Жена поневоле, или Аллергия на драконов

Глава 6.1.

Не-на-ви-жу! Ненавижу драконов. Особенно одного конкретного. Что вы думаете, сделал этот гад? Отступил на пару шагов и превратился.

Бедная кошка не стала оджидаться окончания и припустила наутек, одарив меня на прощание сочувствующим взглядом.

Сочувствующим, потому что муж мой в своей звериной ипостаси размер имел внушительный, явно больше двух шагов.

И пока я из под-брюха дракона выкарабкивалась, очередной раз подумала, что лучше держаться от него подальше. Мало того, что придавил (спасибо, что хоть не до смерти) и извалял в траве, так еще и нос от его чешуи начал свербеть с новой силой.

— Слушай, давай договоримся, что ты так больше делать не будешь, — сказала, сопроводив слова чихом. — Я планирую жить долго и счастливо, а не отдать концы, будучи заживо погребенной под твое тушей.

— Ты прекрасно уместилась между лап, — заявило чудище, превращаясь обратно в человека. — И потом мне нужно было проверить, не влияет ли твоя близость на оборот.

— Ты прекрасно обернулся в пещере, так что явно моя близость ни на что не влияет. А вот про тебя я того же самого сказать не могу.

— Да ладно, не плачь, никто же тебя не съел, — отмахнулся дракон, удостоив меня беглавм взглядом. — Если отдохнула, пойдем дальше.

— Вообще-то, это аллергия! — буркнула, вытирая слезы. — Скорее всего на чешую. Так что чем быстрее мы с тобой расстанемся, тем лучше.

— Ну так и поспешим, — оставил за собой последнее слово дракон.

***

Вскоре мы вышли на дорогу и по ней дошагали до населенного пункта, вытянутого вдоль этой самой дороги. Я принялась с интересом изучать дома. Они были совсем не похожи на те, что видела дома в деревнях

Не аккуратные срубы или каменные постройки, а скорее унылые, приземистые коробки из темного, почерневшего от времени дерева с крышами из дранки ютились по обе стороны дороги, а за ними сразу начинали поля, упирающиеся в стену леса.

— Название-то у деревни есть? — спросила я, шагая рядом с драконом. Он шел непривычно прямо, будто стянутый невидимыми нитями, а его глаза беспокойно скользили по окнам избушек.

— Здешние называют ее Кротовой Норой. Подходяще, — ответил он, явно не в восторге от необходимости находиться среди людей.

Первых жителей мы встретили у колодца. Две женщины остановились с пустыми ведрами и уставились на нас. Их взгляды прошлись по мне, а потом впились в Уильяма. Я замерла, ожидая криков, паники и того, что опять окажусь под брюхом дракона.

Но бархатный камзол моего мужа перевесил настороженность аборигенок, и одна из них, покачивая бедрами, приблизилась к нам.

— Доброго здоровьица, путнички, — прозвучал густой, медовый голос. Женщина, лет сорока, но еще ядреная, смотрела на нас оценивающе, задержавшись на драконе. — Таких нарядных господ у нас в Норе давно не видывали. Далеко ли путь держите?

Ее подруга у колодца фыркнула и отвернулась, принимаясь яростно крутить ворот.

Пальцы Уилла неожиданно сильно сжали мою руку, будто он пытался через меня удержать под контролем свое драконье естество.

— С востока, — коротко ответил он.

— С востока! — воскликнула женщина. — И… пешком? — В ее голосе зазвучала легкая, но явная насмешка. Ее взгляд снова скользнул по нашему, в общем-то, не походному виду, особенно по бархатному камзолу Уильяма.

Пальцы на моей руке сжались так, что кости хрустнули. Я еле сдержала вскрик.

— Лошадь убежала, — отчеканил дракон, и его голос прозвучал непривычно глухо. — Ни с того ни с сего, словно испугалась чего-то. Пришлось идти пешком. У вас хотели новую купить.

На лице женщины будто зажглась лампочка. Алчность мгновенно сменила насмешку в ее глазах. Она даже приосанилась, подбоченившись.

— Какая досада, — затараторила она, и ее медовый голос закапал, словно патока. — Лошадь нынче дорогого стоит, ох, дорогого… Да вы не переживайте, вернется. У нас вчерась тоже такое было: на выгоне переполох случился— скотина взбесилась, как черт ее понес. Рев, гам, будто дракон налетел! Но я вам помогу. У моего деверя, Игната, как раз одна кобылка на подворье стоит. Резвая! — Она снова окинула взглядом наш «нарядный» вид, и добавила: — Недешевая, конечно.

Затем махнула рукой в сторону самой большой избы с покосившейся вывеской в виде ковша.

— Да что ж это я вас на дороге-то задерживаю! Идите в «Выдолбленный Ковш», к Груне. Она моя сноха. Скажите, Марфа привела, она уголок хороший даст, накормит. А я тем часом деверя разыщу.

Она еше раз ткнула пальцем в местную едальню и оставив ведро, поспешила прочь. Мы с драконом остались стоять посреди пыльной дороги. Тишина после ее тараторки давила.

— Ну что, жена, пойдем заказывать ту кобылку? — спросил Уилл.

— Видимо, да, путешествовать в чьих-то лапах меня не прельщает. Деньги-то у тебя есть, «муж»? — ответила я, увлекая его за собой.

В «Выдолбленном Ковше» пахло кислым пивом, дымом и мокрой собачьей шерстью. За стойкой возилась дородная девка с лицом, на котором усталость уже въелась в морщины. Это, видимо, и была Груня.

— Нас Марфа прислала, — сказал дракон, кивнув на дверь.

Девка вздохнула, будто это было самое обременительное дело в мире, и ткнула грязным пальцем в дальний угол.

— Садитесь. Что будете?

— Похлебку. Хлеба. Воды, — сказала я, чувствуя, как от всех этих запахов начинает кружиться голова.

Пока Груня ходила на кухню, в таверну вошел парень с обветренным лицом и, остановившись у стойки, стал ждать. Но взгляд его время от времени возвращался к Уильяму. Тот делал вид, что изучает потолочную балку.

Женщина вернулась с двумя глиняными мисками, кружками, плетенкой с ломтями хлеба и кувшином. Ставя их перед нами, она негромко бросила, глядя куда-то мимо:

— Баядис, вон, сказывает, у вас вид ученый. Не маг ли будете?

Уильям медленно перевел на нее взгляд.

— А что, много их тут, магов? — спросил он, не отвечая на вопрос.

— Не часто, но бывают, — кивнула женщина. — Последнее время драконы в окрестностях появились, а у магов же к ним особый интерес. Способ ищут, чтобы их ловить, — Она посмотрела прямо на Уильяма. — Вы, случаем, не по тому же делу?