Жена проклятого графа

Глава 4

– Это библиотека, – экономка вот уже третий час показывала мне замок, который оказался таким огромным, что здесь можно было бродить целый день. Помещение, куда мы вошли сейчас, поражало воображение: стены библиотеки до самого сводчатого потолка были уставлены темными стеллажами с древними талмудами. В центре расположился большой деревянный глобус: и двоих человек не хватило бы, чтобы его охватить. В углу, в нише у окна, стоял письменный стол со стулом, а напротив камина – диван, обитый бархатом винного цвета.

Что ж, сюда я обязательно вернусь: читать я очень любила, и наверняка в замке графа собрано множество редких книг, а пока…

– Лира, – я тихо обратилась я к служанке, семенившей следом за нами, – а ты не знаешь где сейчас граф?

Я не видела мужа с ночи и, признаться, находила странным, что он оставил молодую жену на утро после свадьбы. Пусть между нами и не было ничего… «А может, граф поехал к любовнице ночью? – нашептывал кто-то язвительный в моей голове. – Он мужчина, и у него есть определенные потребности, которые ты удовлетворить не смогла».

– Хозяина нет в замке, миледи, – мне показалось, что Лира чуть замялась с ответом, и это совсем мне не понравилось. Неужели я угадала? Но виду не подала, просто кивнула и последовала за экономкой дальше.

Мы проходили темные мрачные гостиные со свисающими на цепях коваными люстрами, залы с огромными каминами в человеческий рост, украшенными мифическими чудовищами с оскаленными пастями, и многочисленные гостевые спальни со старинными кроватями под полупрозрачными балдахинами. Везде был лишь холодный темно-серый камень, потемневшие от времени гобелены и рыцарские доспехи, стоявшие в нишах на пьедесталах.

Холод и тьма – таким мне виделся замок Арделиана. И лишь узкие стрельчатые окна, украшенные замысловатыми леденцовыми витражами, оживляли этот мрачный интерьер.

И в общем-то, это было как раз то, что я и ожидала увидеть, кроме двух вещей. В замке не было ни одного портрета предков графа Арделиана или его самого, что было довольно странно. Портретная галерея вот уже несколько лет была закрыта на ремонт, как мне рассказала Талия, а традиционные места для картин над каминами занимало висящее на стенах оружие.

Это был, скорее, замок воина, а не богатого аристократа – с минимумом безделушек, такой же мрачный и опасный, как и его хозяин. С горящими углями глаз от чадивших на стенах факелов вместо привычных магических светильников.

А еще в замке не было зеркал. Ни одного. Я поняла это, когда уже вернулась в свои покои, решив, по привычке, взглянуть на свое отражение в зеркале и убедиться, что прическа не растрепалась. Вот только смотреть было некуда.

«Очень странно», – вновь подумалось мне, и я, присев на кровать, глубоко задумалась.

…Весь этот день я была предоставлена сама себе и, наверное, должна была радоваться, что граф дал мне отсрочку, но радости я не испытывала, напротив – чем ближе был вечер, тем неспокойнее становилось на душе.

После обеда я вновь прогулялась по замку, по винтовой лестнице забравшись на крышу одной из замковых башен, с которой открывался прекрасный вид на окрестности: высокие горы, окружавшие замок, долину, что раскинулась перед ним, и бескрайнее небо, чей малиново-синий закат завораживал и манил.

Приблизившись к невысокой зубчатой стене, посмотрела вниз, и тут же отступила, борясь с головокружением: замок располагался на скале, и до земли было очень далеко. Пора было возвращаться назад, в свои покои.

Лишь когда сумерки плавно опустились на замок, а на бархатном покрывале неба зажглись первые звезды, в мою дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в нее вошел он. Хозяин этого замка и мой муж.

*****

– Граф, – я приветствовала его, склонившись в реверансе.

– Ами, – в низком голосе, чуть отдающим обманчивой мягкостью бархата, мне послышалось легкое недовольство. – Поднимитесь. Я хочу, чтобы вы поприветствовали меня, как подобает.

А? О чем это он?

Распрямив спину, я застыла напротив, не зная, что ему нужно.

– Подойдите, – подсказали мне почти ласково. Вот только я не поверила обманчивой мягкости голоса.

На негнущихся ногах я сделала несколько шагов к нему и вновь замерла.

– Назовите меня по имени, – вновь раздался короткий приказ.

– Рей… Рейвен, – выдохнула я из себя все еще непривычное имя. Кажется, ночью все было проще, а может быть, в том было виновато вино.

– Умница. А теперь я хочу, чтобы вы поцеловали меня. Сами.

Краски схлынули с моего лица, оставив стоять мраморной статуей. Потом вернулись, заставив щеки запунцоветь от смущения, и схлынули вновь. Что он хочет? Чтобы я… сама!? Я не смогу!!

– Ами… – раздался низкий будоражащий голос, напомнивший мне голос хищника, в лапах которого я сейчас находилась. Пока он играл, но я не обманывалась. Знала, что скоро ему это надоест. – Я жду.

К ногам будто привязали тяжелые гири, а сердце в груди билось так громко, что, казалось, отдавалось набатом в ушах. Я сделаю это. Должна сделать. Он же мой муж. Ну и что, что я ни разу не целовала мужчину, вряд ли граф ждет от меня особых умений. А то, что он гораздо выше, и чтобы поцеловать его, мне придется встать на цыпочки, ухватиться за его плечи, вынуждая наклониться ко мне…

Всевышний, дай мне сил!

Граф, казалось, прекрасно знал, о чем я сейчас думаю. Он стоял, заложив руки за спину, и просто ждал. Молча, не говоря ни слова, наблюдал за мной. Красивый, высокий, широкоплечий, с черными волосами до плеч и этим пристальным взглядом темно-синих глаз, что неотрывно следили за каждым моим движением. Сердце рухнуло вниз, и мне отчаянно захотелось сбежать, да вот хотя бы спрятаться в спальне, уютной и безопасной. Но безопасной ли? Хороший вопрос!

Что-то мне подсказывало, что графа не остановят никакие двери и запоры. Этот замок принадлежал ему, как и… я. И он волен быть отдавать любые приказы. Поцелуй – это ведь не так страшно, да?

Не знаю, как дошла до него и встала напротив, вскидывая голову, и рассматривая каждую черточку лица. «Он очень красив, наверняка женщины от него без ума», – прошептал кто-то в моей голове. Но легче от этого не было. Напротив, мне казалось, что я для него как забавная зверушка – неопытная и трусливая, в подметки не годящаяся его многочисленным роскошным любовницам.