Боюсь, голова закружится и я с лестницы свалюсь, – придумался благовидный повод.

– А, ну хорошо, – почему-то с облегчением заулыбалась служанка, – а я-то уж подумала, еще что-то случилось, раз вы так жалостливо просите.

Я старалась запоминать планировку особняка, пока мы шли к нужному помещению. Оно оказалось на втором этаже.

Ашта распахнула передо мной розовую дверь. И не успела я удивиться гостиной с собственной дверью, как услышала преувеличенно вежливое:

– Рад видеть вас в добром здравии, Эверия.

Криссидор стоял спиной к окну и насмешливо меня разглядывал.

Служанка, пискнув, оставила нас наедине.

А мне стало нехорошо от неприязненного взгляда незнакомца, который считается моим будущим мужем, но явно меня на дух не переносит.

2.2

– Благодарю, – проскрипела я, – но вы не выглядите радостным… Криссидор.

Надеюсь, имя верно запомнила.

– И вы прекрасно знаете, почему, давайте обойдемся без глупых игр.

Криссидор приблизился ко мне, и я ощутила буквально физически исходящую от него силу. По коже мурашки побежали.