Жена-попаданка для дракона

Глава 6.

Перед сном пообещала детям, что завтра всё выясню более подробно, пока те будут находиться в гостинице.

После тёплой ванны очень хотелось спать. И под тихий детский разговор – мальчики между собой обсуждали слухи – я незаметно уснула.

Вновь снилась чужая жизнь, отрывками в моё сознание врывались сцены из бедного детства в небольшой деревне на окраине империи. Девочка, у которой практически не было подруг, её слёзы, когда мать вновь пришивала к старенькому платью заплаты, злость, когда дети не брали в свои игры.

Её мать, будучи вдовой, неожиданно второй раз выходит замуж за мужчину, крепко стоящего на ногах, рожает ему наследника. Отношение к Селестии в новом доме прохладное, мать отчима постоянно девочку поучает, кричит, иногда побивает, родная мать начинает покрикивать на дочь, говоря, что та ленивая, глупая, и правильно, что получила. В общем, чтобы к ней относились лучше, пренебрегает первым ребёнком.

Взросление, озлобленность, ненависть к семье, в которой живёт, первые прыщи и отвергнутая влюблённость в сына богача. Не скажу, что он был прямо красавчик, да и по городским мерками его семья и не такая богатая была: два поля под посадку зерновых, пять коров. Но для Селестии он был пределом мечтаний. Девочке было пятнадцать лет, и казалось, что если она выйдет замуж за этого парня, то наконец избавится от гнёта и нелюбви новых родственников. Когда её планам не просто не суждено было сбыться, а отчим предложил ей в мужья своего хорошего знакомого, который овдовел не так давно, Селестия решила бежать.

Ей было шестнадцать, а жениху тридцать пять, старик, да ещё с тремя детьми примерно её возраста. Девушка пыталась убедить мать, что не останется в старых девах, что обязательно через год выйдет замуж и перестанет, как часто говаривала старая бабка, сидеть у её сыночка на шее, но побоявшаяся мужа женщина лишь кричала, требуя от девчонки не артачиться.

Сбежала Селестия в ночи, оставив на небольшом клочке бумаги гневное требование её не искать. Мол, она и без родных прекрасно проживёт, найдёт в столице – да, только туда желала ехать молодая амбициозная девушка – хорошее место работы, выйдет за городского замуж. Вот тогда она вернётся в деревню, и всё поймут…

Девушка выплеснула на бумагу свои обиды.

Как ни странно, но первое время Селестии везло: она без приключений добралась до Чёрного предела, сердобольные попутчики, которым она, плача, рассказывала, что сирота и едет на заработки в столицу, подвозили её от города к городу. В последнем обозе оказались воины, что служили у министра Блумфорста, они возвращались с каким-то дорогим грузом, поэтому решили присоединиться к обозу.

Селестия, поняв, что её молодое симпатичное личико вкупе с жалостливой историей сиротки и хрустальными слезами трогает чужие сердца, рассказывала о себе всем желающим. Вот именно тогда на неё обратил своё внимание глава отряда, годящийся ей в дедушки: пожалев несчастную, он предложил ей поехать с ними. Селестия напряглась, но, услышав, что служить придётся в доме министра, тут же ухватилась за эту возможность.

Первое время ей было тяжело, не так она представляла себе работу в богатом доме. Старшая служанка, усмехнувшись, даже не пыталась выслушать жизненную историю «сиротки», приказным тоном определив ту на самые тяжёлые работы: уборка территории, туалетов, вынос помоев с кухни, постоянная чистка картошки и лука. Невзлюбила девушку старшая служанка. Всё чаще издевалась над ней.

Селестия сжимала зубы, обещая себе, что не просто отомстит, а займёт место ненавистной гадины. Будет, как она, ходить в хороших одеждах и только приказы отдавать.

Не прошло и месяца, как у главной служанки нашли серебряные вилки в комнате. Как они туда попали, никто не понял, но управляющий усадьбы по приказу министра отстранил старшую служанку от должности. Нет, её не выгнали, потому что долгие годы верно служила дому и никогда не была замечена в воровстве, да только стала та на ровне с другими служанками прислуживать.

Селестия времени не теряла и очень быстро втёрлась в доверие к новой старшей служанке, которая была в разы добрее первой. Жизнь улучшилась. Она стала вкусно есть и сладко спать.

Через полгода женщина, что когда-то была старшей служанкой, неожиданно заболела и, получив хороший расчёт, была отправлена к родным на поправку.

К двадцати годам Селестия твёрдо держала в руках маленькую власть над слугами. С господами всегда была вежлива, услужлива, а с прислугой строга. Никогда не оставляла свою дверь открытой и готовила еду себе сама, ссылаясь на выдуманную аллергию. Что произошло с предыдущей главной служанкой, сон не показал, да и я, наверное, не хотела знать, что ещё натворила та, в чьём теле приходится жить.

В одном Селестии не везло, в любви, сколько она ни искала жениха, все её не устраивали, один был беден, у другого большая семья, третий – лицом не вышел. Девушка нервничала, вскоре её начнут называть старой девой. Но поиски не прекращала.

За несколько месяцев до моего перемещения Селестии пришло письмо из родной деревни: она, оказывается, время от времени писала матери, хвастаясь тем, что прилично зарабатывает и стала главной служанкой.

Родительница в ответных письмах была суха, просила денег и интересовалась, не вышла ли та замуж, требуя вернуться в деревню. Уж там они с её отчимом быстро найдут для ветреной дочери мужа.

Селестия злилась на глупую мать, но деньги отправляла, только в два раза меньше, чем просила родственница.